Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь - Кира Лин

Я подалась вперёд, расплетая руки.

— Я могу вам показать.

Он медленно выпрямился, глядя на меня озадаченным взглядом.

— И что для этого требуется?

Ничего не ответив, я коснулась его руки и пустила импульс силы. Мысли понеслись пёстрой цепочкой от меня к инспектору. Пришлось снова пережить всё это, прочувствовать вместе с Лукасом.

Увидев своё улыбающееся лицо в его воспоминании, я закусила губу до боли. А когда отодвинулась, Джон глядел на меня слегка расширенными глазами. У меня же по щекам текли слёзы.

— Я должна была поделиться… с кем-то, — прошептала я и опустила голову. — Если бы я могла вернуть…. Или донести до него правду….

Брейнт молчал, всё так же ошарашено таращась на меня, переваривая увиденное.

— Он не ставил защитную сигнализацию?

— Разочаровался в магии и снял на днях. Бросил вызов судьбе, — тихим голосом ответил Джон и облизал губы.

— И она его приняла, — вздохнула я, теребя в руках платок. — Лукас рассчитывал на то, что придёт Бен.

— Зачем?

— Хотел разрешить их личную вражду раз и навсегда.

— Думаете, он убил бы Шермана?

— Нет, он жандарм до мозга костей, и слишком мягкосердечен… был. Он планировал надеть на него наручники и упечь за решётку. Даже осознавая, что я его отвергну и вероятно возненавижу, не собирался отступать.

Джон открыл рот, но ничего не смог сказать. И закрыл его. Отвернувшись, посмотрел вдаль и хмыкнул своим мыслям.

— Я могу идти, инспектор?

Он заморгал, хмурясь, и посмотрел на меня. Я попыталась встать, но он опередил меня и подал руку. Я растерянно посмотрела на неё, но приняла.

— Спасибо, — сказал он, когда мы оказались лицом к лицу.

— За что? — удивилась я, скомкав в руке платок.

— За то, что помогли увидеть свой мир вашими глазами. Дали почувствовать сердцем правду в абсолютной темноте, где зрение бесполезно.

— Почему вы поменяли отношение ко мне?

— Я принимал вас за пигалицу, развлекающуюся расследованиями чужих смертей. А оказалось, что у вас к этому врождённый дар. Это заставило задуматься и пересмотреть свои взгляды на магов.

— Вы же ненавидите магов, — усмехнулась я. — Считаете, что мы оттяпали у вас земли.

Брейнт коротко качнул головой.

— Неправда. Я конфликтовал с Линетт — она не пускала меня на порог Академии и не желала видеть в жандармерии. По причине того, что я усерднее других вмешивался в дела вашего народа. И не доверял магам. Ну, а земли мы сами отдали, — глубоко вдохнув, он жестом указал мне на одну из патрульных карет: — Если вы не против, я подвезу вас до дома.

— Нет, — качнув головой, прошептала я. — Сегодня я не против.

Глава 44

На кухне горел свет. Едва я переступила порог, как Мишель, ахнув, выскочила из-за стола и побежала к лестнице. Похоже, выглядела я паршиво.

Снимая плащ, я скинула сапоги и пошла к столу. Ватные ноги не слушались. Джош поднялся с места и выдвинул для меня стул. Я старалась не смотреть на него, чтобы не расклеиться окончательно.

Покорно села, сложила руки на столе и уронила на них голову. Озноб не проходил, плечи сотрясались до боли в мышцах. Не хотелось говорить, слова застревали острыми камнями в глотке.

Всё, что нужно, Джош подглядел в моих мыслях, а Мишель почувствовала. Она вернулась с охапкой скляночек и пучков трав, Джош сходил за пледом. Они суетились вокруг меня, а я не могла пошевелиться.

Пока сестра готовила снадобье, брат пытался меня отогреть. Но тщетно. Холод поселился глубоко внутри, затаился. Понадобится какое-то время, чтобы свыкнуться со смертью Лукаса.

Но мириться с его убийством я точно не собиралась. Вот только на сегодня лимит моей выдержки был исчерпан.

Успокаивающее зелье Мишель согрело до кончиков пальцев, но дрожать я не перестала. Джош взял меня на руки и отнёс наверх, в спальню, как маленькую девочку.

И остался со мной до утра. Лежал рядом и молчал, а я прижималась к его груди, стиснув тёплую ладонь. Мне просто хотелось, чтобы меня кто-то подержал за ручку.

Я всё-таки уснула. Знакомый голос повторял: «Эшли, Эшли!» Чья-то рука гладила по щеке, отводя волосы с лица. Я повернулась, потёрлась о неё, думая о Бене, и открыла глаза.

Солнечный свет ослепил меня. Закрывшись ладонью, я перекатилась на другой бок и уткнулась лицом в подушку.

— Задвинь шторы, — сумела сказать я.

Кровать шевельнулась, и через секунду светлая щель между подушкой и лицом погасла. Я подняла голову — в комнате было почти темно.

Кажется, я уснула перед самым рассветом, долго ворочалась, но усталость оказалась сильнее.

Вчерашний день выдался насыщенным событиями, а с утра всё казалось страшным сном. Я свесила ноги с кровати и потёрла глаза. Они болели от слёз и неполноценного отдыха.

От стены отделилась тень и приблизилась к кровати. Я подняла голову, моргая. Джош стоял в брюках, синей кофте с капюшоном, поверх неё была надета тёмно-серая ветровка.

Неспроста он разбудил меня, его что-то заставило. Часть меня удивилась, а другая впала в апатию и отказалась ясно мыслить.

— Куда же ты собрался в такую рань?

— Рань? — тихо усмехнулся брат. Даже сквозь темноту комнаты я ощущала тяжесть его взгляда, его напряжённость. — Уже полдень, сестрёнка.

— Отлично, — зевнула я. — Куда ты собрался в полдень?

Он подошёл и встал напротив меня. Пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его лицо. От этого внутри черепа покатился свинцовый шарик.

Я зажмурилась, тихо застонав. Джош подошёл к стулу, пододвинул к кровати и опустился на него. Стоило бы поблагодарить его, да во рту пересохло.

Он сидел, свободно откинувшись. Какое-то было в нём излишнее самообладание, такая напряжённость, что трудно было говорить о кошачьей грации. И всё же чем-то Джош напоминал кота, свернувшегося на стуле.

Только коты не позируют. Они такие, какие есть. А Джош явно позировал, стараясь изобразить непринуждённость и лёгкость.

— Дельце нарисовалось. Прими душ, и сразу отправимся в путь, — говорил он без интонации, но я насторожилась.

— Не уверена, что способна сейчас что-то воспринимать… — начала я, откинув одеяло.

Джош тряхнул головой, прервав меня:

— Ты же хочешь раз и навсегда разобраться, в чём причина бегства Бена?

— Ты нашёл его? — я вскочила с кровати — слишком резко.

И, покачнувшись, села обратно. В глазах поплыло, желудок сжался, как от рвотного позыва. Сказать, что я была не в форме — ничего не сказать.

Вместо ответа Джош поднялся со стула и ленивой походкой направился к окну. Одёрнул штору, запустив в комнату яркий свет. В первое мгновение