Под драконьей луной - Робин Слоун

удивилась при появлении Ариэля, и мальчик понял, что именно древняя ученая и вызвала волшебника. Вот кто был другом Мэлори в университете.

Если Ариэль почувствовал себя преданным или даже разозлился, он подавил это чувство: план Змии начал осуществляться, и требовалось играть свою роль.

Мэлори сел и перевязал свою рану, порвав на бинты какое-то невезучее полотенце.

Когда Моргана увидела меч, лицо ее разом просияло и затуманилось.

– Что это?

Ариэль показал меч:

– Он из колодца. Я ощутил прикосновение Змии.

Моргана медленно кивнула – туман, плывущий над холмами.

– В точности как я, давным-давно. Можно?..

Ариэль протянул ей меч. Она повертела его в руках, внимательно осмотрела клинок, огладила призрачными пальцами навершие рукояти. Затем подняла меч в воздух, и ее взгляд скользнул высоко, словно она стоит под огромным деревом и дивится на его раскидистые ветви.

– Это лишь четвертое такое сокровище за всю историю университета, – сказала Моргана, опуская меч. – Ты не согласишься оставить его здесь?

– Нет, – сказал Ариэль. – Я должен забрать меч с собой.

– Это не меч. – Моргана протянула его обратно, рукоятью вперед. Перламутровый клинок лежал плашмя на ее ладони; у меня возникло ощущение подарка, завернутого в папиросную бумагу. – Жаль, ты не видишь, как он выглядит по-настоящему, во всех измерениях, какие я могу различить. Он сделан из мысли, вырванной из разума Змии.

Ариэль взял меч. Поглядел на Моргану Самфиру.

– Ты видишь, что он гласит? – осторожно спросил мальчик.

– Да, – ответила старая ученая и не стала продолжать.

Мэлори перевязал рану и снова оделся. Теперь он повернулся к Моргане, и мольба вырвалась из него, как воздух из чрезмерно надутого воздушного шарика:

– Идем со мной! Я отправляюсь в новые миры. Я вновь сделаю тебя молодой!

– О, вот как? – Она замерцала, перед глазами промелькнула череда более молодых Морган, совершая изящный пируэт вокруг измерения возраста. – Мэлори, нас с тобой раскупорили в один год и даже в одно время года. Ты предпочитаешь выглядеть молодым, я – старой. И то и другое – тщеславие, пусть и разного рода.

– Тогда оставайся, какая ты сейчас, только идем со мной.

Ученая мотнула головой:

– Нет-нет-нет. Я счастлива здесь и очень плотно занята. Как никогда! Если посетишь новые миры, вернись и расскажи мне о них. Обязательно. Я приказываю.

– Вряд ли я сюда вернусь, Моргана.

Старая ученая долго, молча смотрела на волшебника пронзительным и в то же время нежным взглядом.

– Мы всегда были очень похожи, – проговорила она наконец. – Мы искали одного…

– Да! Идем со мной!

– Погоди, погоди, погоди. Я не закончила. Мы искали одного и того же, но если ты искал вширь, то я вглубь. И я ушла очень глубоко, Мэлори. Будь хоть малейший шанс, что ты меня услышишь, я бы пригласила тебя остаться и узнать хотя бы малую толику того, что знаю я.

Мэлори вздохнул:

– Без тебя, Моргана, я бы ничего не добился. Ты помогала мне на каждом шагу. Уже целый век.

– Да, – сказала ученая. – Целый век.

Она обняла его и как будто окутала – все Морганы из всех постигнутых ею измерений в полном согласии между собой.

– Ах, Мэлори, если бы ты наконец понял, что у тебя есть талант. Что вовсе не нужно прикладывать такие мучительные усилия.

Волшебник и его творение шагали сквозь ветер к полю за окраиной Вирда, где Мэлори оставил самолет.

Трап был спущен. Ариэль забрался внутрь и вздрогнул от неожиданности: в салоне его ждала вымокшая до нитки Дурга.

– Ты что, собирался улететь, не поговорив со мной?

Ариэль не ответил. Он не мог сказать наверняка.

– О, привет! – воскликнул Мэлори, залезая в самолет. – Последняя дочь антов… о тебе повсюду только и разговоров. Возможно, ты об этом знаешь. Волшебники рвутся поближе тебя изучить. На твоем месте я бы соблюдал осторожность.

Он протиснулся мимо нее в кабину и начал предполетную проверку.

Дурга встала и сказала волшебнику:

– Если ты думаешь, что с драконами можно договориться, то ты идиот.

– Вам надо было договариваться с ними раньше, – холодно возразил Мэлори. – Может быть, я беседовал бы сейчас с твоим дальним потомком, младшим отпрыском в череде долгих счастливых жизней. А так я говорю с последним осколком обреченной цивилизации.

Дурга процедила сквозь стиснутые зубы:

– Мы никогда не были обреченными.

– Тогда порадуйся за меня, – сказал Мэлори. – Я возобновлю ваш великий проект. Я узна́ю, что́ есть в космосе за пределами этого земляного шарика. Пусть ты последняя дочь антов, но я их наследник в большей мере, чем ты.

Дурга уставилась на волшебника, затем перевела взгляд на Ариэля:

– Вот, значит, как? Ты отправляешься с ним? Сбежишь в космос?

– Нет! – быстро ответил Ариэль. – Я буду королем драконов… на Луне, наверное…

И умолк, осознав, как глупо прозвучали его слова.

– Он для этого создан! – вмешался Мэлори. – Думаю, драконы приготовили дворец. Уютный, без сомнения.

Ариэль его не слушал:

– Став королем, я поручу драконам расчистить небо. Дурга, я вновь сделаю его голубым! А потом я прикажу им…

– Прикажешь?! – воскликнула Дурга. – Если бы ты хоть что-нибудь знал о драконах, то понял бы, что это ловушка. Драконы безумны! Они одержимы страхом и жаждой власти! И ты веришь, что будешь их королем?

Ариэль много что хотел бы сказать, но волшебник был рядом, и все балансировало на острие тоньше, чем у перламутрового меча. Презрение на лице Дурги убивало… но тонуть в колодце было еще страшнее. Однако он все преодолел и тайно уговорился со Змией, как действовать дальше. Его решимость была неколебимой.

– Я на твоей стороне, – тихо сказал Ариэль. – И я твой друг. Верь мне.

– Ариэль, тебя убьют, и ты… – Дурга осеклась. – Я не смогу… – Губы ее дрожали. – Я не смогу без тебя. Меня учили действовать в одиночку, но я без тебя не справлюсь!

– Тогда лети с нами, – весело предложил Мэлори. – Может, во дворце найдется для тебя уголок. Хотя тебе, в отличие от Ариэля, там может показаться холодновато.

Дурга выкрикнула ему в лицо самое грязное из антских ругательств. То же слово употребила Альтисса, когда «Ласко» раскололся пополам.

Ариэль сказал:

– Я улетаю…

Дурга ругнулась снова, еще грязнее.

– …и не знаю, вернусь ли. Но я всегда буду твоим союзником. – И он добавил очень-очень тихо: – Рокея Дурга Дарвин, я всегда буду твоим другом.

Каждое ее настоящее имя гремело раскатом колокола.

Дурга успокоилась, и встала, и сошла с трапа обратно под дождь.

Часть пятая. Серая часовня

Бечевка

23 сентября 13778 года

Самолет волшебника скакнул