Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

Невероятно измученные и оголодавшие, Щиты как можно быстрее проехали к Замку Королевской крови, где их уже ожидал Серум и несколько Светлых Умов вместе с учениками Миры.

К Зексу, буквально слетев с повозки, тут же подбежал один из Щитов и выпалил ему в лицо:

– Скорее, капитан, Главному Советнику нужна помощь!

– Солдат, что произошло? – озабоченно спросил Серум.

– Не время! Срочно, нужно доставить Советника в лазарет!

– Марк, Лира – осмотрите капитана Берро, Лица – окажите посильную помощь и перенесите его в Палаты Лекарей.

Ученики, живо подорвавшись на месте, бросились к повозке в сопровождении Серых Лиц. Учёные, опасливо поглядывавшие на капитана Зекса, также предпочли подойти к повозке.

– А теперь – докладывай. – вновь обратился Серум к Щиту.

От усталости Бежевый Щит просто свалился на землю. Медленно и глубоко дыша, он положил голову на колени и попросил минуту на то, чтобы перевести дыхание. Немного придя в себя, солдат начал рассказывать:

– Около двух недель назад дела в городе вышли из под контроля. До сих пор Калеб Мальферий притворялся, что остыл к своим планам и смирился с лёгкой победой. Был безучастен к делам города, оставил проповеди, иногда мог внести какие-то предложения, но ни на чём не настаивал. А затем... Будто взрыв произошёл. Он шаг за шагом приходил к тому, что число последователей росло, планомерно продвигал свои идеи, которые Советники считали разумными и принимали на общем голосовании. Он разрешил Церковникам носить все свои погремушки и тряпки, убрал стражу с ночных патрулей, подмял под себя всех, кто шёл в город за халявной монетой. Он убил Понтифика, стёр с земли Птер Абье, заклеймил почти всю стражу в городе, а точку поставил – такое и говорить не хочется...

– Что он сделал, солдат? – серьёзно спрашивал Зекс. – Отвечайте.

– Он устроил "священную ночь", во время которой десятки тысяч людей обратил в свою дрянную веру. Этой же ночью он хотел избавиться от всего Совета махом, заперев их в подземельях под Казармами Бежевых Щитов, но капитану Берро удалось улизнуть. Тогда он подослал лазутчиков к выходу из города, когда мы общими силами пытались вытащить Уиллема. К сожалению, чуда не произошло и его отравили дротиком.

– Создатель...

– Всё северное побережье уже в его руках. Вы ведь знаете, это места, что долгое время были подконтрольными Церкви Детей Создателя и именно Понтифику отчитывались обо всём, что происходило. Из крупных городов – Рей и Парту, несколько крепостей, множество деревень. Торли, хоть и находящийся ближе к Суте, чем Зарему, не переметнулся на сторону врага. Насколько нам известно, капитан Берро просил Совет Торли быть крайне осторожным в обращении с Церковниками. Вероятно, это и помогло не пропустить вестников Калеба дальше за Пик Погибель.

– Каковы его дальнейшие планы?

– Увы, никто не знает. Стражники и о "священной ночи" толком ничего не знали, о дальнейших событиях и говорить не приходится.

-- Будь проклят тот день, когда Калеб Мальферий родился на свет... Как вы добрались сюда живыми? В особенности капитан Берро?

-- Добрые люди по пути. Мы старались обходить те деревни, что уже попали под влияние Калеба. Двигались дальше, искали в каждом селе лекаря или травника и просили их помочь капитану. Многие разводили руками, кто-то снимал симптомы. Вероятно это и помогло ему добраться до сюда. Но он так и не пришёл в себя, так что могу предполагать, что зараза до сих пор в нём.

-- Мирабель и Максвелл Тотмен вот-вот должны прибыть в город, так что на данный момент его жизнью займутся Светлые Умы. Уверен, эти двое поставят его на ноги.

-- Да... Что нам делать, капитан Зекс? Нас таких меньше десятка, из самой Суты в случае нашего успеха прибудут ещё около трёх десятков людей, верных капитану Берро. Но у Калеба... в одной только Суте больше трёх тысяч стражников. Рей, Парту, замки-крепости... Это десятки тысяч людей со всего северного побережья. До нас доходила информация, что Калеб ведёт переписку с графами Третьего, но те, в свойственной им манере, отказались помогать, потому как таким ходом могут «навлечь на себя неприятности в лице Второго».

-- Для начала следует дождаться тех, кто может оказать нам помощь. Уже с ними мы будем решать, как идти дальше.

Спустя два дня на торговой повозке прибыли Макс, Мира и ученики. После крайне тёплого приёма, Макс тут же озаботился тем, что Уиллем так долго был под действием яда. Поблагодарив старых коллег, Максвелл быстро выпроводил их из покоев и сквозь зубы процедил:

-- Недотёпы. Светлые Умы, а творят такую тёмную, необразованную ерунду...

Быстро осмотрев капитана Берро, Максвелл удивлённо хмыкнул. Бывший полевой врач и исследователь материка, Максвелл буквально за несколько минут «пробежал» по всему телу капитана, приподнимая веки, хватаясь за конечности, прислушиваясь к дыханию, запаху тела и виду кожных покровов. Закончив, он подозвал к себе всех учеников вместе с Мирой и с интонацией истинного учёного сказал:

-- Резюмирую. Бледность, посинение вокруг глаз и рта, пелена на глазах, желчный пот, судороги, что забили мышцы, бессознательность и припухлость языка. Ваши предположения?

-- Если это были лазутчики, тем более из северных районов... Ставлю на «Жабьи рёбра». Наёмники. -- отрывисто произнесла Мирабель.

-- Похоже на их работу. Только яд болотных жаб не вводит в бессознательное состояние. Да и посинение кожи у глаз и рта... Склоняюсь к львиной острянице. -- тихо произнёс Марк.

-- Прекрасно, юноша. -- удивлённо протянул Макс. -- Редко в наших краях встретишь любителя насекомых.

Марк легко улыбнулся и повернулся к другим ученикам, задав им встречный вопрос:

-- Как думаете вы?

-- Думаю, надо отталкиваться от желчного пота. Некоторые виды птиц... -- начал было Шео, но внезапно его перебила Кира.

-- Да-да, Шео... Завязывайте -- это «crup-a-droppa», «крюк-да-леска», если удобно. Когда дикие быки наедаются этой травы, то по синим кругам на коже, да по запаху желчи от тел их и отличают. Мышцы как камень, синюшные языки и этот смрад -- и отравленный бык сжигается на костре, а ближайшие поля просматривают фермеры и от этого добра к чертям избавляются. -- самоуверенно произнесла девушка.

-- Слова истинного дитя степей. -- довольно закивал Макс. -- Это действительно выжимка из «крюка-да-лески», ядовитого растения, что в одно время заполонила центральные болота и прилегающие к ним поля и степи. Стаутемер, Риванопа, Крилесс, по всей площади «Мёртвых Топей». Недалека