Степи Эреду. Часть 2 - Archer

— У нас нет выбора. А'тэри — это твари, которые извратили собственное тело и душу. Они сделают подобное со всеми нами. Со всеми живыми существами. Донеси до него эту мысль, Шамаш. Мы готовы отречься от древней вражды с шу, потому что надвигается ещё большая угроза всему Сопряжению. Я не боюсь смерти, но я боюсь, пройти так называемое вознесение.

— А если мальчишка не согласится дружить с нами?

— Тогда убей его, Шамаш. Аркана Льда слишком ценная награда чтобы оставлять ее врагу. Эрешкигаль очень хочет эту руну и рано или поздно обязательно отыщет мальчишку.

Глава 5

Я не знаю, как выжил. Не знал, как вообще могу существовать. Вопреки всему мой организм боролся за жизнь, не имея для этого никаких резервов, но с недавнего времени появился весомый стимул — моя сила возвращалась. Пока лишь капля из целого океана, но именно с небольшой течи рождается неостановимый поток, сметающий всю плотину. Сейчас же эта течь была, а также была всеобъемлющая злость и непреодолимая жажда мести. Возможно, именно они придавали мне силы.

Экзекуторша заходила еще дважды и чуть ли не с порога начинала вяло хлестать меня плетью, скорее для проверки. Но, видев что я не проявляю никаких признаков жизни, она тут же теряла интерес к пытке. Знала бы она, каких усилий мне стоило терпеть даже эти пару ударов плетью. Все-таки к боли, кажется, можно привыкнуть, или это жажда мести воспитывает настолько могучую стойкость?

— Слабак, — разочарованным шепотом произносила злобная экзекуторша и сразу покидала камеру.

А вот от старика-слуги я не скрывался. Отныне я съедал все, что приносил этот молчаливый надсмотрщик, и даже просил принести побольше еды, что, конечно же, он проигнорировал. Старик был глух, я это выяснил опытным путем. Достаточно было резко тряхнуть цепями в тот момент, когда он убирался в камере. Мужчина даже не обернулся на звук.

В отличии от еды, воду мне приносили без ограничений. Видя опустошенную плошку, надсмотрщик тут же приносил полную, и так до тех пор, пока я полностью не утолял жажду.

Надо ли говорить, что все свободное время я тратил на концентрацию внимания? Я пытался расширить ту самую брешь и получить доступ к собственным силам, но время шло, а дар не возвращался, и от этого я все больше впадал в тоску и ярость, которые отнимали просто прорву из тех немногих сил, что у меня еще имелись. Чувствовал, что мне осталось недолго при таком истощении. А еще появившееся восприятие подсказывало, что где-то там уже принято решение о моей полной недееспособности, и экзекуторша придет не уже с плетью, а с ножом, чтобы окончательно и гарантированно прервать мое недосуществование. Кому нужен узник, который уже не способен собственными страданиями веселить палачей?

Тоска и злость нарастали, а силы уже были на грани. На грани смерти, и кажется, на этот раз окончательной.

Заметил, что старик последние несколько раз стал приходить в камеру укутанный в лохмотья с ног до головы. И даже что-то вроде перчаток соорудил, обмотав руки какой-то тряпкой.

«Может, приболел чем-то заразным?» — подумал я.

Заразы я не боялся. Что мне она, когда я и так почти мертвец?

Но все вскоре встало на свои места, когда в очередной раз в камеру заглянула экзекуторша. Я, как обычно, прикинулся умершим — поник на цепях и уронил голову к груди. Приготовился к очередной порции плетей, но бить меня не стали. Палачиха, выматерившись и ткнув меня ногой, поспешила выбежать из камеры. И вот только сейчас я точно стал уверен, что следующая наша встреча станет последней для меня. Что-то такое произошло, что сильно напугало эту злобную суку.

Я не азартен, но именно сейчас мне стоит идти ва-банк, поставив на кон собственную жизнь — самое ценное, что у меня есть. Чувство опасности вопило о скорой беде. Злость накатывала волна за волной, усиливая тревогу и, что удивительно, концентрацию. Брешь наконец поддалась. Пока еще не поток, но уже ощутимый ручеек.

«Есть!» — мысленно возликовал я.

Панель Истока едва проявилась перед мысленным взором — я немедленно усилил концентрацию на скрипт-хранилище. Мне нужны силы, мне жизненно необходим эликсир Насыщения. Я стремительно слабею. Буря эмоций, кажется, выжали досуха мои истощенные железы — они отдали последние микрограммы гормонов, и большего уже произвести не способны. Но силы еще есть, сущие крупицы, и я задействовал все, на что был способен. Все или ничего! Сейчас или никогда.

К горлу подступила тошнота, я до хруста сжал немногочисленные оставшиеся зубы и единственный глаз. Лишь чудом не потерял сознание от перенапряжения, когда плотину прорвало. На плечи словно упала скала, а по телу пронесся электрический импульс, заставивший тело выгнуться. Из горла вырвался измученный хрип… Нет, это был хрип ликования. Звук-предвестник свободы. Жизни. Возмездия.

Панель Истока стала явной, не настолько четкой, как без блокирующих кандалов, но вполне ощутимой, чтобы ею пользоваться. Взглянул на полоску со Шкалой Сил… Она, кажется, желтая. Об этом свидетельствует сущий миллиметр ее заполненности. Миллиметр в Критической ее части, практически пустая. В любой другой ситуации я бы потерял сознание, но не сейчас. Не сейчас, когда до свободы осталось всего ничего. После всего пережитого я не имею права потерять сознание или умереть.

Мать моя! В заточении я перешагнул сразу два ранга, но больше всего радовало восприятие. Оно вернулось. У меня за спиной словно появились крылья. Кажется, в этот момент я мог бы летать. Возможно, именно они придали мне сил для финального рывка.

Вода… вода… ВОДА! Она была везде, я снова чувствовал ее и немедленно желал использовать. Из скрипт-хранилища первым делом появился шприц-тюбик эликсира Насыщения, еще тот, из запасов, оставшихся с родного мира. Поток тугой воды, созданный на пределе возможностей, поднял в воздух свалившийся к ногам тюбик и поднес его ко рту. Я запихал этот тюбик в рот полностью и уже там, практически теряя сознание, сжал его остатками зубов, деснами и нёбом, выдавливая драгоценную жидкость, заглатывая все до капли.

Секунда, две, три. Пустой желудок словно чувствовал, что от его скорых действий зависит жизнь владельца. Он, кажется, пропустил ту стадию, когда необходимо начать выделять желудочный сок, а скорее всего, попросту было не из чего производить его. Все остальные органы подхватили эстафету скорости, а кишечник, как сумасшедший, за какие-то секунды всосал содержимое тюбика. Кровь тоже не подвела, она немедленно разнесла питательные