Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

письмо, то значит, нас уже нет в живых. Я прошу Всевышнего, чтобы он не дал сундуку попасть в чужие руки. Здесь находится всё твоё приданное, которое с твоей матерью копили всю жизнь. Не удивляйся тому, что видишь. Часть денег — накопленные сбережения, остальная — принадлежали твоей матери Лаурии. Она из довольно богатого рода и жила с родителями в Россе. Твоя мать была дочерью богатого торговца, а я работал у него. Мы полюбили друг друга, и Лаурия, прихватив приданое, отправилась со мной в другую страну, чтобы нас не смогли найти её родственники. Не суди её за это, мы очень любим друг друга. Пусть Всевышний всегда и во всём помогает, доченька, помни о нас, не забывай! Мы любим тебя, солнышко!»

— Ой, сколько здесь денег, и все это наше⁈ — охнула Сонечка, оставив Пушка и подойдя ближе.

— Нет, милая, это все чужое. Одно дело взять ткань, а другое — деньги. Они нам не принадлежат. Давай закроем и оставим все, как есть.

— Хорошо, мамочка, — ответила Сонечка и отошла к Пушку, а я выбрав ткань, вновь все сложила в сундук, как было.

«Надо будет по возможности предупредить Лилиан о деньгах» — сделала для себя заметку. Купленные ткани и основу я отложила, так как в первую очередь нужно было заняться лепестками цветов.

На этот раз пришлось к делу привлечь дочь. Мы рассортировали лепестки по кучкам и, сложив их на противне на полотенце, оставили их подвяливаться. Завтра утром с рассвета займусь ими до приезда старосты.

Глава 10

Сергей

Я долго приходил в себя, то выныривая из вязкой тьмы, то возвращаясь в густой туман, пока, приложив сил, не дернулся к свету и не открыл глаза. Первое, что увидел, это деревянный потолок, опустил глаза ниже — светлые стены и полы тоже были из дерева и отличались лишь оттенками. Рядом с широкой кроватью, на которой возлежало мое слабое тело, стояли два стула с высокими спинками и бархатными сиденьями темно-синего цвета. С другой стороны имелся большой шкаф. Казалось, он занимал больше всего места, чем все вместе взятая мебель в комнате. Она была изготовлена из такого же светлого дерева, как и стены. Из высокого окна, частично прикрытого длинными шторами с цветочной вышивкой, в комнату проник солнечный лучик и нахально гулял по моему покрывалу. Не успел осмотреться, когда отворилась дверь, и на пороге появился темноволосый мужчина с короткой стрижкой, усами и квадратным подбородком. Его карие глаза, не мигая смотрели на меня, словно желали забраться в душу.

— Алекс, до каких пор мне придется вытаскивать тебя из всякого дерьма? — громким голосом произнёс вошедший мужчина. — Ты наследник славного рода Батс, а ведешь себя порой как заносчивый индюк. Хорошо, что твоя матушка давно отправилась на небеса и не видит весь этот позор. Она бы от стыда сгорела от поведения своего любимца.

Мужчина замолчал, перекатываясь с носка на пятку и, выдерживая паузу, не отводил от меня взгляда. А я был в какой-то прострации и совсем не понимал, что от меня хотят.

— Ну….! — недовольно произнес незнакомец.

— Э-э-э, я что-то должен сказать? — удивленно уставился на мужчину.

— Я жду объяснение, каким образом ты оказался в бедняцком районе, куда никто не заходит без охраны или сопровождения? На крайний случай, у тебя должен был с собой артефакт защиты.

— Прошу прощения, а с кем я имею честь разговаривать? — поинтересовался я.

Ну, а что⁈ По виду мужчина напоминал аристократа 18–19 века, поэтому буду вести себя соответственно. Мы тоже лыком не шиты. Хм, интересное высказывание, только где я его слышал, не помню. Кто я, что за комната, кто этот неизвестный? Одни вопросы и ни одного ответа! Всё, что было до того, как очнулся в постели, стало белым чистым листом.

— Алекс, хватит, потом опять будешь ныть, что я слишком строго наказываю, оставляя без денег. А я уже подумываю над этим. В тот момент, когда ты в очередной раз ввязался в сомнительные авантюры, я забрал баронство Хана Брэдли. Мой человек уже уехал в имение, чтобы проверить все домовые книги, счета и привести в порядок особняк. Мне не хотелось браться за это, но тысяча тархимов, ссуженных барону Брэдли, немаленькая сумма. А он денег мне не вернул. Пришлось обратиться в королевский суд, который поддержал меня.

Представь себе, сын, этот идиот покончил с собой, оставив двух дочерей, одна из которых еще совсем ребёнок. Господа Гектор Вилтон и Ломан Давиес отъехали в баронство. Я приказал гнать девиц взашей.

— Не слишком ли жестоко? Все же потерять родителя — это горе для семьи Брэдли, и девочки не отошли от потери близких.

— Ты знаешь мои правила, Алекс. Я никогда никого не жалею, иначе сядут на шею и свесят ноги. О своих девочках Хан должен был подумать заранее, а он нашёл для себя самый лёгкий способ.

Мужчина резко замолчал и, прищурив глаза, посмотрел на меня.

— Сын, я не пойму, что в тебе изменилось? Ты никогда не был таким чувствительным и жалостливым. Обычно просто добивал, если человек споткнулся, — резко вскинул голову, чтобы посмотреть на мужчину, не шутит ли он.

Увидев мое растерянное и побледневшее лицо, хозяин дома хмыкнул и добавил:

— Это я образно, Алекс. Не пойму, что происходит, где твои обиды, крики, вопли о несправедливости бытия?

— Я ничего не помню, — произнес под нос, но мужчина услышал.

— Подожди, как это не помнишь?

— Ничего не помню, ни кто я, ни как меня зовут. Напрочь забыл все, что было до того, как очнулся на кровати с пустой головой, словно не было жизни до этого момента.

Мужчина, внимательно оглядев меня и не сказав ни слова, вышел из комнаты.

Я расслабился, радуясь, что мне дали короткую передышку, и приложил усилия восстановить хотя бы маленькую крупицу памяти, но от напряжения разболелась голова, а в висках грохотало с такой силой, что резкая тошнота подкатила к горлу. Прикрыв глаза, постарался отвлечься, но в этот момент вновь открылась дверь, и мужчина с усами вошел с незнакомцем, державшим в руках маленький чемоданчик.

— Барон, я лекарь, господин Стэн, позвольте осмотреть