Академия ядов - Елена Станиславская

– Думала, придет кто-то другой? – Культистка приблизилась.

Она говорила тихо и поглядывала на Тьяну из-под пушка ресниц. В форме, без широкой мантии, Морша походила на хрупкое и чуть нескладное насекомое. Только было неясно: ядовитое или полезное.

– Нет, – ответила Тьяна, приказав себе сохранять спокойствие. – Я не знала, кто назначил встречу.

Морша поправила манжеты на тонких кистях и опустила руки в карманы кителя.

– Ты хорошо впишешься в наше… – она прошла еще немного вперед и остановилась у стола, – сообщество. Если захочешь.

Тьяна кивнула. Она сама думала об этом. Понимала, что, не будь отравлена «Любомором», подпала бы под влияние Крабуха и примкнула к его культу. Легко, без сомнений.

– Вчера ты ярко заявила о себе. Вытянула жребий, приняла участие в поединке, выиграла, увидела смерть. – Перечисляя, Морша избегала смотреть на Тьяну, но неожиданно остановила на ней взгляд. – И задала вопрос, который может все разрушить.

– Тогда почему ты решила ответить на него?

Культистка судорожно сглотнула и покачала головой. В ее глазах блестели слезы. Было видно, что Моршу раздирали эмоции, будто перед ней стоял сложный моральный выбор. Тьяна поежилась от нехорошего предчувствия, будто Хозяин последнего пира обдал ее стылым дыханием.

На лестнице, за спиной Морши, появился Мару. Прижав указательный палец к губам, он с бесшумной грацией пошел вниз по ступеням. Тьяна быстро отвела взгляд и сдержала вздох облегчения. Тревога чуть рассосалась, свободное место заняла уверенность, а следом кольнул азарт.

– Давай так. Правда за правду, – предложила Тьяна, внимательно наблюдая за Моршей. – Я знаю, что записку оставила не ты. А еще у тебя в кармане, видимо, флакон с каким-то ядом. Не думаю, что ты хочешь применить его. Это и не нужно. Кто бы ни убил Велимира, он сделал мне одолжение.

Ресницы у Морши задрожали. Взгляд, которым она одарила Тьяну, был полон недоверия.

– Это правда. Как и то, что я сама собиралась убить его, – призналась Тьяна и уточнила: – Его одного, не Младу. Пойми: мне нужно знать, кто отравил их и по какой причине. Ты можешь доверять мне, я…

– Не могу, – оборвала Морша. – Если узнаешь, расскажешь другим, и это все разрушит, – повторила она.

– Ты говоришь загадками, а я их уже наслушалась. Разрушит – что? Ваш культ?

На щеку Морши выкатилась слеза. Тьяна все еще не понимала, что культистка задумала и почему пришла вместо того, кто подбросил записку, но решила не останавливаться.

Мысленно отметив, что Мару пересек середину лестницы, Тьяна спросила:

– Велимира и Младу убил один человек?

– Нет. То есть… – начала было Морша и зажмурилась.

– Что с Полоком? – Тьяна и не думала отступать. – Это он оставил записку. Я запомнила почерк и нашла его в книге учета.

Слезы одна за другой побежали по лицу культистки.

– Что с Полоком? – повторила Тьяна.

– Я позабочусь о нем, – пробормотала Морша и добавила что-то еще, но совсем неразборчиво.

Непроизвольно подавшись вперед, Тьяна спросила:

– Что ты сказала?

– И о тебе позабочусь, – повторила Морша и выхватила из кармана флакон: между пальцами сверкнула магическая синева.

Тотчас в лицо Тьяне полетели брызги «Сномара». Пить его было необязательно, хватило бы и капли, попавшей в глаза или на язык. Прикрывшись согнутой рукой, Тьяна поднырнула под мерцающие частицы. Не смотреть. Не вдыхать. Не открывать рот.

Раздался глухой удар: Мару спрыгнул с лестницы и приземлился на пол. Укрывшись за столом, Тьяна выглянула из-за ножки. Медович метнулся к Морше.

– Осторожно! – не сдержавшись, крикнула Тьяна и тотчас испугалась: вдруг отвлечет и помешает?

