Люби смерть - Стелла Так

Зеленый огонек. Дверь открылась. Луч света дошел до мальчишек, и они вдвоем уставились на темные силуэты отцов. Худшие из чудищ.

– Ну вот, прогресс налицо! – сказал отец Фалько, нисколько не взволнованный видом своего родного сына.

– П… папа? – прошептал Крэйн, не отрывая взгляд от отца. Он подавил желание вскочить, подбежать к нему и обнять за ногу, пока мир не перестанет кружиться под ним. – Что… я сделал?

– Ты все сделал правильно, сын мой. Ты истинный Парацельс. Я горжусь тобой, – прогремел силуэт.

Крэйн опустил голову на лицо Фалько, которого продолжал обнимать. Оно было темное от синяков и все в крови.

С этого дня Крэйн Парацельс решил, что сделает все, чтобы отец не мог им гордиться.

34

Крэйн

Демоны 2-го уровня – Синтоисты

Тэнгу. Существа, сочетающие в себе черты человека и вороны; считаются злыми. Существует множество легенд о жестокости их деяний, совершенных против людей на протяжении веков. Они атаковали своих жертв в полете и разрывали их клювами. Изнасилования и пытки также числятся среди преступлений тэнгу. Они привязывали детей к деревьям и заставляли родителей слушать их панические крики – без малейшего шанса освободить своих детей. Они также похищали и убивали взрослых людей.

Эти йокаи в основном жили группами в лесах и горах, избегая мест обитания людей. Ко-тэнгу жили в небольших пещерах, на утесах и крутых склонах, а дай-тэнгу часто обитали на вершинах высоких священных гор. Люди встречали тэнгу в уединенных, густых лесах. В настоящее время считаются вымершими.

…Наше время

Мои легкие горели огнем, когда я бежал через лес, не разбирая дороги. Просто бежал. Чудище в моей голове извивалось и корчилось, будто искало путь наружу. Каждый волосок на теле стоял дыбом. Неестественная сила пульсировала в венах, яростно ища выход. У меня оставались секунды, прежде чем я взорвусь как бомба. До этого момента нужно было отбежать как можно дальше от Лиф и остальных из общества Янус.

Если бы мог, я убежал бы даже от самого себя. От ярости внутри. От ошеломляющего ужаса, который душил меня, превращая из взрослого мужчины в испуганного ребенка – беспомощную жертву жестоких экспериментов отца.

Зэро… что с тобой?

Когда Лиф рассказала мне про тебя, я лишился последней ниточки контроля. Теперь я опасен для всех.

Мне нужно было бежать… Прочь…

Дальше… Как можно дальше.

Задыхаясь, я спотыкался о толстые корни деревьев, ветка хлестнула меня по лицу, и я упал. Пальцы впились в землю, но сдерживаться больше не мог. Зрение и разум заволакивало тьмой.

Кожа вибрировала. Горела. Перед глазами всплыло лицо Лиф, рассказывающей о Зэро. Желудок сжался. Сухие спазмы рвоты – и вот я уже теряю связь с реальностью. Чудовище вырывается наружу, все тонет во тьме.

Последняя мысль? Скорее, страх.

Всегда был страх за секунду до того, как я исчезал и тут же просыпался. Я часто просыпался в разном окружении: если повезет, очнусь один, а если нет, то на горе трупов, которые выглядели так, словно их разорвал на мелкие части дикий зверь, а во рту у меня был привкус крови. Скорее всего, не моей.

Как всегда, прежде чем потерять контроль, я спрашивал себя, почему не сделал так же, как и Фалько? Если бы я жертвовал частью себя, то едва мог бы чувствовать хоть что-то.

Надо было становиться синтоистом. Какая разница, останусь я без ноги или руки, если шум в голове навсегда утихнет? Фалько всегда принимал решения куда лучше моих. Даже если я понимал, насколько ему было трудно не чувствовать эмоции, особенно когда в его жизнь вошла Лиф. По крайней мере, я мог прочувствовать все. Его приговор не лучше моего – вечно страдать и мечтать о чувствах, от которых ты отказался в погоне за свободой от прошлого.

