Кровь Десяти - Рия Райд

– Удача не на нашей стороне, Ани, – с пониманием отозвался Вениамин, но она не слышала в его голосе ни капли сочувствия. – У нас оставалось не так много вариантов.

– Тем более оно того стоило, danchi[47], – заверил Константин. – Все прошло более чем гладко.

– Гай не пострадал? – удивилась Анна.

По лицу Диспенсера прошла еле уловимая тень.

– Не совсем, – признал он, – Но на этот раз все сработало. Он получил доступ к силам Розалинды Корхонен на полчаса. Целых полчаса, danchi’[48], – повторил он, и его глаза зажглись от воодушевления. – Мы и мечтать о таком не могли. Вениамин был прав, когда предположил, что детская ДНК может быть более адаптивна…

– Где он сейчас? – перебила Анна, в ужасе оглянувшись в сторону Вениамина и попытавшись подняться с кресла. Вениамин подхватил ее под руки. На его лице отразилось страдание, когда ее ноги подкосились от слабости. Анна знала, что, даже если упадет, он без труда поймает ее и донесет, куда необходимо. Ему ничего не стоило удержать ее на месте, но видеть ее такой немощной каждый раз причиняло ему боль.

«Я скорее умру, чем оставлю тебя, Ани».

Она прогнала от себя эти мысли, постаравшись не думать о тепле рук, поддерживающих ее.

– Тебе не о чем волноваться, – заверил Константин, запоздало поднявшись с места, чтобы помочь ей удержаться на ногах. Но Анна даже не взглянула на его вытянутую руку.

– Где, мать его, Гай Антеро?! – процедила она.

– Он мертв, Ани, – тихо сообщил Вениамин, – разумеется, он мертв. Но тебе стоит взглянуть на то, что из всего этого вышло. По крайней мере, смерть Гая точно была не напрасной. Возможно, мы нашли выход, который искали так долго, – со слабой надеждой улыбнулся он. – Возможно, совсем скоро все это, наконец, закончится.

* * *

– Мария, очнись, – голос Андрея был таким смазанным и приглушенным, будто тянулся через толщу воды. – Давай, Эйлер. Пожалуйста, будь со мной.

Я почувствовала тепло его ладоней на своем лице и потянулась за этим ощущением, как за спасательным тросом, пока от мысков до пальцев рук меня не окатила волна, оно не вырвало меня из воспоминания Анны и не вернуло в собственное тело. Я положила свои руки поверх его и еще до того, как успела открыть глаза, услышала его облегченный вздох.

Слава Десяти, это и правда был он. Хотя, когда я заставила себя открыть тяжелые веки и увидела в его руке шприц, на пару секунд мне показалось, что все это – продолжение одного непрекращающегося кошмара.

– Что это?

– Адреналин, – отозвался Андрей. Я с облегчением обнаружила внутри шприца мутную жидкость. Он все еще был полон, а значит, Андрей не успел его использовать, – ты почти перестала дышать, твое сердце едва билось, когда мы вошли через черную дыру.

Его глаза бешено метались по моему лицу, словно он все еще не был уверен, что я в сознании. Он перестал сжимать мои плечи, лишь когда я схватилась за него в ответ, чтобы приподняться на локтях, и осмотрелась.

– Все в порядке, – заверила я, облизав пересохшие губы.

– Ты что-то видела? – догадался Андрей.

– Просто еще одно воспоминание. Я это не контролирую.

– Это должно прекратиться, – понизив голос, еле слышно сказал он. – Мы должны выяснить, как это остановить.

Даниил выглядел собранным, но от этого не менее напуганным, когда я поймала его косой взгляд. Он наверняка был в ужасе от такого знакомства. Когда он искал брата, то вряд ли рассчитывал, что ему придется трястись в корабле с безумной сумасшедшей, впадающей в бессознательные припадки.

– Прости. – Моя кривая, вымученная улыбка, наверняка была такой же жалкой, как и извинения. – Я знаю, что произвела не самое лучшее первое впечатление.

– Почему? Меня вполне впечатляет тот факт, что ты беспокоишься об этом после того, как чуть не умерла, – пробормотал Даниил.

– Все не всегда так безумно. Бывают и скучные дни. Я не залезаю ни к кому в голову, не срываюсь на своих друзей, не теряю сознание без причины.

– Звучит и правда очень скучно, – согласился Даниил.

– Твой брат ворчит в три раза больше… – продолжила я.

– Меня в это не вмешивайте, – нахмурился Андрей.

Я заметила, как уголок его рта дрогнул и невольно пополз вверх, но он вовремя отвернулся к окну, пытаясь это скрыть.

– Как далеко мы от резиденции Далми?

– Уже рядом, – мгновенно помрачнев, отозвался Андрей. – Далми не вышли на связь, но Нейк сообщил, что помощь Конгресса уже должна быть на месте, они не позволят «Новому свету» приблизиться к резиденции.

– Если я права, Вениамину не нужна резиденция Далми, ему нужны сами Далми. Мы должны добраться до них раньше него. Что бы ни было с их резиденцией, им нельзя там оставаться.

– Похоже и не придется, – пробормотал Даниил, припав к люковому окну. – Вы сказали, помощь Конгресса уже на месте?

В начале я даже не поняла, на что он смотрит. Корабль вошел в атмосферу, и мне показалось, что мы просто попали в скопление облаков. До тех пор, пока среди них черными точками не стали проглядывать острые пики башен резиденции. Мы были гораздо ниже, чем я думала. Я заметила темные гладкие крыши, проглядывающие через густой облачный смог и редкие огненные всполохи. Не было никаких облаков – резиденция Далми тонула в огне.

Вениамин успел нанести удары по ней до прибытия войск Конгресса? Или, что еще страшнее, корабли «Нового света» пробили нашу оборону меньше чем за полчаса? Я почувствовала, как по позвоночнику пробежал холод.

– Я не смогу подлететь ближе, миледи, – заволновался пилот. – Тут все поражено. Вся резиденция в огне! Боюсь, мы опоздали, миледи. Нам лучше повернуть, пока мы не попали в зону поражения.

Андрей нашел мою ладонь. Я ощутила его волнение через одно это касание.

– Я почти уверен, что Далми давно эвакуировались, – сказал он, сжав мои пальцы.

Я вспомнила свою первую встречу с Раисой Далми. Ее серебристые волосы, закрученные вокруг головы, низкий голос, отдающий хрипотцой.

«Если кто-то захочет забрать наш дом, ему придется выжечь его до тла вместе с нами».

– Нет, – я покачала головой, ощутив, как слова застревают в горле. – Нам нужно найти способ совершить посадку. Если Далми еще там…

– Мария, нет.

– Далми не оставят Бельгарс. Но они не знают, что Нозерфилду плевать на их земли. Ему нужны они сами.

Вениамин опять был впереди. Мне казалось, я даже слышала его немощный старческий смех, что эхом прокатывался вместе с каждым новым огненным всполохом.

– Мы должны найти способ совершить посадку. Нужно попробовать зайти со стороны