Диспноэ - Юлия Арвер

разорвали паникующие дворянские детки. Лиза хмуро смотрела на их кудахчущую группу, размышляя, как много среди них тех, кто вместе с виновницей сегодняшней невеселой сходки травил ее четырнадцать лет назад.

Прибывшая на место опергруппа и три криминалиста оттеснили испуганную толпу подальше, чтобы высшее общество не затоптало важные улики.

Воронцов на удивление легко управился с паникой молодых дворян. Сумел даже единственным коротким рыком обуздать истерику одного не в меру впечатлительного парнишки. Тот заламывал руки, причитал и, кажется, чуть не схватил паническую атаку.

Неведомым образом Воронцова слушался даже Тимур Агеев, о котором они совсем недавно говорили. Кто ж знал, что возможность увидеть звезду живьем представится так скоро, но при таких неприглядных обстоятельствах? Правда, Лиза все равно воспользовалась случаем повнимательнее рассмотреть всех пятерых членов «Айс Лимит». Трупы в ее жизни случались часто, а вот встреча со звездами – впервые.

Агеев внимательно слушал Воронцова и едва ли не смотрел ему в рот, как и многие дворянские детки. Они подчинялись ему беспрекословно, и этого Лиза никак не ожидала.

– Я знал, что ничего хорошего из этой вечеринки не получится. Чувствовал. Почему не запретил? Идиот, – бормотал Кирилл по пути к клубу. Он цеплялся за руль машины Ника и гнал так, что наверняка схватил десяток штрафов.

– И как бы ты запретил провести вечеринку? Уж прости, но ты начальник только для Первого отдела, – хмыкнула Лиза.

– Я бы запретил идти туда своим людям. Поверь, они не посмели бы ослушаться.

В словах Воронцова было столько холодной уверенности, что Лизе и в голову не пришло сомневаться в авторитете начальника. Сейчас она увидела доказательства своими глазами. Он не преувеличивал свое влияние, и это обстоятельство вызвало у Лизы живой интерес. Дворяне по сути своей не любили повиноваться, но Воронцов чем-то сумел зацепить толпу молодых, амбициозных и успешных.

Пока Воронцов с Русланом, прибывшим с опергруппой, опрашивали гостей вечеринки, Лиза бродила кругами вокруг трупа.

После смерти Татьяне Глебовой вложили в руку вырезку из газеты. Об этом доложил эксперт, который пять минут назад аккуратно и почти с любовью извлек из хватки трупа комок бумаги, запечатав его в пакете для улик.

Лиза внимательно осмотрела находку и нахмурилась. Статья о выступлении Партии прогресса. «Разрушим преступное дворянское влияние!» – гласил заголовок. Она подозвала Воронцова и показала улику. Если сама Лиза не понимала, что значил этот клочок газетной бумаги, то начальник явно все сразу понял. Он нахмурился и сцепил зубы так сильно, что на скулах заходили желваки.

Еще в машине Воронцов рассказал, что их с Татьяной отношения закончились больше двух лет назад, да и протянули недолго – всего полгода. Вряд ли ее смерть так его поразила. Все дело в газетной вырезке. Кто-то истреблял дворян и оставлял знаки, чтобы эти самые дворяне понимали, что им осталось недолго. Версия вполне правдоподобна.

– Эта мразь со мной играет, – процедил Воронцов, и его взгляд на мгновение метнулся в сторону молодого дворянина в сером костюме и белоснежной рубашке. Он держался так высокомерно, будто вечеринку «Айс Лимит» организовали для него персонально. Рядом с ним крутился тот самый паренек, который едва не словил паническую атаку. Они о чем-то тихо переговаривались.

В дворянине не было чего-то интересного, кроме надменного лица, которое неожиданно показалось Лизе знакомым. По телу пробежала дрожь полузабытого детского страха… Нет, это не мог быть Герман Аникеев!

– Кого ты имеешь в виду? – тихонько спросила Лиза.

– Не бери в голову. Это не касается посторонних.

– Мое прошлое тоже не касалось посторонних, но тебе я о нем рассказала. Ты мне должен ответную откровенность.

– С каких это пор? – отрезал Воронцов, и слова эти стали отрезвляющей пощечиной. «Ты слишком много о себе возомнила. Спустись с небес на землю, наивная. Тебе и не думали доверять так, как доверилась ты».

– Нижайше прошу прощения, Кирилл Алексеевич. Как только посмела я, демоническое отродье, влезать в дела дворянского змеиного клубка? – процедила она таким тоном, что Воронцов не мог не уловить в нем эха слов «пошел на хрен, сученыш».

– Не паясничай, тебе не идет.

– Даже в мыслях не было, Ваше сиятельство.

Все еще «пошел на хрен, сученыш». Лиза не собиралась менять гнев на милость. По крайней мере, пока он не расскажет, что происходит за ширмой «крысиной» дружбы дворянской золотой молодежи.

Мысли со скрытного Воронцова вновь переключились на высокомерного дворянина, который выхватил их взглядом в толпе и зачем-то решил присоединиться к веселому клубу обиженного молчания. Лиза напряженно наблюдала за каждым его шагом, все четче понимая, что действительно видит перед собой того, в кого так неосторожно влюбилась четырнадцать лет назад. Первое и самое яркое разочарование в мужчинах. Не то что маленький рыцарь, прятавшийся с ней под скатертью!

Лиза напряглась, как струна. Наверняка ее зрачки полыхнули алым, но Аникеев не обращал на нее никакого внимания, чтобы заметить проявление демонической сущности. Ублюдок смотрел только на Воронцова.

– Кирилл, тебе придется успокоить Варвару. Она закрылась в туалете и рыдает, как белуга. Головин пытался до нее достучаться, но был грубо послан. Говорить она будет только с тобой.

– Что в очередной раз произошло? Они с Таней терпеть друг друга не могли. Не стала бы Варвара слишком переживать по поводу ее смерти, – насторожился Воронцов.

– В том-то и дело, что буквально за час до смерти Тани они поругались в пух и прах. Кажется, тебя не поделили, завидный жених.

Лизе пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы не фыркнуть. Герой-любовник! Первый парень на деревне! Все за него готовы волосы рвать друг на друге. Голубоглазый камень преткновения, чтоб его черти сожрали!

– Тактика маленького ребенка: заплачь раньше другого, и никто тебя не заругает, – сухо обронил Воронцов, высматривая кого-то в толпе. – Я не мальчик на побегушках. Когда Варваре надоест ломать комедию, тогда я с ней и поговорю.

– Но ты должен…

– Я. Ничего. Не должен, – рыкнул Воронцов. Он казался холодным и даже отстраненным, но Лиза чувствовала, что внутри него готов к извержению целый вулкан. – Сейчас я занят. Возможно, тебе это видится ерундой, но у нас тут труп. Очередной. В круге из мела. Как символично, правда?

Сказав это, он растерял интерес к Герману, махнул кому-то рукой и устремился к ограждениям, выставленным полицейскими. Возле ленты нетерпеливо топталась молоденькая, очень красивая блондинка. Похоже, это ее Воронцов так напряженно выискивал в толпе. Лиза уловила его оклик: «Мила!» – и заставила себя перевести взгляд на ублюдка, который так и остался рядом. Как будто на прогулку вышел – расслабленный и равнодушный.

Демоническая сущность внутри Лизы