Газолин - Виктория Голубева

– Правильно. Ты справишься, – кивает Энн и проводит ладонью по моему плечу. – И еще…

Я мгновенно поднимаю взгляд. Что еще?

Энн кивает куда-то мне за спину и мягко произносит:

– К тебе пришли.

Я резко оборачиваюсь, так, что волосы, собранные в хвост, бьют по щеке. Сначала замечаю каких-то людей в костюмах, вошедших в моторхоум, потом из-за них выходит тот, кого я надеялась никогда не видеть рядом с собой.

Мой отец.

Глава 28. Хантер

Абу-Даби, ОАЭ

Куда запропастился этот чертов курьер? Пресс-конференция через пятнадцать минут, а документы для юристов до сих пор никто не забрал.

Финальная подпись на бумагах для суда по передаче опеки будто прожигает насквозь коричневый конверт у меня в руках. Отступать больше некуда.

Автоматические двери моторхоума распахиваются, и в меня едва не врезается какой-то качок в костюме. Недовольно смотрю на него, но ему хоть бы что. Он выглядит здесь инородно: черный костюм, темные очки, будто сбежал с фейсконтроля ночного клуба. Того и гляди коснется наушника и скажет что-нибудь в духе: «Птичка в клетке».

Из-за его спины выходит мужчина, которого невозможно не узнать. Ниже своего охранника, все еще в отличной форме. Возраст выдают лишь волосы, тронутые сединой. Человек, чье имя давно стало частью истории автоспорта, – Ник Монклер.

Отец Сиены.

Что, черт возьми, он здесь делает? Нужно срочно предупредить ее.

Достаю телефон из заднего кармана, нажимаю кнопку вызова. Проклятье! Нет связи.

Тем временем отец Сиены уже заходит внутрь.

Быстро набираю сообщение, хотя понимаю: оно, скорее всего, опоздает. «Твой отец здесь! Заходит в наш моторхоум».

«Нужно пойти помочь Сиене», – мелькает первая мысль. Но ко мне подбегает наш ассистент Дерек и начинает тараторить:

– Хантер, вот ты где! Еле тебя нашел. – Речь у него сбивается, он пытается отдышаться. – Ты опаздываешь на пресс-конференцию, Джон с Крисом уже в зале.

– Еще десять минут, я успеваю, – раздраженно отвечаю я и проверяю телефон. Ответа от Сиены нет. Загляну на минуту в моторхоум – убедиться, что с ней все в порядке, а потом бегом на конференцию.

Делаю шаг ко входу, но слышу позади:

– Мистер Кросс? Простите за опоздание.

Оглядываюсь и вижу парня в форменной куртке курьерской службы.

– Не мог припарковаться поблизости, везде въезд по пропускам.

Он вежливо улыбается и выразительно смотрит на конверт у меня в руках.

Меня привлекает движение в моторхоуме. Через панорамное стекло вижу, как отец Сиены подошел к ней, но что происходит, разобрать не могу. Я должен быть там.

Отдаю конверт курьеру и направляюсь к моторхоуму.

– Мистер Кросс, мне нужна ваша подпись, – кричит он мне вслед.

Да чтоб тебя! Возвращаюсь и резко спрашиваю:

– Где?

Курьер протягивает планшет с кучей строчек. Смотрю на него, потом оглядываюсь на Сиену.

Ставлю подпись внизу и протягиваю планшет Дереку:

– Заполни все остальное, я не успеваю. Детали на конверте.

Оглядываюсь, но Сиены там уже нет.

– Хорошо, но, Хантер, тебе действительно пора. Пожалуйста, поторопись.

Проверяю время на телефоне. Без четырех минут два.

ЧЕРТ!

Бегу к конференц-залу на полной скорости. Ловко маневрирую между людьми, то и дело возникающими на пути, вроде никого не задеваю.

Влетаю в помещение в тот момент, когда стрелки часов над столом для интервью показывают ровно два.

Быстрым шагом подхожу к свободному месту в ряду выступающих и сажусь с невозмутимым лицом. Крис насмешливо смотрит на меня, Джон ухмыляется.

Пытаюсь незаметно выровнять дыхание и, чтобы скрыть одышку, наливаю себе воды.

Оглядываю зал: свободных мест нет, журналисты стоят даже вдоль стен. Многие с блокнотами, но большинство держит в руках телефоны.

Ведущий говорит:

– Коллеги, мы готовы начать пресс-конференцию. Первый вопрос, пожалуйста.

Поднимается журналист одного из ведущих спортивных каналов Великобритании. Ему почти всегда достается право первого вопроса, коллеги из PR предупреждали об этом. Как и о том, что за невинным вопросом, как правило, следует второй, гораздо более опасный.

– Сейчас «Меркурий» на втором месте в чемпионате. Готовы ли вы побороться за первое?

Крис слегка наклоняется к микрофону и отвечает:

– Победа в Кубке конструкторов – цель каждой команды, и «Меркурий» не исключение.

Дальше звучат правильные слова: осторожная надежда на удачный сезон, но никаких лишних обещаний. Джон одобрительно кивает. Я тоже киваю, поддерживая общий тон и демонстрируя единство команды.

Но глубоко внутри у меня лишь один вопрос: чего стоит победа в чемпионате, если ее цена – здоровье пилота? Что выбрал бы Монклер: Кубок конструкторов или возможность ходить без костылей? А я?

Смотрю на повязку, фиксирующую запястье. Свой выбор я уже сделал.

– У меня есть еще один вопрос, возможно, менее относящийся к спорту, – тот же журналист усмехается. – Но он интересует наших зрителей, поэтому я его задам. Вопрос к Хантеру.

Смотрю на журналиста. Фокусируюсь на точке чуть выше переносицы – так создается ощущение прямого взгляда. Сегодня мне везет, и второй вопрос, тот, который с подвохом, достается мне.

Вокруг все замирает. Слышно каждый шорох: кто-то закидывает ногу на ногу, двигает стул, перекладывает блокнот. Накрывает отвратительное предчувствие, как перед бурей.

– Хантер… – Я киваю, принимая вопрос. – Кто эта таинственная девушка, с которой вас постоянно видят?

Крис улыбается, но я вижу, что он сжимает кулаки до побелевших костяшек. Я растягиваю губы в улыбке. Чего-то подобного я ждал, поэтому ответ заготовлен заранее.

– Которая из них?

По залу пробегают смешки, и я продолжаю:

– Если серьезно, сейчас мое сердце свободно. Да, меня видят с девушками, – шутливо поднимаю руки в жесте «сдаюсь», – я не святой, что поделать.

Журналист одобрительно кивает и садится на место.

Дальше пресс-конференция идет своим чередом: вопросы о машине, обсуждение спорных гоночных эпизодов. Ничего необычного.

То и дело поглядываю на часы в конце зала.

Скорее бы конференция закончилась, и я смог найти Сиену, убедиться, что она в порядке. Несмотря на то что Ник Монклер был кумиром моего детства, после рассказа Сиены я ему не верю.

Десять минут до конца.

Беру стакан воды, делаю глоток.

И вдруг начинают вибрировать телефоны. Сначала один, потом второй, а затем сразу несколько. Как в плохом кино.

Крис достает телефон и с напряженным лицом читает что-то, быстро пролистывая страницу. Я тоже тянусь к своему, воспользовавшись заминкой.

Там десятки сообщений и уведомлений. Их число растет на глазах. Открываю одно. Первое, что вижу, – лицо Джесс.

Зал оживает: почти все поднимают руки. Щелкают камеры.

А я читаю заголовок, и перед глазами темнеет.

«Хантер Кросс