Охотник. Лавка - Гоблин MeXXanik

А вместо чистых, застеленных кроватей, стояли только ржавые металлические остовы. Игрушки превратились в обгоревшие куски дерева, а огромная спальня сжалась до размеров обычного подвального помещения.

— Герман!

Она почти бегом пересекла комнату, едва не зацепившись за один из ржавых остовов кроватей, и остановилась, только оказавшись рядом. Обычно собранная коса окончательно растрепалась, несколько прядей прилипли ко лбу, а лицо побледнело так, что тёмные глаза казались непривычно большими.

— Ты как? — торопливо спросила травница.

Я открыл было рот, но ответить она мне не дала. Схватила за плечи, внимательно всматриваясь в лицо, словно пыталась убедиться, что перед ней действительно я, а не очередная иллюзия.

— Всё хорошо, — попытался улыбнуться я, но выходило у меня плохо.

— Ничего не хорошо! — отрезала она, и только теперь я услышал, насколько сильно дрожит её голос. — Ты стоял посреди комнаты и вообще на меня не реагировал. Я тебя звала, Герман. Несколько раз. Потом отвар разбила почти у тебя под ногами, а ты даже не моргнул.

Она провела ладонью по моей щеке, затем зачем-то коснулась лба.

— Голова не кружится? — с тревогой спросила она. — Тошноты нет? Меня нормально видишь?

— Вполне.

Только теперь травница позволила себе немного расслабиться. Плечи опустились, пальцы разжались, но руку с моего предплечья она так и не убрала.

Я посмотрел на неё внимательнее. На щеке виднелась полоса пыли, рукав платья возле плеча был разорван после удара о кровать, а в глазах всё ещё стоял страх.

— Сильно ушиблась? — спросил я, кивнув на плечо.

— Не очень, — произнесла она и поморщилась, видимо, от боли. Замолчала и снова внимательно взглянула на меня.

— Я правда думала, что не смогу тебя вытащить, — едва слышно произнесла она после паузы. Слова прозвучали без упрёка. И именно поэтому мне стало немного не по себе.

Я накрыл её ладонь своей.

— Но ты смогла. Если бы не ты, я бы сдался. И навсегда остался в морочной сети.

Агафья вздохнула. Несколько мгновений смотрела на меня, потом покачала головой.

— Дурак.

— Возможно, — кивнул я.

— И больше никогда так меня не пугай.

Я хотел было пообещать, но вовремя вспомнил, насколько плохо у меня обычно получалось соблюдать подобные обещания. Поэтому просто кивнул. Агафья, кажется, всё поняла и без слов. Взяла меня за руку. По коже от запястья к пальцам тянулись тонкие серые линии.

— Что это? — пролепетала она, глядя на меня.

— Остаточная сила навьи.

— Ты впитал её?

— Совсем немного.

Под ногами что-то хрустнуло, и мы замолчали. По полу прошла змеящаяся трещина, с потолка посыпалась мелкая пыль. Где-то в глубине подземелья прогремел тяжёлый раскат, словно что-то трещало, готовое вот-вот рухнуть. И этот звук привел меня в себя.

Я посмотрел на стены. Кирпичи начинали расходиться.

— Морок держал старую кладку, — произнес я, осматривая детей, которые, казалось, только начали возвращаться из волшебного мира. Один мальчик прижимал к груди обгоревшего деревянного зайца.

— Творец… — выдохнула Агафья.

— Забираем всех и уходим, — скомандовал я, и травница бросилась к детишкам, которые приходили в себя от цепенеющей хватки мертвой, доброй воспитательницы…

Глава 32

На свободу

Дорога обратно показалась мне почти бесконечной. Подземелье медленно рушилось вокруг нас, будто старая конструкция десятилетиями ждала наконец решила развалиться. Где-то далеко глухо осыпалась кладка, потом всё ближе начали трещать стены. С потолка летела пыль, забиваясь в нос и царапая горло. Каждый новый толчок разваливающихся катакомб отзывался под ногами лёгкой дрожью, и я всё сильнее прислушивался не к собственному дыханию, а к детям за спиной и думая о том, чтобы никто не отстал.

— Держимся вместе! — приказал я, стараясь говорить спокойно. — Руки не отпускаем!

Сзади послышалось тихое всхлипывание и я резко обернулся. Один из младших мальчишек едва переставлял ноги. Девочка постарше тащила его за руку, сама периодически спотыкаясь об валявшиеся на полу обломки кирпича. Агафья шла рядом, поддерживая ещё одного ребёнка за плечи и время от времени оглядываясь, словно боялась, что кого-то из них просто не увидит в клубах поднявшейся пыли.

И я прекрасно понимал её. В тесном коридоре было уже не разобрать, где кончается одна фигура и начинается другая. Свет фонарей дрожал на стенах, превращая тени в длинные уродливые силуэты. Из-за этого иногда казалось, будто кто-то бежит рядом, почти касаясь нас плечом. Но стоило повернуть голову и морок рассеивался. Там были только пыль и дрожащий свет.

Где-то впереди раздался громкий треск и я замер.

— Стоять! — крикнул я, и дети послушно остановились, прижавшись друг к другу.

А через секунду метрах в двадцати впереди часть потолка обрушилась прямо в коридор.

Сначала посыпались мелкие камни, затем рухнул тяжёлый кусок кирпичной кладки. Удар отдался по подземелью таким грохотом, что один из мальчиков закричал. И Агафья тут же присела перед ним.

— Тихо, тихо, — успокаивающе пробормотала она. — Всё хорошо.

— Мы не выйдем, — всхлипнул мальчик. — Няня говорила…

— Няни больше нет, — резко ответила травница, и тут же смягчила голос. — А мы выйдем. Все. Понял?

Мальчик взглянул на неё огромными испуганными глазами и кивнул.

Я же смотрел на обвал. Проход сузился почти наполовину, но пройти ещё можно.

— По одному, — произнёс я. — Быстро, но не бежим.

Первой пошла Агафья. Она протиснулась между стеной и обломками, потом начала принимать детей с другой стороны. Я оставался последним, подталкивая их вперёд.

Когда через пролом пролезал младший мальчик, сверху снова посыпалась пыль.

Я поднял голову и заметил, что в кладке появилась тонкая змеящаяся трещина.

— Быстрее! — крикнул я, и ребенок послушно рванулся на ту сторону пролома. И тут же дёрнулся назад, словно его кто-то схватил. Мальчик попытался двинуться ещё раз, но только испуганно вскрикнул и обернулся ко мне. Одна пола его куртки зацепилась за торчащий из кладки изогнутый кусок арматуры. Ткань намоталась вокруг ржавого металла и теперь держала крепко, не позволяя протиснуться дальше.

— Я застрял! — сорванным голосом выдохнул он.

Сверху снова посыпалась мелкая крошка, а трещина над нашими головами стала шире.

— Не дёргайся! — приказал я и шагнул к нему.

Но мальчик запаниковал и снова рванулся вперёд.

— Не надо! — крикнула с другой стороны Агафья. — Стой спокойно! Сейчас мы тебя вытащим!

Парнишка замер, тяжело