Агент Их Величеств, часть четвёртая - Александр Н. Александров

Но палочка уже доказала свою безопасность, поэтому следователь, немного подумав, выбрал «гидрант».

Заклятье не предложило куда-либо его направить, поэтому Фигаро решил, что оно либо безусловно подействует на него самого, либо имеет автоматическое позиционирование, как, например, у простейшего заклинания света, которое всегда держалось над головой.

Ничего подобного.

Из кончика палочки вырвалась тонкая струйка водяного пара, точно та превратилась в закипающий чайник, а в следующую секунду из металлического навершия ударил... поток воды.

Вода била под довольно сильным напором, добивая футов, эдак, на десять, и не производила с окружающим миром каких-либо дополнительных манипуляций. Похоже, это, действительно, была простая вода, возможно, даже дистиллированная.

– И что дальше? – Проворчал следователь, поливая из палочки торчавший неподалёку обгорелый кустик. – Это заклятье водяного пистолета?

Он чуть усилил эфирный поток питающий «гидрантV2», но, видимо, переборщил: струя ударила с таким напором, что палочку едва не вырвало из рук. Во все стороны полетели мелкие брызги и Фигаро мгновенно вымок до трусов.

– Дьявол! И как тебя отключить?!

Для обычного заклятья в 99% случаев было бы достаточно простейшего Запирающего Символа. Вот только это конкретное заклинание создавалось палочкой Мерлина.

Удерживать которую, кстати, становилось всё труднее: вода уже вырываласьс такой силой, что Фигаро был вынужден вцепиться в витую деревянную ручку обеими руками. Он словно оказался в немом чёрно-белом синематронике где герой, широко разевая в комическом изумлении рот, летает по комнате держась за садовый шланг, вот только следователю было совершенно не смешно.

Он настолько перепугался, что паникующий мозг вытащил откуда-то из закромов следующую информацию: жест зеркальный Запирающему Символу это «Хвост дракона» – вниз и влево.

Вниз палочку опустить получилось, а вот «влево» привело к тому, что следователя сперва приподняло на струе воды, а затем резко крутануло, точно волчок. В этот момент жест, наконец, сработал, и Фигаро, всё ещё вертясь, споткнулся и шлёпнулся на землю. Его слегка подташнивало, но на этот раз он хотя бы не упал в болото.

Если бы Артур увидел эпическое сражение следователя со струёй воды, то эксперименты с палочкой-концентратором на этом бы и закончились. Однако Мерлина нигде не было видно; лишь из избушки временами долетали приглушённые ругательства и стук, словно тамкирпичом били по какой-то железяке.

Следователь, сдвинув брови, уставился на палочку и решительно тряхнул ею, разрабатывая слегка нывшее запястье.

Минут через десять Фигаро стал обладателем нескольких шаров из папье-маше, назначение которых так и не удалось установить, одного небольшого костра, ужасающего вида фетровой шляпы – скорее всего, иллюзорной – пары прищепок, пледа, шнурков для ботинок и двух туфель на левую ногу. Все эти предметы появились в результате тех или иных манипуляций с палочкой-концентратором которая, однако, больше не пыталась навредить следователю. Кроме того, Фигаро успел два раза побывать невидимым, причём, судя по количеству эфира поглощённого одним из заклятий, это была довольно-таки качественная невидимость из тех, которые невозможно снять обычным трёхкомпонентным«проявителем».

Отдельновнимание следователя привлекло заклинание создания простого помощника. Это было одно из тех заклятий которые никогда у него, Фигаро, не получались – для Формации Малого Спрайта требовались очень хорошие способности к визуализации.У следователя же с визуализацией было либо очень хорошо, либо очень плохо – в зависимости от того, что именно требовалось представить – но онвсё-таки надеялся, что создавая палочку Артур что-нибудь эдакое придумал икак-то поборол извечную проблему своего протеже.

Суть заклинания призыва простого помощника, если коротко, сводилась к следующему: оно извлекало из эфира одного из вездесущих элементарных спрайтов – нечто вроде живых огоньков, которыми Изначальное просто кишело – и придавало ему форму, превращая в простое и очень недолго пребывающее на Плане Материи существо-прислужника. Такой прислужник, конечно, не обладал разумом, но простые команды вполне мог выполнять. Например, Алистар Метлби частенько создавал прямо из воздуха целый сонм маленьких херувимчиков, которые подносили ему вино, сигары и обмахивали магистра небольшими опахалами. Метлби знал, что у Фигаро это заклинание не получается, поэтому назло следователю создавал Малых Помощников по поводу и без повода. Следователь крепко озлился на магистра и страшной клятвой присягнул изшкуры выскочить, но проклятое заклинание выучить, и при первом же удобном случае принялся нещадно терроризировать Мерлина дабы тот помог ему, Фигаро, овладеть недоступным колдунством.

«Нет,– сказал тогда колдун, – не получится. Я же не могу что-либо вообразить за вас»

«Да, но вы можете заставить меня видеть нечто уже придуманное. Разве не так работают заклинания создающие иллюзии?»

«Ах, Фигаро, – Артур печально ухмыльнулся, – заклинания иллюзий просто добавляют паразитный сигнал к потоку электрических импульсов который идёт от ваших глаз к мозгу. Это несложно. Но визуализация есть нечто совсем иное. Придумывание образов происходит там, где ваша уникальная нейронная структура сталкивается с вашим же уникальным опытом, что хранится в связях между маленькими серыми клеточками мозга. Вмешательство туда будет, по сути, чем-то вроде лоботомии. Впрочем, если подключить к этому процессу сильного Другого, например, демона...»

В общем, с Малым Помощником ничего не получилось, но сейчас Фигаро, стиснув зубы, решил попробовать ещё раз, но уже с палочкой-концентратором.

Через три минуты эфир задрожал и выплюнул из себя создание, вид которого заставил следователя издать непроизвольный физиологический звук, похожий на икоту.

Перед Фигаро стояла коза. Это было очень странно, потому что следователь пытался визуализировать небольшого ифрита. Коза была нежно-розовой, а на том месте, где полагалось быть хвосту, торчала запасная нога вооружённая дополнительной парой рогов. К тому же по бокам козы тянулись стильные ярко-жёлтые молдинги, как у гоночной машины.

Коза сказала «бе-е-е-е!» и, боднув следователя в живот, растворилась в эманациях мирового эфира, оставив после себя едва заметный аромат магниевой вспышки.

Фигаро охнул и присел: удар был не слишком сильным (всё-таки, призванное им создание было не вполне материальным), но всё равно достаточно чувствительным. Оставалось лишь гадать, из каких бездн коллективного бессознательного вынырнуло это странное создание.

«Да и то, – думал следователь отдуваясь и массируя живот сквозь рубашку, – рук-то у козы не было. Так что пиво она мне вряд ли принесла бы... Ладно, а что если...»

Неизвестно, чем бы закончились дальнейшие эксперименты Фигаро с палочкой (следователь явно вознамерился выжать из несчастного устройства возможный максимум), но тут полевые испытания были прерваны самым грубым образом: дверь хижины Хонти распахнулись и из них вывалился окутанный облаками морозного пара Артур.

– Получилось,– орал он, размахивая руками, – получилось! Я готов поспорить на свои передние зубы что у меня