Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

— Я поставил себе пометку узнать об этом получше. Чем конкретно занимались крестьяне? — был следующий вопрос супруга.

— Крестьяне Малой засаживали и обрабатывали земли. В основном выращивали рожь и лен. В Алуште занимались скотоводством и птицеводством, всего помаленьку. Держали коров и кур. До сих пор в пятистах метрах от дома Палаи стоят ограждения и старые сараи, где держали животных. Недалеко от сарая находится каменное здание, где из молока делали сметану и масло. В Плоте в основном занимались рыбной ловлей, да и места там только для этого предназначены. Широкая большая река, не то, что у нас, небольшая неспокойная речка протекает и два озерца. Там все жители, можно сказать, рыбаки: кто солит, кто коптит, потом все возят на ярмарку, или же купцы заезжают и забирают весь товар. Купцы мало дают, конечно, а с другой стороны возни меньше, но крестьяне не бедствуют, нет. Данино раньше славилось художественными мастерами, но я о них давно ничего не слышал.

— Спасибо, дед. Может, сейчас и съездим, посмотрим, что там осталось от старых застроек?

— Да мне за радость размять косточки и проехаться, барин, — ответил старик и вскочил с места.

— Лилиана, ты останешься дома?

— Да, надо обед приготовить, пока вы будете разъезжать. Наверняка, голодными приедете.

— Я тогда оставлю Сонечку?

— Вы все же стали называть госпожу вторым именем? Раньше как-то все первым пользовались! — все же смутившись, поинтересовалась няня.

— Как-то в голове осталось имя Соня, так и стала звать, — улыбнулась я.

— Вообще, маленькая госпожа у нас Камила Соньята Брэдли.

— Так, получается, и у меня есть второе имя?

— Нет, госпожа, — отрицательно покачала она головой. — Только у вашей сестрицы. Помню, ваша матушка с батюшкой никак не могли определиться с именем и решили дать двойное, это еще до родов было. Так осталась Камила, как хотел называть её барон Брэдли.

— Я уже привыкла её Соней называть, да и она успокоилась. Не буду менять, пусть останется, — махнула рукой и вышла вслед за Алексом и старостой.

Оглядевшись, увидела Сонечку среди кучи таких же ребятишек, как она. Они о чем-то оживлённо беседовали между собой, не замечая взгляда взрослых.

Хотели деда посадить в карету, но старик воспротивился и сел рядом с извозчиком, слугой Алекса, Уилом. Еще вчера, узнав, что барин отправился в купленное имение, ушел вслед за ним. Молодой человек готов был на все, только чтобы быть рядом с хозяином.

Я сама увидела его только в тот момент, когда вышла из дома во двор, но супруг предупредил, что у мальца дурная привычка подслушивать. Алекс разговаривал по этому поводу с отцом, но тот велел не трогать его, сказав, что пригодится.

— Я даже не знал, что он вчера поздно вечером прибыл в усадьбу. Отвлекся, когда ты была занята с Лилианой, и увидел его на улице, запрягавшего лошадь в карету. Хотя это не входит в его обязанности.

Ехали недолго, но я была уверена, что была в этих местах, вернее сказать, одно озеро было очень знакомо. Это то самое место, где я впервые увидела водного жителя, показавшего мне свой большой хвост, а вот дальше не ходила. Хотя до упомянутых помещений оставалось около двухсот метров, как сказал староста. Мы обогнули озеро, и за холмом увидели небольшой лес. За ними и находились две удлинённые деревянные постройки, а в пятидесяти метрах — большой одноэтажный каменный дом. Правда, в нем не было окон, а выемки были забиты досками.

В первую очередь мы осмотрели сарай, где держали коров, потом перешли ко второму, где раньше находились куры, и в последнюю очередь добрались до каменного здания.

Что снаружи, что изнутри вид был не так хорош, как хотелось бы. Огромная комната, в которой стоял стойкий запах пыли, плесени, грязи и сырости был почти пустым. Кроме большой печи и длинных столов посредине, которые давным-давно сгнили и держались на честном слове, остальная мебель отсутствовала.

«А ведь здесь должны быть какие-то приспособления, в которых раньше взбивали сливки или масло», — подумала я и вспомнила, что у нас была маслобойка только электрическая. Так и валяется где-то на даче до сих пор.

— А маслобойки-то где? — поинтересовалась у старосты.

— Дома у меня, барышня. Если бы оставил, их давно кто-нибудь уже прибрал к рукам. Три штуки. В сарае у меня лежат.

— Тогда решим так, дед Вито. Попроси женщин убраться здесь, почистить коровник и курятник, а мы поедем закупать скот. Заодно поставь кого-нибудь ответственным за дом, пусть тоже все почистят и сколотят новые столы, а эти на дрова. Сделай заказ плотникам на окна. Деньги я дам. Маслобойки пока ставить не нужно. Как закупим коров, и начнется дойка, тогда можно будет подумать и о маслобойках.

— Все понял, господин, — ответил старик.

Мы еще около часа проторчали возле этих строений, пока Алекс не велел усаживаться в карету. Нам следовало возвращаться.

— А в Малой кто староста? — прежде чем запрыгнуть в карету, поинтересовался супруг.

— Раньше старый Георг был. Это с его сыном вы приехали сюда осенью, госпожа, а сейчас кто, не ведаю. Может, до сих он, но уж слишком стар был.

Возвращались, сидя внутри вдвоем, а на облучке вели беседу Уил и дед.

Доехав до дома, мы вышли и попрощались со старостой, пообещав на днях заехать. Лилиана ждала нас уже с готовым обедом.

— Как вы все здесь хорошо устроили, барышня, — расхваливала меня няня, шустро расставляя тарелки с кашей. — Все есть: и рыба, и мясо, и овощи, и мука.

На столе кроме каши с мясом появились отварной сладкий картофель, чищенная соленая рыбка и ягодный взвар.

— Да, пришлось закупаться много, боялись, не хватит до весны, а получилось, что еще и осталось. А где Сонечка?

— Не беспокойтесь, госпожа, она уже поела и вновь убежала на улицу.

Дальше время полетело с такой быстротой, что мы и не заметили, как стало смеркаться. Мы поели, я помогла убрать посуду и, вынув свои запасы с травами, показала кандышку, объяснив, что его следует держать закрытой еще чуть больше двух недель.

— Потом я приеду и покажу, что делать с маслом. Кстати, надо будет заказать бутылочки для ароматных масел, а также придумать наклейки. Ой, работы-то как много еще!

Мы вышли вместе с Лилианой