Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

имел какое-то отношение к произошедшему с Антуаном, так как все время находился с ребятами возле костра. Однако, вспоминая его неискренний взгляд из-под оправы круглых очков, мальчик поневоле начинал вменять ему в вину то, чего, возможно, Каучук никогда не делал. Странным и сомнительным в профессоре казалось все, начиная от его замысловатого имени – Суноири. Совсем, к слову, не беруанского происхождения, скорее, что-то восточное, если не сказать армутское, слышалось в нем.

Вдруг неподалеку раздались острожные шаги. Артур не прогадал с местом. Он спрятался за дерево и притих, навострив уши.

– Я не сомневался, что ты придешь, Артур, – прозвучал уверенный голос профессора по перемещениям. Преподаватель, всегда обращавшийся к своим студентам на «вы», по какой-то причине оставил свою вежливость, предпочтя ей фамильярность.

Юноша, помедлив, вышел из своего укрытия. Скрываться было глупо, а бежать – тем более.

– Откуда вы узнали, что я буду здесь?

– Очень просто. Послания в книге я писал для тебя. Как только заметил, что ты следишь за мной.

– Я… – протянул изумленный Артур, отступая назад. Он все еще не совсем осознавал происходящее. Получается, никакого напарника не существовало и в помине! – Зачем вам понадобилось мне писать? – совсем неучтиво спросил мальчик. Однако почти сразу же ответ сам пришел ему в голову. Чтобы сегодня вечером встретиться там, где не будет ни одной живой души, кроме них самих.

Профессор Каучук извиняюще улыбнулся, будто искренне сожалея о том, что причинил ученику такие неудобства. Однако Артуру его улыбка представилась издевательской и враждебной. Властные голубые глаза профессора хищно наблюдали за своей жертвой.

– Нам нужно поговорить о многом. Подойди ко мне, – настойчиво попросил профессор, продолжая улыбаться. И было во всей этой ситуации нечто загадочное и пугающее.

Артур вместо того, чтобы послушаться, отступил еще на один шаг. Хотя тут же в голову мальчика пришла странная мысль о том, что он все равно не убежит. Он может попытаться, но вряд ли что из этого выйдет. Звать кого-то на помощь тоже представлялось бесполезным – вокруг никого, а ведь здесь уже начинался дремучий лес с лабиринтом, куда редко кто заглядывал по собственному желанию.

Необъяснимый страх завладел Артуром, и именно в этот миг мальчик вдруг отгадал загадку, что занимала его мысли последние несколько минут. Суноири Каучук, Суноири, Суноири.

Можно было догадаться и раньше, стоило только прочитать это причудливое имя задом наперед – «Ирионус»! Завоеватель из летописи про естествознателей. Темный властелин, поднявший восстание. И, наконец, человек, который оставил его мать умирать в сгорающем доме.

Правда ударила его по лицу, отрезвляя. С совершеннейшим ужасом Артур смотрел на своего учителя, все еще не желая верить. Однако страшная ярость стала постепенно завладевать его сердцем.

– Так это были вы… Это были вы! – гневно воскликнул он.

– Что случилось, мальчик мой? – почти ласковым голосом произнес профессор.

– Это были вы, не так ли? – медленно произнес Артур, с удивлением ощущая у себя в груди небывалое напряжение, которое мешало ему даже вздохнуть. В нем зарождалась неведомая энергия, с которой мальчик был не в силах совладать.

– Да что случилось? – уже испуганно воскликнул профессор, беспомощно вздымая руки кверху.

– Ваше имя! – через силу прокричал Артур, в бессилии понимая, что нечто, накапливающееся в его груди, разрастается и выходит за пределы его тела, воздвигая полупрозрачную стену между ним и профессором. Мальчик в страхе посмотрел на свои руки – от них с шипением поднимался белый пар, исчезая в кронах деревьев. Такое уже происходило с ним однажды, в домике Левруды. Но сейчас неприятные ощущения были во сто крат сильнее.

– Расслабься! Так нельзя! Это опасно! – в отчаянии крикнул профессор. Его безукоризненно-белая рубашка вспыхнула, будто от огня, и мужчина невольно содрогнулся от боли. – Ты убьешь нас, глупец, прекрати! – прокричал профессор, но Артур с трудом различал его слова. Белый туман поднимался над мальчиком, обжигая его тело. Листья, ветки, еловые шишки, которые попадали в это невидимое поле, бесследно исчезали, а от черной земли поднимался терпкий дымок. Бедный юноша закричал, не в силах больше выносить эту боль. На его руках начала лопаться кожа.

Профессор Каучук из последних сил стремительно кинулся к корчащемуся от боли Артуру и ладонью ударил его по щеке. Мальчик в изнеможении упал на землю; туман вокруг него стал постепенно рассеиваться.

Профессор выдохнул от облегчения и сразу же осел на грязную землю, не в состоянии двигаться. Только сейчас Артур заметил, что, несмотря на прохладную ночную погоду, на преподавателе была лишь хлопковая рубашка с накрахмаленными манжетами и легкие брюки, годные, может, для выступления на симпозиуме в Беруанской Академии Наук, но никак не для вечерней прогулки по лесу. Теперь великолепный наряд профессора представлял собой довольно плачевное зрелище: брюки были сплошь запачканы полузеньской грязью, рубашка приобрела желтоватый оттенок, в некоторых местах на ней виднелись прожженные дыры. Неужели Артур явился причиной всего произошедшего?

Мальчик попытался было встать, но он настолько ослаб, что не смог даже подняться.

– Мне показалось, что я хочу вас убить… – тихо прошептал Артур; его зубы нервно стучали друг о дружку.

– Похоже, и себя тоже, – сердито сказал профессор. – А я спас тебя, между прочим.

– Вы – Ирионус. Мне известно, что именно вы убили мою мать. И не пытайтесь отрицать это, – начал Артур, но мужчина довольно грубо прервал его.

– Замолчи! Не суди, не разобравшись! На самом деле ты ничего не знаешь, мой мальчик.

– Так расскажите мне… – криво усмехнулся Артур, все еще корчась от боли.

– Я… Да, я знал твою мать… и мою жену, – тихо сказал он, смотря Артуру прямо в глаза.

– Вы?! Что вы хотите этим сказать?

– Я твой отец.

Артур в немом изумлении взглянул на профессора, словно только сейчас впервые его увидел.

– Но моя мать произнесла ваше имя перед смертью… Она сказала его так, будто… – Артур запнулся.

Ирионус молчал, только при этих словах его лицо дернулось, словно сведенное судорогой.

– А я так и не смог ее спасти! – тихо произнес он, и в каждом его слове слышалась глубочайшая скорбь.

– Почему же тогда… Почему вы не нашли меня? Я думал, что меня бросили, – горько сказал Артур.

По его щекам текли слезы, он даже не старался их сдержать. Ему было обидно и больно, что его отец оказался тем самым злодеем, каким он всегда боялся его представлять. В детстве Артур часто рисовал себе картины, где его папа – храбрый путешественник. Вроде Корнелия Саннерса, который, несмотря на все страхи людей перед чем-то неизвестным, ушел изучать мир, искать ответы и, вероятно, находить их в прекрасном