Идущий тропой мёртвых 9 - Зигмунд Крафт

Майра читала донесения, она знала этого бога. Но не думала, что окажется в итоге здесь. Ведь планировалась короткая вылазка на три-четыре часа.

В голове принцессы крутился сумасшедший вихрь мыслей. «Он точно просто эльф? Просто клоаф? Разве может обычный смертный, стоящий на третьей ступени развития магии, рвать демонов руками и болтать с богами, болтая ногами в осветлённой воде?»

Ответ пришёл сам собой, поразив её своей ослепительной простотой.

Нет. Это невозможно.

Она вспомнила те глупые, сентиментальные женские романы, которые тайком читала в ранней юности, прячась от строгих наставников по тактике. Сказки о всемогущих небожителях, которые принимали облик прекрасных юношей и спускались в мир смертных. Адмир был именно таким. Он — бог под личиной смертного. Скрытый, непостижимый, играющий с законами мироздания ради забавы.

И в эту самую секунду Майра поняла, что влюбилась. Беспросветно, отчаянно, до дрожи в кончиках пальцев. Вся её выстроенная годами броня сильной, независимой воительницы разлетелась вдребезги. Её детская, давно забытая мечта внезапно обрела плоть и кровь — вот он, её истинный, прекрасный принц. Дерзкий, невероятно сильный, бесконечно благородный и пугающе искренний. Тот, кто не испугался её статуса, кто не стал лебезить, кто прямо и бесстрашно указал ей на её недостатки, а затем защитил и показал истинные чудеса.

Её сердце билось так сильно, что заглушало тихий плеск воды. Он сошёл в этот мир, он оказался на этих проклятых болотах именно сейчас… только для неё. Судьба привела её сюда, чтобы они встретились.

Глядя на его точёный профиль, подсвеченный сиянием божественного источника, Майра улыбнулась. Её глаза, полные обожания, приобрели знакомый целеустремлённый блеск. Он точно её избранный. Предначертанный ей самим Кореллоном.

Осталось только одна сущая мелочь: аккуратно, но настойчиво донести до него эту очевидную истину.

* * *

Обратный путь в Элраднатис оказался на удивление тихим. Мы забрались слишком далеко вглубь болот, и багровые лучи заходящего солнца недвусмысленно намекали, что пора искать место для ночлега. Шастать по Жутким Болотам в темноте удовольствие сомнительное даже для меня, не говоря уже о моей неподготовленной спутнице. Такое ощущение, что она никогда в жизни без свиты слуг из города не выходила.

Я выбрал сухую, защищённую корнями старого дерева прогалину. Даэлия, услышав мой зов, уже вернулась, гордо неся в зубах крупную болотную птицу, отдалённо напоминающую мясистого индюка. Я кивнул волчице, забирая добычу, и привычно принялся за готовку.

Майра вела себя, мягко говоря, странно. Куда делась утренняя истеричка, готовая сжечь всё живое ради самоутверждения? Вместо того чтобы язвить о том, что парень королевских кровей ощипывает курицу словно слуга, она молча пошла собирать хворост.

В какой-то момент, помешивая варево в котелке, я поднял взгляд и наткнулся на неё. Майра стояла неподалёку, прислонившись к дереву, и смотрела на меня. В её глазах не было ни злости, ни прежнего надменного превосходства. Это был совершенно нечитаемый, глубоко задумчивый взгляд. Она сканировала меня так, будто внезапно увидела перед собой величайшую ценность в своей жизни. В этом взгляде крылось нечто такое, от чего по моей спине пробежал неприятный, липкий холодок. Будто маньяк уже делит мысленно части моего тела, какие первые поджарить и сожрать, а какие закоптить. Она чуть ли не облизывалась.

Виду я, разумеется, не подал. Лишь невозмутимо вернул внимание к костру.

Когда птица в густом бульоне с крупой дошла до готовности, я достал из пространственного кольца пару глубоких тарелок. Естественно, великая алдарская воительница не взяла с собой в патруль ни котелка, ни ложки, планируя, видимо, питаться исключительно собственной гордостью. Хотя, скорее считала, что за пару часов меня уделает и мы вернёмся.

Я молча протянул ей дымящуюся порцию наваристой каши. Майра приняла тарелку, вдохнула аромат и сделала первый глоток.

И тут же издала протяжный, почти неприличный стон удовольствия.

— Пресветлый Кореллон… — выдохнула она, торопливо зачёрпывая ещё. — Это просто божественно. Адмир, клянусь, это лучшее, что я ела за всю свою жизнь.

Я настороженно прищурился. Эта резкая смена настроения напрягала меня куда больше её недавней агрессии.

— Рад, что угодил твоему изысканному вкусу, принцесса, — язвительно ответил я, садясь напротив. — Отравить тебя в мои планы пока не входило, слишком много бумажной волокиты потом с Айераволом.

Я ждал, что она вспыхнет, вернётся прежняя высокомерная стерва. наверное, так бы мне было спокойнее и привычнее…

— А ты всё выпускаешь колючки, красавчик, — Майра ответила кокетливо, ловко переводя мою колкость в шутку. Её тон стал подозрительно бархатным, обволакивающим. — Но я умею ценить заботу. Ты поразительно предусмотрителен для того, кто ходит в патрули налегке. У такого запасливого мужчины, уверена, в том бездонном колечке найдётся и тёплый спальный мешок для замёрзшей девушки?

Я смерил её долгим, тяжёлым взглядом. Эта её новая политика «мягкой силы» была откровенно пугающей.

— Найдётся, — сухо ответил я, материализуя из кольца добротный спальник и кидая его ей под ноги.

— Спасибо, Адмир, — она проворковала моё имя с такой нежной интонацией, что мне снова захотелось поёжиться.

Остаток вечера прошёл без эксцессов. Когда мы наконец улеглись, я не поленился и тщательно разложил по контуру нашего лагеря специальные защитные камни. Активировав охранный барьер, я лёг спиной к костру и к Майре, буквально утопая в шерсти Даэлии, пахнущей озоном и свежей травой.

Следующее утро выдалось по-болотному зябким и сырым. Весна ещё не до конца вступила в свои права, хоть кое где снег уже и растаял, уступая место зелёной траве и первым цветам. Я деактивировал защитный контур из камней и принялся разогревать остатки вчерашней наваристой похлёбки. Даэлия уже убежала патрулировать периметр, оставив нас наедине. Но перед этим она донесла, что Майра пыталась ночью подползти поближе ко мне, но та отпугнула её рыком.

Принцесса проснулась подозрительно бодрой и тихой. Она съела свою порцию завтрака с таким благоговением, будто это была пища богов, а не разогретая вчерашняя каша.

Закончив с едой, она принялась собираться. Я краем глаза наблюдал за ней, ожидая, когда она вернёт мой спальник. Но вместо этого принцесса Алдара аккуратно свернула его и совершенно будничным жестом отправила в своё пространственное кольцо.

— Эй, — я нахмурился, отставляя котелок, который собирался помыть. — Я, конечно, понимаю, что алдарские аристократы привыкли брать всё, что им приглянется, но спальный мешок я бы попросил вернуть.

Я приготовился к