Идущий тропой мёртвых 9 - Зигмунд Крафт

Очередная колкость так и умерла на приоткрытых губах Майры. В руке принца извивалась жуткая тварь, похожая на сплющенного угря с десятками тонких, светящихся неестественным зелёным светом ног. Демон неистово бился, разинув пасть, готовую вцепиться в плоть своими рядами тонких острых зубов.

Не доставая клинка, голыми руками Адмир сжал шею твари так легко, что та завопила от боли. Звук был настолько пронзительным и потусторонним, проникающим в саму душу, что Майра рефлекторно зажала уши ладонями. Она жмурилась от накатившей дурноты, с ужасом ощущая, как энергия в её доми пошла вразнос.

В следующий миг монстр начал осыпаться чёрной трухой. Небрежным жестом, даже не глядя на результат, Адмир крутанул пальцами левой руки. В воздухе из ниоткуда вспыхнул магический свиток, с воем втягивая в себя остатки сущности демона и намертво запечатывая её внутри.

Но он на этом не остановился. Шаг за шагом Адмир шёл по «пустой» поляне, раз за разом погружая руки в искажённое пространство. Он двигался с небрежной грацией. Удар, хруст, захват. Очередной свиток ложился в воздух мимоходом, как побочный эффект его отточенных движений. Он вырывал порождения Бездны из их невидимых укрытий так легко, будто просто снимал с деревьев перезревшие плоды.

Из пустоты появлялись всё новые кошмары. Майра с содроганием смотрела, как очередной демон, похожий на толстую верёвку, обвил руку принца, обильно испуская едкую слизь всем телом и пытаясь уколоть его своим острым шипом. Но слизь лишь бессильно стекала по невидимой кинетической защите Адмира на землю, ядовито шипя, прежде чем тварь превращалась в пыль в его безжалостной хватке и отправлялась в свиток. Затем из искажения был выдернут гротескный червь с острыми лезвиями вместо конечностей, разделивший участь предшественников.

Майра застыла, не в силах даже вдохнуть. Её колени предательски дрогнули, и алдарской принцессе пришлось приложить всё своё хвалёное самообладание, чтобы не осесть на землю.

То, что она видела сейчас, ломало все известные ей законы магии и здравого смысла. Вытягивать демонов из скрытого плана, игнорируя их яд и шипы, и расщеплять их голыми руками… Это была немыслимая, невозможная техника. Ни один защитник не сражался так.

«Никогда, ни при каких обстоятельствах не прикасайся к демону. Он проникнет в твой разум и поглотить его, расколов как орех», — стоял в голове голос её наставника по магии, легендарного архимага четырёхсот лет отроду.

И сейчас щуплый, низкорослый парень, больше похожий на девушку, играючи ломал эту устоявшуюся картину мира. Она с ужасом поняла, что поляна вовсе не была пустой, она буквально кишела смертью. И прямо сейчас по этому невидимому полю с ловушками Адмир шёл, расчищая его с такой пугающей, рутинной лёгкостью, словно просто пропалывал сорняки. Как скучающий бог, спустившийся к смертным ради забавы.

Глава 24

Интерлюдия

Когда последний свиток, поглотивший остатки демонической души, исчез в пространственном кольце принца, поляна преобразилась. Гнетущая, давящая аура смерти испарилась, уступив место обычным звукам весеннего леса.

Адмир отряхнул руки совершенно обыденным жестом, словно только что закончил перебирать бумаги на столе, и неторопливо повернулся к Майре.

Принцесса сглотнула. Её плечи, до этого напряжённо приподнятые, слегка опустились. Все её воинственная спесь и алдарское высокомерие рассыпались в прах перед лицом истинной, непостижимой силы. Голос, которым она заговорила, потерял прежнюю сталь, в нём сквозили неуверенность и покорность, которых Майра не позволяла себе даже перед лицом отца-короля.

— Так вот за что… — хрипло начала она, прочистив горло. — За это тебя прозвали мессией?

Адмир изогнул бровь, а затем на его губах заиграла лёгкая улыбка. Та самая, которой он одарил её в кабинете начальника аванпоста. Её сердце снова предательски дрогнуло. Да как так, почему он настолько красив⁈

Между тем, амротец отрицательно покачал головой.

— Вовсе нет. Это, скажем так, просто моё хобби. Небольшая уборка территории.

Майра моргнула, чувствуя, как реальность снова даёт трещину.

— Тогда… за что? — почти умоляюще спросила она. Ей казалось, что большего чуда, чем расщепление демонов голыми руками, в этом мире просто не существует.

— Я покажу тебе, раз ты так искренне хочешь, — просто ответил принц.

Он снова двинулся сквозь лес, но на этот раз Майра с удивлением и затаённой благодарностью отметила, что он намеренно сбавил темп. Он двигался ровно с такой скоростью, чтобы она могла комфортно поспевать за ним, не сбивая дыхания. В этом маленьком жесте было столько врождённого благородства и скрытой заботы, что в груди алдарской военнокомандующей что-то предательски дрогнуло.

Они шли долго, почти три часа. Лишь оказавшись у странного тумана, принц сбавил темп. Затем, вступив на поляну со странным, пронизывающим холодом, она поняла, что находится в динами. Да, необычном, но динами. Не зелёным летнем, а зимним. Воздух тут был кристально чистым и будто звенящим. Они вышли к удивительной красоты горячему источнику среди снегов.

И здесь Майра рухнула на колени. Её ноги подкосились сами собой, раздавленные колоссальной, подавляющей волю аурой могущественного присутствия. На одном из камней источника сидел прекрасный юноша, альверец. Он словно был соткан из инея, лунного света и истинного холода. Существо настолько древнее и прекрасное, что на него было невыносимо смотреть. Девушка впервые в жизни видела бога, но сразу поняла, что это он.

Адмир невозмутимо протянул ей в ладони вотим, а сам прошёл дальше. Он даже не поклонился.

Амротец подошёл к краю источника, привычным движением скинул сапоги во пространственное кольцо и, усевшись на камень, небрежно опустил босые ноги в воду. Божество, чья аура заставляла Майру вжиматься в землю, медленно приблизилось и с непередаваемой грацией дотронулось до щеки принца.

И тут Адмир просто засиял, словно утреннее тёплое летнее солнце. Он непостижимым образом стал ещё прекраснее, словно это ещё один бог. Они дополняли друг друга, как дуальные создания, лето и зима, солнце и луна.

Майра сидела перед ними на снегу, сжимая вотим в виде зайчика. Она не смела пошевелиться, прямо как те альверские старейшины, что падали ниц перед Адмиром в Элраднатисе. В её расширенных зелёных глазах застыла смесь ужаса от дерзости мальчишки, религиозного экстаза и абсолютного, чистого обожания.

— Рад тебя видеть, друг, — сказал Элрик.

— Просто был рядом и решил зайти. Спасибо, что принял мою спутницу как гостью.

Она смотрела, как Адмир непринуждённо болтает с богом. Их речь после первых фраз зажурчала, словно