Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

А какая перемена произошла с ее подругой – девочкой в черепаховых очках и бесформенных нарядах! Триумфия Лестер сняла свои древние стекляшки, и ребята только сейчас отметили, какие у нее красивые глаза – большие, не то чтобы карие, скорее, цвета топленого молока с медом. Охристые лукавые искорки в ее глазах заиграли еще сильнее, когда она увидела, как таращится на нее Тин. Сегодня она сняла все свои длинные балахоны и оделась в праздничное фиолетовое платье, что превратило ее в блистательную даму, достойную лучшего королевского двора Беру.

– А она, оказывается, женщина! – восторженно пробормотал Тин своему другу.

Артур, не теряя времени, подбежал к Диане, пока Чак Милый не опомнился и не нашел ее в толпе.

– Прости меня, – виновато проговорил он. – На самом деле я… бы очень хотел, чтобы ты была моей партнершей на балу. Просто столько всего произошло за последнее время, что я совсем забыл про праздник, – неловко произнеся эти слова, юноша сильно покраснел.

– Вот как? – наигранно сердито произнесла Диана, хотя в глазах у нее блестели смешливые искорки. – А как же твоя прекрасная партнерша? – взгляд девушки задумчиво скользнул по идеальной фигуре Гроты.

– Она – мой друг, – смущенно ответил Артур. – А фонарик я хочу запускать с тобой.

– Значит, ты предлагаешь мне идти на бал с человеком, который меняет партнерш, как перчатки? – лукаво улыбнулась Диана. – И чего же мне следует от него ждать?

– Настоящего приключения, как минимум! – загадочно понизив голос, пообещал ей Артур и чинно взял Диану под руку. Они весело подбежали к кибитке и схватили первый попавшийся фонарик. Артур замер в волнении, пока старушка разворачивала картонку. Конечно, мальчик довольно скептически относился к предсказаниям старухи, но не в этот раз.

Старая женщина, откашлявшись, торжественно прочитала надпись на фонарике:

– «Может, шутка, может – нет, но любовь эта – на много-много…» – Она запнулась и лукаво взглянула на молодых людей, с нетерпением ожидавших ее слов. – А вот каким будет окончание этой надписи, зависит только от вас, мои утяточки. Фонарик фонарику рознь.

– Мне показалось, или она немного сумасшедшая? – тихонько проворковала Диана на ухо Артуру, когда они, невероятно довольные, отошли от кибитки с незнакомкой.

– По-моему, она очень умная и проницательная и именно поэтому кажется немного не в себе, – ответил девушке Артур. – Впрочем, мне ее предсказание очень даже понравилось. Мне повезло, что именно с тобой я вытянул этот фонарик!

– Так ты что, влюблен в меня? – чуть насмешливым голосом поинтересовалась Диана, однако лицо ее зарделось от удовольствия.

– Ну разве только совсем чуть-чуть, – ухмыльнувшись, заметил Артур, и девушка весело рассмеялась.

Вдруг совсем неожиданно парочка столкнулась с Чаком Милым. Он в полном недоумении переводил взгляд с Артура на Диану, по всей видимости, слабо понимая, что происходит.

– Что это значит, Диана? Я уже полчаса ищу тебя! – отрывистым голосом рявкнул он, едва сдерживая нарастающий гнев. Блистательный тренер почти себя не контролировал, это было видно по его злому взволнованному взгляду, мокрым волосам, прилипшим к вискам, и чуть дрожащим рукам.

– Прости меня, Чак. Я поторопилась, согласившись пойти с тобой на бал, – виновато произнесла девушка, отчетливо осознавая, в какую глупую ситуацию она попала.

Некоторые ребята, проходившие мимо них, услышали ее ответ и колко рассмеялись – ведь в школе мало кто любил самодовольного, эгоистичного тренера.

– Тебе не следовало так поступать со мной! – с какой-то странной угрожающей усмешкой проговорил Чак, обращаясь к Диане. А затем он презрительно посмотрел на Артура: – А ты… Лучше не вставай на моем пути, – сквозь зубы процедил он и, резко развернувшись на каблуках, пошел в противоположную от ребят сторону.

– Неприятная ситуация, – задумчиво проговорила Диана. Артура так и подмывало спросить, почему же она вообще согласилась на предложение Чака Милого, но он не стал, решив, что все это в конечном итоге неважно, ведь сейчас девушка с ним. Пустые угрозы самовлюбленного тренера ничуть не напугали храброго юношу. В Клипсе ему, бывало, угрожали сломанной рукой, ногой и даже жизнью, однако все эти запугивания зачастую оставались лишь словами, не имевшими ничего общего с действительностью.

– Пошли к озеру, – предложил он Диане. Они стали спускаться к берегу, где тем временем уже началась официальная часть открытия праздника. Прекрасные русалки взяли инициативу в свои руки – или же, как у них говорится, в хвосты. Они выпрыгивали из воды, одновременно подбрасывая в воздух разноцветные светящиеся и переливающиеся шарики, наполненные цветущим планктоном.

Дельфина держала Тина за руку, а он, в свою очередь, другой рукой вцепился в Даниела Фука, который как раз проходил поблизости, беззаботно насвистывая. Тин остро нуждался в ком-то еще, чтобы завязать беседу со своей спутницей, так как, пока он находился наедине со строгой и красивой преподавательницей, у него по каким-то совершенно необъяснимым причинам пропадал дар речи, словно бы одно только присутствие великолепной сирены превращало его в немую рыбу.

– Как я скучаю… – неожиданно тихо и мелодично произнесла Дельфина.

– По чему? – глупо улыбаясь, спросил Тин. Сирена грациозно кивнула головой в сторону плавающих девушек.

– По моей стихии, – ответила она.

– Но вы ведь сами выбрали… м-м… такую профессию?

Сирена грустно улыбнулась и сильнее сжала руку Тину. Она никогда не отвечала на личные вопросы, даже находясь в легкомысленной обстановке на балу.

Все ребята нашли себе пару; даже никчемный всадник Зенорус пришел с девушкой и был весьма доволен собой, невзирая на то, что смотрелись они весьма комично – дама как минимум вдвое превосходила ростом своего кавалера.

Антуан Ричи наконец увидел блистательных партнерш Артура и Тина и скривился от недовольства. Впрочем, он недолго расстраивался, так как наступило время запускать фонарики: начинался первый этап празднества.

Сегодня все происходило, в общем-то, как обычно, ибо госпожа директор очень трепетно относилась к традициям школы. Дейра Миноуг под всеобщее молчание величественно прошествовала к озеру. Она не изменила своему образу и была в таком длинном платье, что казалось, оно растет прямо из земли. Шея и голова ее почти целиком скрывались под белым воротом, из которого просматривались только остренькие фиолетовые очки. Она шла под руку со своим мужем Себариусом Миноугом – сухоньким сгорбленным старичком с непомерно длинными седыми усами, который на ее фоне смотрелся так же несуразно и неуместно, как мог бы смотреться таракан, сидящий на столе в образцово чистой кухне.

Возле черной кромки воды чета Миноуг приостановилась, и секунду они стояли, не двигаясь – рука в