Античный Чароплёт. Том 4 - Аллесий

Абраксоле. Она служили для ориентирования при открытии световых мостов — местной версии пространственных переходов, но и для меня сгодилась. Требовалось только получить лицензию телепортера и оплатить небольшой взнос за минимальное использование. Пространственный маяк позволял довольно точно настроиться на нужное место. Конечно, скакать через полпланеты я по-прежнему не мог, но вот прыгнуть на две-три тысячи километров с точностью до сотни метров — всегда пожалуйста. Точная картография и хорошая инфраструктура творили чудеса. Так что над морем я оказался довольно быстро. Ноги зависли в воздухе.

— Итак… — Слегка неуверенно проговорил я. Затем тряхнул головой. Откуда неуверенность? Я чародей, а не кусок экскрементов — куда волны понесли, туда и поплыл… нет! Я сам решаю, куда плыть. И куда понесут волны — тоже сам решаю. С таким настроем уже можно работать… Выпущенное внутри сжавшегося кулака ветряное лезвие рассекло кожу. Наверное — сильнее, чем следовало, так как я почувствовал внезапную боль, словно бы заклинание емко чиркнуло по костям. Зубы сжались, но концентрация — мое все. — Отдаю кровь морю и взываю к ветру, отдаю кровь волнам и взываю к штормам… — Забормотал я слова созданного ранее заклинания. У него был иной подход, нежели у шумерских чар. Иная идея. Иной смысл…

Взмах рукой — и словно я рассыпал в водную гладь множество рубиновых капель Отчаяния. Но на самом деле это была моя кровь. Просто кровь… Нет! Не просто кровь! Далеко нет…

Я уверен — со стороны я побледнел. Еще у меня пропала мана. Чуточка. Совсем капля. Единиц пятнадцать. А вот системный бар праны показывал “невероятные” 904/1908. Но и результат не заставил себя ждать. Капли крови быстро развеялись по ветру. Тут ветра было в достатке — в паре сотен метров над волнами он гулял от души. И явно разгулялся, ведь дуть начинал все сильнее и сильнее. Дошло до того, что мощными порывами внезапно поднявшей голову стихии меня резко отшвырнуло в сторону. Руководствуясь здравым смыслом, я телепортировался на берег. А потом сразу же еще раз, ведь меня чуть не накрыла трехметровая волна. Море разбушевалось не на шутку. Разом. В одночасье.

Словно стихия внезапно подняла голову и решила, что пора начать крушить окружающее.

Несколько небольших смерчей закрутились посреди бурного действа, на небо побежали тучки, сверкнул разряд молнии, а волны огромной, километров пятнадцать, возмущенной зоны выплескивались в более-менее спокойные воды, вызывая долгие течения агрессивного гребня воды.

Мои чары должны были вызвать ураган, шторм… И мне это удалось. Даже слишком хорошо удалось. Опустим “небольшой” нюанс про то, что кто другой на моем месте, скорее всего, попросту помер бы от такой потери праны, но сам масштаб… С помощью маны я такое едва ли сотворю. Может быть, и потяну, конечно… Наверное… Ну, потяну, да. Скорее всего. Особенно в нормальной звезде магов. Хотя бы и учеников, чтобы небольшой резерв создать и откат полностью на себя не брать, но все равно вот это — это уровень могущественного магистра-погодника, а уж никак не мой.

Наблюдения за вампирами, изучение записей про магию корбинов и эксперименты не прошли даром. В моих руках таки появилось что-то новое. Оружие? Инструмент созидания?.. Кто знает.

***

Память стала для меня величайшим сокровищем и величайшим проклятием. Я знал, что я очень много помнил. Прошлая жизнь скрывала в моем разуме огромный кругозор, отличное образование, языки… Да даже прочитанные книги про вселенную архимага! Я ведь обладаю сейчас только остатками знаний, помню общую канву происходящего, да и все. Но демоны кроются в деталях. А детали ускользают из моей памяти.

Лезть в свою голову кривыми руками как раньше я уже не был готов. Но тут возникала проблема. Пойти к гипносту и попросить помощи… Я лучше отращу себе вместо кривых рук шесть тараканьих лапок и полезу копаться по своей памяти ими. Можно вызвать демона, специализирующегося на таких манипуляциях. Только вот шанс на то, что у меня получится после качественно и честно выполненной работы пленить или убить такое существо… Ну, этот шанс около нулевой.

Было много других методов помимо тех, что я использовал. Например, существовали духи разума. У большинства из них даже четвертой оболочки нет, несмотря на то, что её имеет любая травинка или бактерия. Они, эти духи, еще более мимолетны, чем самые ничтожные из живых созданий. Состоят практически полностью из информации, по структуре тела они схожи с материей шестого и седьмого начал человека, но могут встречаться во всевозможных формах и видах. Доказано даже, что среди них есть бывшие люди… Точнее, их части. Все же нельзя называть “бывшим человеком” ту часть, которая не сохранила четвертую оболочку души. Теоретически возможно отделить шестое и седьмое начала человека, обратив их в духа разума. На практике такого никто и никогда не проделывал.

Так вот, точно существует метод, который позволяет призвать такую сущность и попробовать слиться с ней. Технически духи разума великолепно обрабатывают информацию. Если правильно выполнить слияние, то пока дух разума окончательно не сольется с собственной шестой оболочкой мага, можно очень эффективно прошерстить свою память и даже сделать что-то большее. На практике в истории Шумера известно всего двое магов, которые попробовали выполнить что-то такое. Для своих целей, правда. Результат обоих экспериментов — смерть и безумие. Один сразу умер, сварив себе мозги… Почти в буквальном смысле. Другой вроде бы сделал то, что желал, превратившись в психопата с исковерканной логикой, отличным тактическим мышлением и полностью отсутствующим пониманием происходящего. Случай случился лет сто назад. Гильдия до сих пор помнит, как подмастерье сумел убить двух мастеров, посланных за ним. Безумие же связывают с тем количеством разнородной информации, которую вынужден был абсорбировать разум чародея.

Но были и другие способы. Попроще. Ассоциации. Достать книги по математике на Парифате было несложно. Да, местная отличалась от земной. И сильно. Но я все равно занялся её подробным изучением. Решал задачи… И постоянно чувствовал дежавю. Я вспоминал, пусть и со скрипом. Следующие десять дней ушли у меня на настоящую жизнь книжного червя, в процессе которой я писал, чертил, решал, разбирался. И снова писал. Три занятия по магии экзотических народов, которые я провел в процессе, в памяти даже не отложились. Кажется, я показывал заклятия из школы Мардука. На манекене. К сожалению, призвать хоть какую-то демоническую сущность было просто нельзя — законы Империи карали за такие фокусы крайне сурово.