Вектор силы - Энтони Гард

Иван пропал.

Это короткое словосочетание наотмашь ударило по сознанию Великой княжны, в дребезги разбивая остатки напускного спокойствия. В голове болезненной вспышкой пронеслись воспоминания о его наглой ухмылке на лекции.

Разум Елизаветы затопило липкой тревогой, от которой пальцы в перчатках инстинктивно сжались в кулаки. Ей стоило огромных сил удержать ментальный контур от хаотичного выброса энергии. Паника грозила выжечь всё самообладание, но Лиза заставила себя сделать глубокий, незаметный вдох. Нужно было взять себя в руки. Любой ценой. Действовать без промедлений.

Необходимо выяснить всё.

— Вы считаете, что его похитили террористы из «Прометея»? — ровно, с лёгким оттенком официального недоумения спросила Лиза. — Но в таком случае, Григорий Георгиевич, вам стоит немедленно обратиться в Тайную Канцелярию. Граф Орлов разберётся с этим быстрее, чем…

Гриша не стал отвечать вслух. Он даже губами не шевельнул.

Вместо этого Демидов, просто открыл заслонки своего разума и очень ярко, концентрированно подумал, направляя импульс напрямую собеседнице. Его мысль вспыхнула в ментальном поле Елизаветы ослепительным, багровым сполохом:

«Его и забрала Тайная Канцелярия!»

Этот телепатический выкрик прозвучал в её голове настолько оглушительно, что по телу Лизы волной пробежали колючие мурашки. В глазах потемнело.

Орлов. Граф Орлов, глава Канцелярии, чья тень и без того незримо нависала над каждым сиятельным родом империи. Значит, Ивана утащили те самые «псы», которые подчиняются лишь воле её отца и не оставляют улик.

Княжна усилием воли взяла себя в руки. Она бросила быстрый, предостерегающий взгляд из-под полуопущенных ресниц в сторону телохранителей и Филиппа, замерших у дальних дверей.

Филипп. Лиза, как опытный менталист, знала: за покорностью её старого слуги скрывается обученный, бдительный разум. Ей вдруг показалось, что вековые стены Третьяковки внезапно стали слишком тонкими, почти прозрачными, а за каждым холстом и позолоченной рамой притаились невидимые щупальца Тайной Канцелярии. Вести диалог о похищении простолюдина государственными структурами прямо здесь было чистейшим безумием. Дальнейший разговор, лишённый масок и уверток, нужно было немедленно переносить в другую обстановку.

— Я утомилась, — её ровный, привычно прохладный голос полетел под своды зала, мгновенно заставив свиту подобраться. Лиза повернулась к уральскому великану и сделала безупречный, предписанный протоколом жест. — Григорий Георгиевич, я официально приглашаю вас составить мне компанию по дороге в Кремль.

Филипп и фрейлины почтительно склонили головы. Этикет был великим оружием: никто в Империи не посмел бы подкопаться к воле княжны, выказывающей милость сильному союзному роду, представитель которого недавно совершил героический поступок.

* * *

Свита и телохранители рассредоточились по машинам сопровождения, дверь имперского лимузина с герметичным щелчком отсекла Лизу и Гришу от остального мира.

Лимузин плавно тронулся и почти сразу замер, зажатый в столичной пробке на набережной. Вокруг них шумели сотни чужих машин, но внутри царила защищённая от любых систем прослушки тишина. Нужно было использовать этот шанс.

— Расскажите мне всё, — потребовала Лиза, и в этом коротком приказе Романовой уже не было места для светских увёрток.

Гриша тяжело вздохнул, поправил внезапно ставший слишком тесным воротник и как-то совсем по-детски, беспомощно улыбнулся.

— Даже не знаю, с чего начать, — нервно рассмеялся Гриша, и этот непривычный, хрипловатый для грозного биоманта смешок выдал его колоссальное внутреннее напряжение, которое он больше не мог удерживать в узде. Он поднял свои полные отчаянной решимости глаза на княжну, заглядывая ей в самое сердце. — Артефакторы врут. Лазурь можно покорить в гаражных условиях.

