Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

– На таком моем виде для обряда настояли наши дражайшие дворяне, – отрезала я, и мой голос прозвучал звонко и громко. – Если я заболею, то первым делом сообщу народу, кто в этом виноват.

– Мы лишь следуем древним традициям, – окрысился другой вельможа, толстый и краснолицый. – Оспаривать их – значит вести себя неразумно и недостойно.

Их было пятеро – дворяне, опора трона, помогавшая императору управлять страной и слишком много о себе возомнившая. Сейчас они, как стервятники, пытались расклевать остатки власти императорской семьи. Как бы не так!

– Это мы еще посмотрим в итоге, кто поступил неразумно, – криво усмехнулась я ему, чувствуя, как от холода и злости деревенеют губы.

– Прошу вас, нужно начинать обряд, – поторопил шаман, и в его голосе прозвучало нетерпение. – Мне сегодня необходимо покинуть столицу.

– Да, стоит поторопиться, – забеспокоились родители жениха. Сам же он стоял невозмутимо, как статуя. Но мне почудилось, что благоверный сильно не в духе. Это из-за меня он в таком настроении, или случилось что-то, о чем я не знаю?

Однако я тоже была за то, чтобы начать обряд, пока окончательно не окочурилась здесь от холода.

– Как один из опытнейших шаманов этого мира, я, Ауз, сегодня соединю эту пару истинным обрядом, – провозгласил он. – Прошу вас, встаньте в круг.

И тут я заметила на полу сложные причудливые символы, начертанные серебристым камнем, и необходимые для обряда артефакты, расставленные по углам. Главное, чтобы все прошло по плану и не случилось беды.

Вздохнув, я встала на указанное место, ощутив очередной порыв ветра, и мысленно послала все кары этого мира на противных дворян. Ко мне присоединился жених, и шаман начал бормотать заклинание. Потоки магии заклубились в мужчине и понемногу начали вырываться в мир, опоясывая нас с князем нитями силы.

Символы вокруг вдруг засветились неярким, призрачным сиянием. Я инстинктивно, опасливо сделала шаг ближе к темному князю, ища защиты, и он без слов положил свои большие, теплые руки мне на плечи. Их тяжесть была неожиданно успокаивающей. Вскинув глаза, я утонула во взгляде мужчины – а огонь, разгоравшийся в их глубине, согревал меня, отгоняя холод. Отвести взгляд было невозможно. Это магия? Или романтический интерес?

И тогда по моим венам, опаляя, пронесся жар. Не обжигающий, но сокрушительно-мощный, полностью сметающий на своем пути ледяное оцепенение. Он пробежал по всему телу, свернулся горячим клубком в районе груди, заставив сердце биться чаще, а потом затих, оставив после себя странное, глубинное тепло. Внутреннюю сторону запястья обожгло на мгновение – и осталась татуировка с тонкими, изящными, незнакомыми знаками, темно-багровая, как старая кровь.

– Ритуал проведен! – провозгласил Ауз, повернувшись к народу, и толпа радостно зашумела. – Мир встречает новую семью. Да пребудет с ними любовь и плодородие!

Что? Это все? Так быстро? В книгах этот ритуал подробно не описывался, и я теперь поняла почему. Тут и писать-то не о чем – лишь вспышка, жар и тишина. Его высочество взял мою руку – рука его была твердой и уверенной – и подвел к самому краю возвышения, чтобы собравшемуся внизу народу было лучше нас видно. Толпу увидела и я. И мои глаза расширились от немого потрясения.

– Что такое? – тихо, так, чтобы слышала только я, спросил супруг, мгновенно уловив перемену в моем настроении.

– На площади очень много народу, – прошептала я, едва шевеля губами, – но еще не меньше здесь… призраков. Они пришли на мою свадьбу. Или по мою душу.

А их тут было – не меньше тысячи. Бледные, полупрозрачные силуэты, наложенные на живую толпу. Они стояли безмолвно, не шелохнувшись, и их пустые взгляды были прикованы к нам, жуткие и завораживающие. Не из-за них ли я так мерзла все это время? Не из-за них ли мое плохое предчувствие?

– Это опасно? – так же тихо спросил Наур, и, встав сзади, широко запахнул полы своего тяжелого плаща передо мной, заключив в настоящие, укрывающие объятия.

Меня сразу окутало плотное, живое тепло его тела и шерсти плаща, а тот странный жар, скопившийся в груди после обряда, в ответ встрепенулся и начал медленно, лениво разливаться по конечностям, согревая изнутри. Народ внизу воспринял жест темного князя как расположение между супругами, вселяющее надежду, и одобрительно загудел. Вообще, если подумать, получился эффектный обряд. Заговорщики думали, я буду испуганной и дрожащей от холода жертвой, а на деле все иначе. Их ярость была мне сладкой наградой.

– Пока не знаю, – ответила, прижавшись спиной к груди теперь уже мужа и чувствуя себя хоть немного защищенной. – Пусть по городу зажгут ладан. Это… угощение для них. Может, отвлекутся.

– Хорошо, – коротко кивнул князь, и я почувствовала, как его голова склонилась к моему виску.

– Что дальше? – спросила я.

– Мы идем в опочивальню, – ответил супруг, и в уголках его губ появилась чуть заметная, но от этого не менее красноречивая улыбка. В ней явно читалась ирония.

– И вся империя надеется на скорое появление наследника! – проскрипел тут же главный заговорщик, и его голос, полный фальшивого восторга, резанул слух.

По ухмылке дворянина и двусмысленным словам я тут же поняла новый, мерзкий план. Они рассчитывали, что я, «испуганная девица», не вынесу близости с мужем, сбегу, опозорю себя и императорский род, к которому теперь принадлежу.

Хотя что там выносить, когда женщина засыпает и ничего не видит, ничего не помнит. Этот план казался странным. Но дальнейшие их мотивы были прозрачны, как стекло. Завтра, скорее всего, они проверят, насколько «успешной» была наша общая ночь. Не сбежала ли я с брачного ложа. А если нет – то как часто мы будем… стараться. Если в ближайшее время не появится ребенок – в ход пойдет новая агитация. Я – проклятие для династии. Боги наказали их через меня. Что-то в этом духе. Потом – волнения, восстание и эшафот. Еще никогда в жизни я так отчаянно не желала завести ребенка, как в эту минуту.

– Мы будем стараться изо всех сил! – твердо, громко и без тени смущения заметила я, смотря прямо в глаза дворянину. – Устрою вам маркетинговый ход.

А этот проклятый Ауз, шаман темного короля, пристально на меня посмотрев, с небольшой заминкой провозгласил мои слова народу. Зачем? Толпа зашлась в новом, диком, счастливом крике. Только ухудшил ситуацию. А если ничего не получится?

Юсиль в романе была полностью права на его счет! Гад!

– Пойдемте, дорогая супруга, – повлек меня прочь супруг, его пальцы сплелись с моими.

Думал, буду упрямиться? Как же! Тут вся