Ключник - Максим Казанцев

Вот только радость жила недолго.

Некоторые главы кланов и организаций жадно шарили взглядами по прибывшим — искали СВОИХ.

И с каждой секундой, вместо радости в их глазах разгорались — непонимание и страх…

— Где мой сын? — голос главы Рысевых прозвучал негромко.

Тишина…

— Где. Мой. Сын, — с каждым словом воздух вокруг Рысева тяжелел, наливаясь давлением эфиринка шестого ранга.

Прибывшие переглянулись, Беркутов уже открыл рот…

И тут котлован разорвал — КРИК!

Кричал — а правильнее сказать — вопил, Кирилл Новгородов. Сползший с плеча Медведева, он корчился на нефритовых лепестках, выгибаясь дугой и вопя так, что закладывало уши, — на одной ноте, взахлёб, по-звериному.

— Кирилл! — Лев Новгородов оказался рядом с сыном раньше, чем осела поднятая его рывком пыль. Упав на колено, он рванул с пояса эликсир: — Что с ним⁈ ЧТО С НИМ⁈

— Его лишили дара… — ответил кто-то из прибывших.

— ЧТО?!?

Рука главы клана, вливавшая эликсир в горло сына, дрогнула — и остановилась.

— По итогам испытаний, — так же тихо продолжил Медведев. — Его полностью лишили дара.

Секунду Лев Новгородов непонимающе смотрел на говорившего, а потом до него дошло — и по лицам остальных глав было видно: дошло до всех.

Пятый круг аномальной зоны…

Место, где сам эфирный фон был ядом. Где одаренный третьего ранга без защиты сгорал заживо за считанные часы — и где лишённый дара Кирилл Новгородов, оставшийся без капли внутренней энергии — УМИРАЛ!

Прямо сейчас, на глазах у всех…

И только после этого главы осознали невероятное: их дети — четвёртые ранги, отправлявшиеся в убежище с полными комплектами защиты, — стояли в пятом круге БЕЗ экзоскелетов. Спокойно. Свободно. Не замечая давления зоны.

— Ты можешь помочь? — Лев Новгородов с надеждой посмотрел на главу Строгановых.

— Ты же знаешь — это невозможно… — только покачал тот головой.

— Но…

— Отец! — Хриплый, срывающийся голос Кирилла заставил умолкнуть раздавленного главу великого клана.

Собрав последние силы, наследник приподнялся на локте.

И смотреть на него было страшно: кожа на лице и руках сходила лоскутами, обнажая живое мясо, — разрушительная энергия зоны пожирала беззащитное тело со скоростью лесного пожара.

— Это всё он… — просипел Кирилл, и в его безумных глазах горела одна лишь ненависть. — Жалкий вор… Это из-за него… из-за него я стал ТАКИМ…

— О чем ты? — Лев Новгородов склонился ниже, сжав плечо сына.

— Он что-то нашел… на раскопках… в нашем подземелье древних… — Кирилл вцепился в отцовский рукав. — Получил там силу — и стал террантом, и эфирником… невероятной мощи… Это должно было быть МОИМ… моим по прав…

Кирилл не договорил…

Все неверяще смотрели, как поднимается на ноги Лев Новгородов — глава великого клана, только что собственноручно убивший единственного сына.

— Он бредил, — ровно произнёс Новгородов, глядя перед собой. — Я просто прекратил его мучения.

Никто не произнёс ни слова…

Но все — ВСЕ — смотрели очень, очень внимательно. И взор императора среди этих взглядов был самым тяжёлым: при словах «подземелье древних» Александр IV подобрался, словно хищник — и теперь не сводил глаз с главы клана Новгородовых.

— Страж.

Одно слово — и Сергей вытянулся по стойке смирно.

— Доложи, — процедил император, — что там, чёрт возьми, произошло.

— Есть!

Чётко, по-военному сжато, Сергей начал доклад. Про испытания, про промежуточные награды и гибель… гибель претендентов, не справившихся с ношей…

Стоило главам услышать о гибели своих людей, как по котловану прокатился возмущённый шум и волны эфирной энергии: Рысев побелел, сжимая кулаки, глава Гильдии авантюристов только едва поджал губы, а глава Щукиных пошатнулся, будто от удара.

— ТИХО! — рык императора смял волнения, словно бумагу. — Продолжай.

Сергей продолжил.

Дорога Жизни. Награды. Ранги.

И чем дальше он говорил, тем плотнее становилась тишина над котлованом. Когда же страж, закончив с наградами, коротко доложил, кто и с какой силой вернулся — и КТО остался внутри ради получения ВСЕГО наследия древнего…

— Невероятно… — задумчиво проговорил Александр IV в звенящей тишине.

Император медленно обвёл взглядом прибывших.

Шестой ранг — у недавней четырехранговой наследницы Волковых это конечно очень перспективно, но… преданный ему шестиранговый террант и третьеранговый эфирник — ресурс из области фантастики!

Подобные же выводы сделали и главы кланов, заинтересованно поглядывая на стража. Особенно внимательно смотрел Строганов, периодически бросая взгляды на дочь.

Пятые ранги у всех остальных — не более чем мелочь на этом фоне…

А где-то там, в изолированном пространстве, был заперт человек, стоящий на шестой ступени ОБОИХ путей. Простолюдин, который должен получить знания способные перевернуть устои мира…

— Значит, говоришь, привратник сказал — его обучение займёт годы?

— Так точно, ваше величество. Годы.

Александр IV помолчал.

— Что ж… — император взглянул на глав. — Тогда нам больше нечего здесь делать. Сворачиваем лагерь и возвращаемся в столицу.

— НЕТ!

Голос прозвучал звонко и твёрдо.

Вперёд шагнула Алиса.

Девушка нашла взглядом отца — и Геннадий Волков, глава великого клана, невольно подобрался.

— Осталось ещё одно дело, — отчеканила Алиса. — Отец. Я требую поединка. — Пауза. — Здесь и сейчас.

Над котлованом повисла тишина — уже третья за этот безумный вечер, и, наверное, самая напряжённая из всех.

Геннадий Волков смотрел на дочь, и за его непроницаемой маской шла лихорадочная работа мысли: отказаться — при императоре, при главах всех великих кланов — опозорить себя навеки.

Согласиться…

Ещё несколько дней назад он согласился бы не раздумывая.

Но сейчас…

Сейчас перед ним стояла не дочь, которую он знал, а эфирница ШЕСТОГО ранга — равная ему по силе. И он понятия не имел, чему её научили за эти дни…

«Она получила ранги в награду», — быстро взвешивал Волков. — «Сырая сила без опыта. За моими плечами — десятилетия. Контроль, отточенный годами. Она не успела даже освоиться…»

— Согласен, — произнёс он наконец.

И добавил, возвращая себе инициативу:

— Но сражаться будем в полную силу, используя все артефакты, что при нас.

По рядам свидетелей прокатился шёпот: глава клана не оставлял дочери шансов.

— Согласна, — не моргнув, ответила Алиса.

И повернулась к императору:

— Ваше величество. Прошу вас выступить гарантом нашего поединка.

Александр IV несколько секунд смотрел на девушку — и в глубине глаз богоподобного терранта плескалось что-то,