Царственная маска Елизаветы разлетелась в дребезги в долю секунды. На её лице крупным шрифтом было написано: «Что за ахинею он несёт?!» Мистическое, священное искусство Гильдии артефакторов и… гараж?

Однако менталист внутри неё, въедливо сканировавший психоэмоциональное поле Демидова, выдал чёткий диагноз: княжич не лжет. Его ментальный контур не испустил ни единой фальшивой волны. Он искренне, глубоко, до самого последнего нервного окончания верил в то, что говорил. И именно эта его пугающая уральская уверенность заставила Лизу внутренне похолодеть.

— Иван с подружкой создали артефакт, — на одном дыхании продолжил Демидов.

«С какой ещё подружкой?!» — кольнула Лизу неуместная мысль.

Гриша тем временем поймал волну и, воодушевлённый собственными воспоминаниями о безумной ночи на рубероидной крыше, гордо покачал головой:

— Лазурь откликнулась на зов Ивана. Тут, признаюсь, моя заслуга!

Казалось, что уже и так широко распахнутые от шока глаза Елизаветы физически не смогут стать ещё шире.

Смогли.

Лиза застыла, почти перестав дышать, пока автомобиль лениво продвинулся на метр вперёд в глухом заторе. «Младший сын Демидовых лично скормил силовые камни простолюдину, и первородная энергия ему подчинилась. Разумовская бы умерла за такой сюжет.»

— На балу они с княжной Нарышкиной… — Гриша замялся на секунду, подбирая правильное слово.

«Ну да, разумеется. Куда ж без неё», — с едким, колючим раздражением мгновенно пролетело в голове у Лизы.

Внутри Великой княжны болезненно шевельнулась уязвлённая девичья гордость. Перед глазами совершенно некстати, смазанным неоновым кадром возник хрупкий силуэт Агаты Нарышкиной, уплывающий на тот злополучный танец под руку с Иваном. Лиза до мелочей помнила, как замер весь зал, как шептались за веерами дамы, глядя на эту немыслимую пару — наследницу великого провидческого дара и безвестного плебея. Тогда, среди сверкающего хрусталя и глянцевого блеска аристократии, этот парень смотрел только на Нарышкину. Лиза невольно поджала губы, чувствуя, как к горлу подступает удушливая волна досады.

— …с княжной Нарышкиной устроили краш-тест артефакта, выставив щит, удержавший люстру, — закончил Демидов.

Елизавета зажмурилась, судорожно закрыв лицо ладонями. Ей уже хотелось завопить в голос, сорвав безупречные дворянские приличия. Пальцы в шёлковой ткани упёрлись в виски, где тяжёлым свинцом наливалась мигрень. «Сколько законов Империи этот парень нарушил? И сколько устоев подорвал??? Может, он…»

— И нет, он не бастард, — добил Гриша, словно прочитав её мысли.

Елизавета шумно выдохнула и отняла ладони от лица. Она откинулась на спинку сиденья, отчаянно пытаясь прийти в себя и уложить в голове этот хаос. Вся её реальность сейчас трещала по швам. Информация, вываленная уральским богатырём, была похлеще, чем вчерашний выпуск «Прометея» на экранах площади. Простолюдин без капли дворянской крови гнул под себя Лазурь, как дешёвую медную проволоку.

— Знаете, Григорий Георгиевич, когда я решила сбросить с него петлю на лекции, не думала, что будет столько последствий, — тихо, с горькой иронией призналась Лиза.

Гриша удивлённо приподнял густые брови, а затем его лицо озарилось неподдельным, почти детским восторгом.

— Так это вы постарались, Ваше Императорское Высочество? Позвольте выразить моё почтение! Изящный ход. Вы, как истинный правитель, позаботились о народе, — Гриша с глубоким уважением поклонился ей прямо в ограниченном пространстве салона.

Лиза прищурилась, сканируя его. Она чётко видела, что его