Надеюсь, я достаточно далеко ушел.

Я надеюсь.

Пожалуйста.

Я…

35

Крэйн

Демоны 2-го уровня – Синтоисты

Кицунэ. Существо, сочетающее в себе черты человека и лисы. Один ученый назвал кицунэ «ведьминым зверем» (вероятно, из-за их способности «очаровывать»), но их также часто называют «лисами-кобольдами» или «духами-лисами». Кицунэ обладает способностью бакэру – умением изменять свой облик и внешность, и бакасу – умением устраивать розыгрыши или очаровывать. Кицунэ тесно связаны с Инари, синтоистским ками (или духом), и служат его посланниками. Чем больше у кицунэ хвостов (возможно до девяти), тем он старше, мудрее и могущественнее. Из-за его могущества и влияния некоторые люди приносят кицунэ подношения. Белые кицунэ считаются вымершими.

– Крэйн?

Я…

Я умоляю…

Пожалуйста…

Я…

– Крэйн!

Я резко открыл глаза. Секунду, одну ужасную секунду, я не понимал, где нахожусь, пока в поле зрения не появились черные волосы.

– Цубаса? Что ты тут делаешь? – прохрипел я, морщась от света в глазах. Я будто почистил зубы скунсом. Привкус был отвратительный.

– Я следил, чтобы ты никому не навредил, – сказал тэнгу. Он сидел на коленях передо мной с хмурым выражением лица.

– И?

– Ты поломал несколько деревьев и раскромсал примерно столько же оленей.

– Отлично, – прошептал я и уставился на небо. Оно еще было сероватым, а первые лучи восходящего солнца пробивались сквозь густые облака. Было жесть как холодно, особенно когда на тебе только брюки. Я буквально мог чувствовать, как мои соски заледенели. – Как долго?

– Несколько часов.

Я закрыл глаза и глубоко вдохнул, впуская в легкие холодный воздух. Тьма не спеша выселялась из моей головы, но дрожь в теле не унималась.

– Что там с Зэро? – неуверенно спросил я.

Послышался шелест крыльев.

– К сожалению, у нас нет информации. Но мы предполагаем, что в него вселился Люцифер. Мне очень жаль, Крэйн… Правда.

Что-то теплое скатилось по моим щекам. Слезы.

Черт.

Надеюсь, Цубаса этого не заметил. Я просто хочу свернуться калачиком и зареветь как младенец. Но мои сопли были ни к чему. Надо что-то делать. Надо встать. Надо дышать, даже если я не хочу.

– Мы должны вернуть его.

Эти слова эхом пронеслись по лесу.

Я не знаю, как спасти тебя, Зэро. Но одна мысль от того, что я могу тебя потерять, пробуждает во мне зверя.

– Мы вернем его.

Цубаса положил руку мне на плечо и достаточно крепко сжал его.

– Он не умер. Все получится, – прошептал я сквозь гул в голове.

– Мы вернем его, но для этого тебе надо держать себя в руках, мой друг, – мягко произнес тэнгу.

Вяло открыв глаза, я повернулся к нему.

– Цубаса, тебе говорил кто-нибудь, что ты очень хороший парень?

Уголки его рта дернулись.

– Прекрати. У меня репутация, которую я бы не хотел потерять.

– Ну конечно.

Я позволил Цубасе помочь поднять себя, хотя это не особо помогло от головокружения. Прежде чем мир снова поплыл перед глазами, я крепче вцепился в тэнгу, дыша глубже, пока не стало легче.

Цубаса не спросил, как я себя чувствую, – и я был рад, что не пришлось отвечать на этот вопрос.

Взгляд мой упал на последствия произошедшего: вскопанная земля, будто через нее пронеслось стадо кабанов,