Бесконечное пламя - Ребекка Росс

пытался сыграть для сада, чтобы найти ответы на вопросы. Как Бэйн Губитель помешал ему и поразил молнией дерево – этот обрывок воспоминаний Каи Адайра видела, – и как Торин рвал на себе волосы и не знал, что делать.

– Не могу поверить, что такое происходит, – сказала Адайра, когда Джек замолчал. – Я должна ему написать. И Сидре тоже.

– Кстати, я как раз хотел добавить еще кое-что, – вздохнул Джек. – Торин не хочет допустить огласки вестей о порче за пределами Востока, но я заметил ее и на Западе.

Адайра нахмурилась.

– Где?

– В Приграничном Лесу. Я повстречал больное дерево после того, как перешел границу.

– Мои родители ни разу об этом не упоминали, – сказала она. – И другие тоже.

Джек мрачно на нее взглянул.

– Тогда есть шанс, что она только что перешла на Запад. А может, твои родители знают о порче, но держат это в тайне.

Последнее казалось более вероятным. Пока Джек раскладывал кашу по тарелкам, Адайра думала, как ей начать разговор с Иннес. Станет ли лэрд вообще обсуждать с ней такой щекотливый вопрос?

– Значит, Торин не хочет, чтобы Брекканы узнали, что на Востоке распространяется хворь? – спросила Адайра, забирая у Джека тарелку. Он положил сверху щедрую порцию ягод и сливок, и она размешала все это ложкой.

– Верно, – ответил Джек. – Но это было до того, как я узнал, что Запад тоже пострадал. Об этом Торин еще не знает. Думаю, это заставит его передумать.

– Хм.

Адайра наклонилась, чтобы налить еще чаю. Сорочка соскользнула с плеча до самого локтя.

– Что это такое? – отрывисто поинтересовался Джек.

– Что? Ты опять хочешь забрать себе весь чай? – возразила она, не зная, о чем бард говорит, пока не заметила, что он смотрит на ее обнажившееся предплечье и ряд стежков, стянувших рану. – Ах, это! Пустяки!

Но Джек провел по шву пальцем, его глаза помрачнели и заблестели, пока он разглядывал рану.

– Не похоже на пустяки, – сказал Джек. – Кто это сделал?

– Это была случайность.

– Чья?

– Дэвида, – ответила Адайра. – У нас был тренировочный поединок под дождем.

Она пожалела о своих словах, как только произнесла их. Они тут же вызвали воспоминания о том, как Джек сражался с отцом на арене. Адайра видела, что бард подумал о том же, и выражение его лица стало отсутствующим, словно он пытался запереть свои чувства.

Адайра отставила миску с кашей.

– Я хочу его освободить, – сказала она. – По-хорошему, он должен быть на свободе. Для этого он одержал достаточно побед в поединках.

– Иннес не хочет, чтобы его снова приняли в клан, – осторожно заметил Джек. – Я понимаю ход ее мыслей, зная, что сделал Найл.

– Я с ней поговорю, – пообещала Адайра.

Они закончили завтрак в натянутом молчании. В конце концов Адайра решила, что для подъема настроения нет ничего лучше верховой прогулки по пустошам.

– День проходит, – сказала она, направляясь к гардеробу. Она сбросила сорочку на пол, ощущая на себе взгляд Джека. Обернувшись, Адайра без смущения посмотрела ему в глаза. – Одевайся, Джек. Я хочу тебя кое с кем познакомить.

* * *

Весь Запад казался одним сплошным погостом с толпой голодных чахнущих духов. Торин внимательно смотрел, куда наступает, но все же умудрился привлечь излишнее внимание. В траве за ним по пятам, хищно облизываясь, следовали ферли. По вересковым лугам на его пути шла рябь, а скалы отказывались его пропускать. Здешние духи земли не доверяли ему, и Торину оставалось только быть осторожным и смотреть в оба в поисках одновременно Адайры и цветка Оренны.

В конце концов он вышел к реке – гадая, тот ли это поток, что течет через чащу Приграничного Леса, а оттуда на Восток, – и уже собирался перейти на другой берег, когда из воды поднялся оскалившийся дух.

Торин, чуть не свалившись, выскочил на берег. Он изумленно моргал, а дух принял физический облик, оказавшись старухой с голубоватой кожей, жидкими седыми волосами и затянутыми белесой пленкой глазами. Она принюхалась и улыбнулась, обнажив ряды жутких острых, как иголки, зубов. Ее пальцы были длинными и когтистыми, на жилистой шее трепетали жабры.

– Ты смеешь проходить через мои владения, смертный? – спросила она.

У Торина волосы на руках встали дыбом, но ему удалось ответить ровным голосом:

– Да. Прости, если я тебя обидел, фея реки.

Бессмертная хрипло расхохоталась. Это был звук из ночного кошмара, от которого по спине у Торина заструился пот.

– Что ты делаешь в нашем царстве? – Она подобралась ближе к берегу, и вода обтекала ее узловатые колени. Торин гадал, может ли бессмертная выйти из реки. Если нет, суша оставалась единственной надеждой, что его не сожрут. – Давно никто из твоих сородичей сюда не захаживал.

Торин задумался. Он не догадался спросить у Хэпа, стоит ли сообщать о своей цели другим духам. Если среди водных духов поплывут такие слухи, это может быть небезопасно, но, похоже, Запад отчаянно нуждался в надежде.

– Меня призвали, чтобы помочь излечить остров, – со вздохом ответил он.

Речная фея склонила голову.

– Излечить нас? – переспросила старуха, бросив взгляд на север, говоривший, что она понимает, о чем речь. – Он знает, что ты здесь?

– Нет.

Минуты проходили в молчании. Еще чуть-чуть, и Торин узнает, суждено ли ему погибнуть здесь – от рук самого Бэйна Губителя или от скользких речей этой водной карги.

– Я знаю, кто ты такой, – с улыбкой прошипела она.

Торин разглядывал ее, гадая, как ответить.

– И кто же?

– Некогда командир Восточной Стражи, ныне лэрд Востока.

Торин поежился. Теперь он был уверен, что это та самая река, что текла с Запада на Восток, потому что проклятая бессмертная, похоже, знала слишком много.

– Не так давно, – продолжила она, – ты прошелся по моим волосам с окровавленной рукой. Тогда ты давал обет охранять Восток. С тех пор мне приходилось терпеть, как твои солдаты, охраняя лес, топтались по мне, будто я пустое место.

– Прости меня, – от души проговорил Торин. – Тогда ты была скрыта от моих глаз. Как до сих пор скрыта для моих солдат.

Она прошипела, и он не понимал, обидел ли старуху еще больше или она приняла его извинения. Но тут он понял, что фея бывала на Востоке.

– Ты обладаешь даром пересекать границу кланов. Ты зришь и тех, кто на Западе, и тех, кто на Востоке. Другие духи не так могущественны, как ты.

Бессмертная заулыбалась шире. Зубов у нее будто прибавилось.

– Да! Да. Я не такая, как другие, потому что повелитель даровал мне такую силу.

У Торина сердце ушло в пятки. Она, наверное, любимица