Охотник. Лавка - Гоблин MeXXanik

меня. Она была похожа на женщину средних лет, с распущенными волосами, которые спадали на лицо. Но стоило присмотреться, и образ рассыпался. Человек исчез, и теперь, передо мной стояла призрачная тварь, с размытым пятном вместо лица.

— Нельзя уходить, — произнесла она вдруг детским голосом. И за спиной всхлипнул кто-то из найденных детей.

Я вытащил из кармана восковой оберег и сжал его в пальцах.

— А вот это мы сейчас проверим.

Навь рванулась ко мне, но я успел выбросить руку. Щит вспыхнул передо мной полупрозрачной стеной, и тварь врезалась в него всем телом. По поверхности защиты пробежала белая рябь. Навьи навалились на преграду, пытаясь продавить её числом, и я стиснул зубы, силясь сдержать тварей. Создал плетение освящения, и от меня в стороны разошлась волна ослепительного Света, которая откинула взвывших навий. Твари прижались к стенам, и в провалах глаз я заметил опаску. И… страх?

За спиной звякнул пузырёк.

— Они начинают приходить в себя, — послышался за спиной голос Агафьи.

Серебряный амулет на шее ожег кожу, и я зашипел.

Одна из навий исчезла, растворившись в сером тумане. А через секунду почувствовал холод у себя за спиной и резко обернулся.

Навь уже стояла возле детей, но добраться до них она не успела. Чёрная тень ударила её сбоку. Смутень прошёл сквозь тварь, оставив после себя рваный след из серого дыма.

Нечисть метнулась за ним, но Смутень взлетел под потолок и повёл её за собой.

Остальные снова бросились ко мне. И в этот раз, силы на щит у меня не было. Белое лезвие топора рассекло темноту, разрубая первую навь пополам. Вторая тварь резко изменила траекторию движения, пытаясь зайти сбоку, но лезвие топора достало и ее.

Это заставило остальных отшатнуться. Видимо, пламя освящения сильно ослабило тварей, чему они были не особо рады.

— Герман… — послышался откуда-то голос матери, и я замер. А в следующую секунду сильный удар отправил меня в полет. Затылок встретился с кирпичной кладкой, и в голове взорвался целый сноп искр. Я вслепую отмахнулся топором и встал, осматриваясь по сторонам.

Коридор стал светлее, и вместо старых кирпичей появилась знакомая комната. Я стоял в дверях, а на противоположной стороне помещения была женщина, в силуэте которой я смутно узнал маму. Она начала оборачиваться, и я замотал головой:

— Не сейчас.

Сжал в кулаке подготовленный оберег. Воск треснул, и запечатанные внутри зверобой и серебро вспыхнули. Запах горелых трав ударил в нос, и чужая картинка пошла рябью.

Комната исчезла, вернув меня в темный коридор. Одна из тварей уже стояла рядом со мной.

— Не сработало, — пробормотал я и ударил, рассекая нечисть надвое.

Последняя навь бросилась ко мне, и я развёл руки, создавая астральных двойников. И тварь на секунду замерла, словно пытаясь понять, кто из них я. Этого оказалось достаточно. И один удар топора закончил бой, отправил навь в астрал.

— Эй, маленькие! Все, кто ещё способен ходить, смотрим на прекрасную птицу и идём за ней! — послышался за спиной голос Смутеня и я с интересом обернулся.

Одна из девочек медленно подняла голову.

— Ты говоришь… — растерянно произнесла она.

— Я волшебная птица! — гордо заявил фамильяр. — А теперь идем, нас ждет дорога в сказочную страну.

Старшая девочка поднялась первой. Пошатнулась, и Агафья успела подхватить её свободной рукой.

— Тихо, — успокаивающе пробормотала она. — Не спеши.

— Няня рассердится, — повторил мальчик.

— Няни больше нет, — тяжело дыша, ответил я. — Сегодня у неё плохой день.

Из глубины коридора донёсся детский смех.

— Отпусти их, — мягко произнес женский голос, и холод вдруг стал сильнее.

— Значит, ты всё-таки здесь, — едва слышно произнес я.

Ответа не было. Только ощущение чужого взгляда из дальнего коридора. Оттуда, куда уходила старая часть подвалов.

— Иди ко мне, — снова послышалось в коридоре, и я кивнул:

— Хорошо.

И шагнул в темноту.

* * *

Старая ветка начиналась метрах в пятидесяти. И если современные коммуникации ещё хоть как-то поддерживали в рабочем состоянии, то здесь бетон закончился, новые трубы исчезли, и вокруг осталась только старая, потемневшая от копоти и сырости, кирпичная кладка,

— Позже часть помещений вскрыли при прокладке коммуникаций и соединили с городскими стоками, — пробормотала за спиной Агафья.

Девушка нагнала меня почти сразу, оставив детей под присмотром Смутеня. И я был согласен с этим решением. Травница все равно не смогла бы противостоять навьям, а выводить детей означало потерять много времени. Тварь, что ждала нас впереди, могла добить выживших и спрятаться, чтобы вернуться в город еще лет через сто.

— Экономия, — согласился я, высвечивая фонариком стены.

Коридор повернул направо и вскоре начал постепенно уходить вниз. С каждым шагом становилось холоднее, и я заметил, что дыхание начало вырываться изо рта со струйками пара.

Амулет под рубашкой нагревался всё сильнее.

— Отвар действует? — спросил я.

— Пока да, — ответила из темноты травница. — Во всяком случае, морока я не чувствую. Как и попыток воздействия.

— Если услышишь…

— Я скажу, — перебила меня Агафья, и я кивнул.

Словно в насмешку, из узкого бокового прохода донёсся детский плач, и Агафья уже шагнула туда, но я успел поймать её за локоть.

— Там стена., — произнес он и указал в ту сторону фонариком. Луч вырвал из темноты кирпичную кладку.

Травница застыла, всматриваясь в кирпич, а затем кивнула.

Коридор стал шире, и вскоре, в темноте, показались отблески. И чем ближе мы подходили, тем ярче становился свет. И я на секунду выключил фонарь. Источник света никуда не исчез. Наоборот, стал ярче.

— Почти пришли, — пробормотал я и перехватил топор. Шагнул вперед. Травница последовала за мной.

Вскоре, впереди показалась дверь, из-за которой и пробивались лучи света. Створка была белоснежной и абсолютно чистой. В центре была закреплена небольшая табличка:

«Спальня младшей группы».

Амулет на шее нагрелся так, что ожег кожу. И я повернулся к стоявшей неподалеку травнице:

— Прибыли.

Вынул из сумки еще один отвар, проясняющий сознание, вытащил пробку и одним глотком влил в себя содержимое. Горечь растеклась по языку, во рту появился привкус металла.

— Если когда-нибудь откроем линию отваров для охотников, этот в продажу не пойдёт, — пробормотал я. — Нас засудят за издевательство над клиентами.

— Зато это работает. Проверено на практике.

Я усмехнулся:

— И не