Дельта-V - Дэниэл Суарез

бюджет НАСА на 2033 финансовый год, мы по-прежнему ставим своей целью устранение расточительности и дублирования в программах НАСА при сохранении американских интересов в космосе и национальной безопасности США. — Он поднял глаза. — Возможно, вы объясните нам вашу роль как руководителя программы… — Он потерял нить.

— Руководитель программы перспективных космических проектов. Разумеется. Мне поручено проводить постоянный экономический анализ новых частных космических компаний — так называемого «НовогоКосмоса» — с прицелом на стимулирование отраслевых инвестиций в цислунарное предпринимательство.

— Цислунарное? Что это такое?

— Это область космоса, простирающаяся от земной атмосферы до точки примерно в 65 000 километров за Луной. Можно считать это ближайшей небесной окрестностью.

— И какое именно «предпринимательство» вы там поощряете?

— Устойчивую и растущую космическую экономику, которая могла бы создать более экономически эффективную основу для поддержки будущих миссий НАСА.

— Эта космическая экономика будет управляться под эгидой Соединённых Штатов?

Она замешкалась. — Не конкретно, сенатор, хотя США, несомненно, будут играть значительную роль. Любая космическая экономика будет пересекаться с международными экономическими системами на Земле — как та, что развивается в Люксембурге. Традиционный доктринальный термин для этого — «переплетение» — то есть создание рынка, открытого для всех, который даёт сообществу наций кровную заинтересованность в его успехе.

Молодой сенатор сбоку наклонился к микрофону. — Вы сказали «новый» космос. Чем он отличается от «старого» космоса?

— НовыйКосмос — это неофициальный термин, используемый для описания частных космических предпринимателей, ориентированных на коммерцию, а не на государственные заказы.

Председатель спросил: — Безусловно, компании, с которыми вы работаете, должны в какой-то мере служить национальным интересам США.

— Не больше, чем коммерческие предприятия в Кремниевой долине или на Уолл-стрит.

— Тогда мне трудно понять, каким образом эти усилия помогают сохранить американское доминирование в космосе.

— Сенатор, я думаю, мы должны признать, что абсолютное американское доминирование в космосе больше не существует. Технологии запуска стремительно развиваются по всему миру, а число государственных и коммерческих участников космической деятельности резко растёт. По состоянию на 2031 год общее число действующих спутников на орбите Земли составляет 14 312, из которых лишь 1 004 принадлежат Соединённым Штатам. Подавляющее большинство остальных принадлежит частным компаниям.

Председатель читал, одновременно говоря. — Большинство этих компаний базируются в США или в странах-союзниках, верно?

— На данный момент — да.

— Тогда зачем, мисс Лисовски, нам целый отдел в НАСА для продвижения частной космической отрасли? Похоже, она и так прекрасно справляется сама.

— Моя роль не в том, чтобы «продвигать» частную космическую отрасль, а в том, чтобы стимулировать экономические инвестиции в технологии и возможности, которые помогут научным и исследовательским миссиям НАСА при экономии средств американских налогоплательщиков. Если мы хотим достичь других миров…

— Простите, но я не уверен, что разделяю вашу веру в то, что создание рынка, «открытого для всех», в космосе обеспечит геополитическую стабильность. Откуда нам знать, мисс Лисовски, что какая-нибудь иностранная космическая компания не является прикрытием для размещения оружия враждебного государства на орбите?

Она выдержала его суровый взгляд. Лисовски знала, что сенатор ранее был руководителем в оборонной корпорации, а до этого — генералом ВВС. — Я не аналитик в сфере обороны, сенатор, но из-за задействованных скоростей буквально всё на орбите потенциально является оружием. Случайно оброненный астронавтом болт во время ремонта может уничтожить целый спутник. По этой причине ни одна нация не победит ни в каком конфликте на низкой околоземной орбите. Обломки даже от небольших столкновений, вероятно, заденут другие спутники, создавая облака смертоносного мусора, которые, в свою очередь, поразят ещё больше спутников. В конечном итоге это может привести к так называемому синдрому Кесслера — когда пространство над атмосферой Земли покроется обломками, лишив всё человечество доступа в космос на целые поколения.

— Так вы полагаете, что Америка не должна утверждать своё первенство в космосе?

— Я говорю о том, сенатор, что каждое государство на Земле имеет законный, кровный интерес в космосе, и развитие международной торговли там даёт наибольший шанс на стабильное, мирное будущее. США должны быть лидером в этих усилиях, но если мы ими не станем, другие суверенные государства возьмут эту роль на себя.

Председатель и другие сенаторы делали записи. Женщина-сенатор коротко переговорила с помощником. Через мгновение председатель поднял глаза. — Включите, пожалуйста, экран.

Экран опустился, и где-то сзади засветился проектор. На экране появилось изображение.

«Вот фотография из статьи в июньском номере журнала Rolling Stone за 2028 год…»

На снимке было несколько человек, собравшихся в месте, которое Лисовски сразу узнала — конференция в Давосе, Швейцария, — под заголовком «Титаны NewSpace». На фотографии около дюжины знаменитостей с бокалами в руках беседовали на фоне альпийских пейзажей. Мероприятие выглядело роскошным. Она узнала этот снимок, потому что сама была на нём — почти в центре. На лице мужчины, стоявшего рядом с ней, появилась красная точка.

«Широкая публика очарована частными космическими компаниями и людьми, которые за ними стоят. Можете ли вы сказать нам, кто это?»

«Это Натан Джойс, сенатор».

«А кто такой Натан Джойс?»

«Он технологический миллиардер и бизнес-ангел, инвестирующий в компании NewSpace, генеральный директор Catalyst Corporation и Asterisk Holdings».

Точка появилась по другую сторону от неё, выделив лицо другого мужчины — южноазиатской внешности. «А можете сказать нам, кто этот человек?»

«Доктор Санкар Коррапати, экономист».

«Экономист — лауреат Нобелевской премии. Кажется, некоторые называют его «Доктор Doom».

По залу прокатился лёгкий смешок.

Затем точка сфокусировалась на лбу Лисовски — как метка снайпера. «А этот человек?»

«Это я, сенатор».

«В статье говорится, что вы познакомили доктора Коррапати с мистером Джойсом в Давосе — и с тех пор они не разлей вода. Именно поэтому вас называют Укротительницей Миллиардеров, мисс Лисовски?»

Она на мгновение задумалась, глядя на фотографию. «Эта статья — кликбейт. Это была совершенно случайная встреча. Мы стояли рядом друг с другом, и я просто представила их друг другу».

«Откуда вы знали доктора Коррапати?»

«Я видела его речь на вручении премии в Стокгольме».

«Значит, вы присутствовали и на церемонии вручения Нобелевской премии, и на конференции в Давосе?»

«Да, меня пригласили на Нобелевскую церемонию».

«Кто пригласил?»

Лисовски замешкалась. «Королева Швеции».

«Королева Швеции? Что ж, для государственного чиновника вы ведёте весьма светский образ жизни».

«Сенатор, чтобы взаимодействовать с лидерами NewSpace, мне нужно присутствовать в их мире. Это отнюдь не экономные люди, и они не любят приезжать в Вашингтон — если могут этого избежать».

По залу снова прокатился смешок.

Она