Медиатор Империи. Том 1 - Евгений Неволин

Хотя нет, он же назвал Лёху при мне «смердом», а это прямое указание на то, что тут могут быть в ходу какие-то непривычные мне сословные деления, как в средневековье. Третье: я обязан выяснить, почему именно я оказался в этом теле и в этом месте.

Если это мои новоявленные родственнички постарались и заказали меня, надо будет обязательно найти их и вернуть им этот долг с огромными процентами. Если же они здесь совершенно ни при чём, то у меня, получается, будет и некий дом, и какое-то законное место в этом новом мире. Тело моё сейчас хилое, слабое как у подростка, и я очень надеюсь, что я не какой-то там сопливый мальчишка-подросток. Меньше всего на свете мне бы хотелось оказаться ребёнком в этом жестоком мире. И, наконец, четвёртое: нужно обязательно выяснить, зачем эта Мариночка меня сюда вообще послала. Если ей, с её слов, плевать на местное население, то какая-то цель у неё всё-таки должна быть? Не могу же я просто так взять и пойти куда глаза глядят, начать искать себе приключения на пятую точку? Должна быть причина, и я её выясню.

Наконец, увидев, что глаза Алексея стали немного осознаннее и яснее, а туман и паника в его голове понемногу проходят, я протянул ему раскрытую ладонь:

— Что ж, Лёха, слушай сюда. Я выберусь отсюда либо в одиночку, либо вместе с тобой. Но с тобой, не стану скрывать, будет гораздо лучше и спокойнее для нас обоих.

Алексей с сомнением покосился на мою трясущуюся от слабости руку, затем неуверенно подвигал что-то губами, продолжая держать пропитанную кровью тряпку у своего горла. Его слов я, к сожалению, не разобрал, но зато он, преодолев сомнения, протянул мне свою огромную ладонь и попытался на неё опереться.

Полностью поднять его тяжёлое тело у меня при всём желании сейчас бы не получилось, но я всё равно помог ему подняться на ноги. Сам я вообще был одет в какие-то изорванные в клочья штаны, или это были шорты, понять было сложно, да и обуви на ногах не наблюдалось. Выглядел я сейчас как самый настоящий босяк из трущоб, только ещё и жестоко избитый, грязный и весь в крови. Мои губы сами собой растянулись в горькой улыбке, что не укрылось от подозрительного взгляда Алексея.

— Да говорю тебе, не дрейфь. Представь только эту картину: выйдем мы сейчас с тобой на улицу, — я негромко хохотнул сквозь боль и хрипы в лёгких и схватился за ушибленные рёбра. — Ох!.. Кха-кха… Один хромой на обе ноги, второй с дыркой в горле. Хороша парочка, ха-ха!.. Кха-кха… хе-хе… кхе-кхе!..

Я снова хлопнул его по плечу и внезапно замер. Из коридора, до моего натренированного слуха донеслись чьи-то тяжёлые шаги и металлический лязг оружия, от которого у меня похолодело внутри.

— Оп-пачки… Лёха, дружище, не хочу портить тебе настроение, но ситуация осложняется, — я нервно почесал затылок, чувствуя под грязными пальцами мягкие, волнистые и явно тщательно ухоженные волосы этого тела. Понизив голос до шёпота, я слегка наклонился к самому уху Алексея. — Тут, понимаешь, этот лысый без движения и без дыхания лежит, как видишь. Я полностью освобождён и вроде как на свободе, а у тебя из горла торчит какая-то трубка. В общем, картина ясна, так что выводы делай сам.

В глазах здоровяка наконец-то промелькнуло настоящее осознание всей серьёзности ситуации, хотя далось ему это понимание тяжеловато. Он угрюмо кивнул своей огромной головой и молча подпёр своим широким плечом входную дверь, давая понять, что с ним врывающиеся внутрь быстро не пройдут. Мне вдруг нестерпимо захотелось глубоко вздохнуть или устало потереть переносицу, в точности как это делал лысый. Я взял себя в руки и произнёс:

— Хм… В целом, знаешь, это может и сработать.

Посмотрев на неподвижное тело лысого, я глубоко вздохнул, собираясь с духом. Быстро подошёл к нему, стараясь не смотреть на его лицо. В его окоченевших пальцах всё ещё был зажат какой-то серебряный кругляш с тусклым красным камнем посередине. Уж не знаю, как и что он собирался там произносить или делать, чтобы активировать свой амулет, но самое главное сейчас, что это оружие будет в моих руках. Оно же как-то работает? Любое оружие по-настоящему страшно только тогда, когда оно готово выстрелить. А выстрелит оно или нет в итоге — это уже вопрос второстепенный.

Глава 3

В коридоре за дверью внезапно раздались громкие крики, а лязг оружия начал стремительно приближаться. Когда массивная дверь в первый раз ощутимо сотряслась от мощного удара чем-то тяжёлым, Алексей сдержал натиск, лишь слегка поморщившись от боли в повреждённом колене. Он ещё сильнее навалился плечом на обитую железом дверь.

— Братан, слушай меня внимательно! Сейчас главное, это поймать момент. Погоди, пока они как следует разбегутся и всей толпой навалятся, и как только я скажу, резко отходи в сторону! Вот сейчас… Давай!

Здоровяк, к моему огромному облегчению послушно выполнил мою рискованную просьбу. Он дождался, когда удары с той стороны стали наиболее яростными, а затем, повинуясь моему окрику, резко отшатнулся в сторону, пропуская ворвавшуюся внутрь толпу каких-то вооружённых гвардейцев.

Иначе этих бойцов и назвать-то было сложно: их униформа была чем-то средним между классической имперской, с намёком на официоз и блестящие пуговицы. И одновременно осовремененной, более практичной полевой. Я как раз, по счастливой случайности, стоял сбоку от двери, в мёртвой зоне, прижавшийся к стене вместе с Алексеем, и вся эта орава ввалилась в комнату.

Пятёрка стражей порядка еле-еле устояла на ногах после такого резкого рывка, хотя парочка самых ретивых, звеня амуницией, споткнулась о порог и с грохотом упала на каменный пол. Их старший, немолодой уже мужчина с роскошными, пышными седыми усами, застыл как вкопанный и уставился на распростёртый на полу труп лысого.

Всё-таки он умер, да. Тяжёлый, липкий ком подкатил к горлу. Жаль, совсем не хотелось мне начинать свой первый же день в чужом мире с настоящего убийства.

Старший страж очень медленно поднял свой тяжёлый взгляд из-под кустистых бровей и остановил его прямо на мне. Его холодные и цепкие глаза опытного охотника не предвещали ничего хорошего.

— Именем Императора, какого беса здесь произошло?! — прорычал он, и в его голосе смешались удивление и зарождающаяся жажда немедленной расправы.

Сабли в руках остальной стражи были мгновенно вынуты из ножен и угрожающе направлены в нашу сторону. У старшего стража помимо оружия на поясе висел полированный жезл и небольшая книжечка в тиснёном