Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

происшествия была найдена армутская плеть, а ее, как известно, носят только с одной целью – убить. Совпадения быть не могло – искали тебя! И если есть хоть маленькая надежда, что враг не знает меня в лицо, то тебя… Поверь, тебя он знает. Этот инцидент подтолкнул меня к тому, чтобы начать учить тебя. Но учить тайно. Да, мальчик мой, повторяюсь, это я дал тебе неисправную капсулу – я сделал это сознательно, с целью пробудить твои способности. Я знал, что ты сможешь продержаться в воде без воздуха долгое время, поскольку тебе доступно подчинение четырех сфер – воды, целительства, энергии и полетов.

Потом эта поездка в Хвойную долину… Как я сопротивлялся решению отправлять вас туда! Я убеждал Дейру всевозможными способами, но она не захотела меня слушать. «Это традиция! – говорила она. – Нарушить ее означало бы, что мы чего-то боимся. Но ведь это не так, не правда ли?» – вот ее беспечные слова. Впрочем, сейчас она сама познала всю ответственность принятого ею решения. Говорят, родители Антуана Ричи собираются привлечь ее к суду по беруанским законам. Хорошо, если удастся вылечить парнишку… Но во всей этой странной болезни я вижу проявление какой-то неизвестной мне силы. Ранее я с таким не сталкивался.

– Бедный Антуан… Он хотел меня о чем-то предупредить, – тихо проговорил Артур, вспоминая своего друга. – Но, отец, вероятно, в каком-нибудь из свитков в библиотеке есть рецепт лекарства, которое сможет помочь Антуану. Тогда нам удалось бы его вылечить!

– Боюсь, это не поможет. Мои знания искусства врачевания весьма обширны, и сложнейшие навыки исцеления открыты мне. Это моя область, и в ней я неплохо преуспел. Но с Антуаном – другое дело. Как мне кажется, его недуг заключается в психическом расстройстве, а такое я не умею лечить.

– Вероятно, мне под силу его излечить, раз я ваш сын? – с надеждой поинтересовался Артур, но Ирионус только пожал плечами.

– Я не знаю. Тебе надо самому это почувствовать. Ты всегда можешь попытаться.

– Значит, я попробую просмотреть в библиотеке свитки по лекарству… Еще один вопрос волнует меня… Неужели враг все время находился с нами в Хвойной долине? И неужели это кто-то из школы?

Профессор как-то сжался, будто бы испугался неведомых сил.

– Я не знаю… Я уже ничего не знаю. Лишь одна светлая новость дает мне еще хоть какую-то надежду. Единороги вернулись к людям! Как я был счастлив, когда узнал, что твой единорог выбрал тебя! После войны естествознателей фиолетовые единороги расторгли все связи с человеком, и никто не наблюдал их с тех пор, как они применили «Последнее слово…», положившее конец войне. Никто их не видел, кроме нас с тобой. И ты летаешь на нем, мой мальчик. Я нахожу в этом событии величайшее чудо! Это значит, что добро снова идет нам навстречу. Это значит, что мы прощены…

Если позволишь, я все же закончу свой рассказ. Я знал, Артур, что ты следишь за мной. Я надеялся, ты догадаешься, что я твой отец. Я верил, что память естествознателя подсказала тебе мой образ. А еще я полагал, что ты знаешь мое настоящее имя, так как я оставил Левруде записку. Поэтому, увидев тебя тогда в библиотеке с моей книгой про борьбу с гномами, по которой я хотел писать научную работу, я рискнул и оставил тебе в ней послание, чтобы встретиться и все рассказать. Чтобы предупредить и дать знать, что ты не один. Чуть позже я добавил место и время нашей встречи.

– По правде говоря… Мы следили потому, что не доверяли вам, – смущенно сказал Артур. Теперь ему было стыдно за свои подозрения. Получилось, что ребята обвиняли ни в чем не повинного человека и были практически уверены в том, что именно он является причиной всех странных событий, произошедших в школе. – Не доверяли с того самого момента, как узнали про неисправную капсулу. Помимо этого, вы так странно себя вели, и мы… – Артур запнулся, оправдываясь.

– Могу себе представить, – улыбнулся Ирионус. – Например, после урока по перемещениям я был сильно взволнован, что могло выглядеть весьма подозрительно… Но мне можно это простить, ведь я смертельно испугался, когда ты исчез, хоть я никогда не исключал вероятности, что тебе удастся переместиться. Где же ты был?

– В Делии, – просто ответил Артур, и лицо его было хмуро. Ему не довелось пережить всех тех ужасов, которые испытал его отец, увидев сгорающий дом. Но он тоже прикоснулся к произошедшему. Он видел трагедию, и его родная мать умерла практически на его глазах.

– Я подозревал… Я постарался скрыть от других факт исчезновения, чтобы меньше говорили о твоих способностях… Я старался уберечь тебя как мог… К счастью, ты вскоре вернулся, иначе я вряд ли пережил бы этот урок.

Ирионус замолчал, а Артур, воспользовавшись паузой, рассказал о том, что его беспокоило с первого дня пребывания в школе.

– Я слышу странные голоса ночью.

– Голоса? – нахмурил брови седовласый профессор, но вдруг испуганно вздрогнул. Зашелестел прохладный ветерок, и показалось, что кто-то идет, тихо ступая по земле. Впрочем, в следующее мгновение все стихло, только вдалеке заунывно прокричали севухи. Стало холоднее, будто смрадень вновь пришел в долину.

– Ты должен возвращаться к себе! – тихо приказал профессор Каучук своему сыну. – Я не доверяю этому лесу. Мы поговорим обо всем позднее.

– То, что я должен рассказать, очень важно! – воскликнул Артур.

– Ты расскажешь. Непременно. Только нас не должны видеть вдвоем, иначе вся моя затея окажется бессмысленной. Как я уже говорил, во мне не умирает надежда, что враг не знает моего лица, иначе он уже давно избавился бы от меня, как пытался избавиться от тебя. Поэтому надо быть предельно осторожными. Артур, если я не найду свиток, все будет бессмысленным. Поэтому прошу тебя, не говори никому обо мне. Даже самые лучшие друзья не должны об этом знать. Я не могу общаться с тобой. Но время от времени я буду писать в той самой книге по борьбе с гномами и русалками. Если мне надо будет предупредить тебя – я напишу об этом. Поэтому старайся почаще туда заглядывать. Возвращайся к своим сокурсникам и подумай хорошо о том, что я тебе рассказал. До свидания, мой мальчик.

Его прощальные слова прозвучали грустно и одиноко. Отступив на пару шагов, мужчина неловко помедлил и все же спросил:

– Ты мне веришь, Артур? – Вопрос, подобно тяжелой дождевой туче, завис в воздухе.

– Да, конечно! – поторопился сказать мальчик, быстро взглянув на преподавателя.

– Что ж, я рад это слышать. Впрочем, часто случается,