Однако у культистки не было ни единого шанса. Мару запросто выбил пузырек из ее руки и, когда тот упал, оттолкнул ногой в дальний угол. Морша жалобно заскулила, скорчилась и вдруг рухнула на колени. Скользнув взглядом по полу, Тьяна заметила несколько мерцающих брызг. В голове вспыхнуло понимание, что будет дальше, но Тьяна успела лишь выкрикнуть: «Нет!»

Мару бросился к Морше, чтобы поднять, но она взвыла и припала губами к доскам. Синие капли исчезли, и девушка завалилась на бок. Ее глаза закрылись, белки задвигались под веками, а дыхание сделалось прерывистым и хриплым. Морша отправилась в мир кошмаров.

Покинув укрытие, Тьяна встала рядом с Медовичем и прочла на его лице отражение собственной мысли: «Что дальше?»

– Эй, братец! – раздался сверху грозный оклик. – Ну-ка, отошел от Тэ!

Глава 29. Крючки для мозга

Тьяна и Мару одновременно подняли головы. С лестницы вихрем слетела Гнев. Держа руки в карманах, она прошагала по коридору вперед, окинула взглядом Моршу, скорчила гримасу Мару и остановилась на Тьяне.

– Тэ, ты забыла о правилах?

– Хорошего тона? – Тьяна не совсем понимала, о чем речь. – Здравствуй, Гнев.

– Нет. О правилах, которые помогают выжить здесь. Всего три пункта.

– Что за правила? – заинтересовался Мару.

– Тебе достаточно знать, что одно из них Тэ уже нарушила. – Гнев смерила его красноречивым взглядом.

«Там было что-то такое: не ходи в часовню после наступления тьмы, не гуляй у причала ближе к рассвету и не общайся с моим братом», – пролетело в Тьяниной голове, и она зачем-то призналась:

– Я нарушила не одно, а два правила.

И брови, и губы Гневлиды превратились в кривые линии – графики, выражающие недовольство чужой глупостью. Бросив хриплый смешок, в котором Тьяна расслышала удивление и негодование, она спросила:

– Ну, кто-нибудь объяснит мне, почему моя однокружница валяется на полу, а в Склепе воняет «Сномаром»?

– Помоги отнести ее. – Мару нагнулся и, двумя пальцами подцепив пустой флакон, опустил его в карман. – После поговорим.

Тьяна кивнула в поддержку. Медович верно рассудил: не одна Гневлида могла прогулять первое занятие и остаться в пансионе. Лишние свидетели были ни к чему.

– Куда отнести? – Гнев исподлобья посмотрела на брата и, не дожидаясь ответа, с нажимом добавила: – Надеюсь, во врачевальню?

– Нет. Ко мне в комнату.

Представив, что Морша лежит на постели Мару, вся такая хрупкая и несчастная, Тьяна почувствовала странное недовольство.

Глянув на нее, Гнев раздула щеки и сказала:

– Лучше ко мне. Хватит с тебя неприятностей, братец.

– Что за великодушие?

– Захлопни рот и возьми Моршу под мышки.

Так Мару и сделал. Подхватив верхнюю часть тела культистки, он дождался, пока Тьяна и Гнев поднимут ее за ноги, а затем попятился к лестнице.

Подъем дался нелегко: Медовичу приходилось идти спиной вперед, да и Морша отчаянно мешала нести себя, взбрыкивая во сне. Когда все четверо добрались до верхнего этажа, Мару споткнулся о край последней ступеньки, но кое-как удержал равновесие.

Отдав левую ногу Морши Тьяне, Гнев открыла дверь в свою комнату и пропустила гостей вперед.

Внутри висел густой запах растений, а все пространство напоминало маленькую оранжерею. Каждую свободную пядь занимали горшки и кадки, а с потолка свешивались плетеные корзины, из которых бурно лез вьюнок полевой[28]. Его стебли покачивались перед лицом подобно зачарованным змеям. Башни из книг, сложенные на полу, также имели навершия в виде комнатных растений. Не все из них были ядовитыми, зато здесь водились и хищники – в