Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

не одни. Если в первые дни все было тихо и мертво, то потом будто что-то незримое появилось среди его развалин. Какой-то мрачный дух наблюдал за нами и ждал момента, чтобы напасть… И этот постоянный запах пожара и гари, который въелся чуть ли не в каждый клочок земли, душил и мучил нас, отравляя наше пребывание.

Спустя некоторое время нам все же удалось кое-кого найти. Он благополучно скрывался все эти недели, пока мы не застали его за воровством нашей еды. Это был представитель другого народа, соседствующего с людьми и естествознателями. По-беруански – «карлик», но мы их называли «неумелами», так как их расе не удавалось постигнуть науку естествознательства. Вингардио пытался учить их, чтобы также привлечь на свою сторону, но безуспешно. По какой-то неведомой причине они не могли освоить искусство. Карлики всегда жили рядом, они знали обо всем, что творится в мире естествознателей, но мало чего понимали. Я так говорю вовсе не из-за особой неприязни – напротив, эти существа внушают мне симпатию. Народ этот, скорее, сродни прирученным животным, и ум их невелик. Они не способны творить, как люди, и живут, повинуясь только своим инстинктам. Им чужда хитрость, и при правильной постановке вопросов у них всегда можно выведать все необходимое. Неумелы говорят на нашем языке, но он им дается с великим трудом. Между собой карлики общаются только с помощью звуков и жестов. Помнишь, я говорил тебе, что объясню почему, на мой взгляд, библиотекарь Троссард-Холла Дрейворд Клинч не может быть родственником того, кто написал рукопись? Все очень просто. Карлики не умеют писать, да и не признают это нужным умением. Дейре пришлось изрядно помучиться, чтобы научить Клинча находить нужные книги по буквам, и даже это было уже достижением!

– Зачем же она взяла его на работу? – недоверчиво спросил Артур.

– Ответ прост. Карлики не нуждаются в деньгах и вместо платы за свой труд берут еду. Такой сотрудник очень выгоден, тем более что в начале строительства Троссард-Холла Дейра была весьма стеснена в средствах…

Но вернемся же к моей истории. Мы поймали неумела в нашем лагере, роющимся в съестных припасах. Выглядел он жалко и, судя по всему, был ужасно голоден. Казалось, что он ничего не ел уже несколько дней. Мы накормили его и стали расспрашивать. Он довольно скверно изъяснялся на людском языке. По его словам, карлики стали заселять земли Воронеса, как только ушли естествознатели. Здешний климат позволял им избежать суровых смрадней, питьевая вода всегда была в наличии, а фруктовые деревья могли утолить голод. Много семей неумелов переселилось в эти благодатные края. Но потом они ушли. По словам карлика, в Воронес стали приходить жестокие люди. Они убивали и вытесняли его сородичей, покуда те не ушли. А люди остались и начали строительство библиотеки. Наш карлик не захотел покидать благодатные земли Воронеса, так как надеялся, что со временем непрошенные гости уйдут и он сможет жить, как прежде. И действительно, после завершения строительства здания неизвестные ушли, карлики постепенно начали возвращаться в эти земли, и тут появились мы. Неумел следил за нами, не решаясь подойти, так как боялся, что мы окажемся жестоки, как и те люди. Вот и вся его история, которая ни на шаг не приблизила нас к разгадке.

У меня не было оснований не верить ему, хотя бы просто в силу особенностей, присущих его расе. Он не мог солгать. Мы отпустили его восвояси, но неумел и не думал убегать. Карлик оставался в Воронесе еще какое-то время. Мы не гнали его. Маленький, чуть косолапый, хромой и совершенно беззащитный, он вызывал только жалость. Этот низкорослый человечек изредка подходил к нам, питался с нами за одним столом, а в один из дней неожиданно пропал. Наверное, ушел к своим сородичам. И нам тоже нужно было уходить. Меня ждали жена и сын, а остальные хотели раздобыть больше сведений о восстановлении библиотеки Воронеса. Мы так и не дождались Вингардио, хотя, по нашим расчетам, он давно должен был прибыть в долину. Он исчез таинственным образом, и никто из нас так и не смог впоследствии отыскать его след. Оставаться в Воронесе представлялось на тот момент бессмысленным делом. Существовала вероятность, что люди, построившие библиотеку, забрали «Последнее слово…» с собой или же перепрятали его. Так или иначе, нам нужна была информация. Чтобы спланировать дальнейшие действия, Совет Четырех собрался в своей постоянной резиденции, бывшем дворце естествознателей в Шуханере. По итогам обсуждений было решено, что нам следует разделиться для более плодотворных поисков. Индолас отправился в Беру. В столице королевства людей он мог отыскать полезные факты. Второй искатель, Нороган, отправился в северные города естествознателей, надеясь найти пропавших друзей из Совета Двенадцати. Доланд как близкий друг нашей семьи решил сопровождать меня в Делию. Я очень хотел побыть с тобой и Иоантой. Затем мы бы вернулись обратно в Воронес, чтобы продолжить поиски.

Мы с Доландом попрощались с остальными, условившись собраться всем вновь через год. Но все сложилось совсем не так, как нам хотелось. Сначала меня постигло ужасное несчастье. Да, Артур, я подхожу к самому страшному месту в моем рассказе. Роковое возвращение в Делию.

При упоминании об этом лицо профессора вдруг исказилось болью, а глаза заволоклись туманом, как у человека, который был уже настолько очерствлен страданием, что не мог проронить и слезинки, но, с другой стороны, в сердце которого еще остались обрывки чувств, рождавшие желание заплакать.

– В тот день… Мы с Доландом переместились в Делию, к дому, в котором жила моя семья. Но я все никак не мог забыть негостеприимные земли Воронеса, куда, впрочем, в скором времени мне предстояло вернуться. Вот только я даже не мог себе представить, как надолго мне придется отказаться от этой затеи! В Делии мы оказались поздно вечером. Сначала ничего не было видно: сгущался туман, и ночь уже вступила в свои права. Но потом из темноты, будто из могильного мрака, выглянули очертания некогда красивого дома, где нам так недолго удалось пожить… Крыша полностью сгорела, стены покосились, и повсюду клубился дым, который теперь постоянно преследует меня… Сейчас я плохо помню последовательность предпринятых мною действий, впрочем, не так уж это и важно. Мне казалось, что злой рок вмешался в мою жизнь. Тогда я почти не осознавал произошедшего, и только потом, проанализировав все события, с ужасом понял… Наш дом уже догорал, когда мы пришли. То есть если бы мы оказались там чуть раньше, всего на один день или даже на