Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

Можно было бы соврать, что у нас все было. Но от вранья дети, увы, не появляются. Да и наверняка это можно проверить магически. Если лекаря или слуг реально подкупить или запугать, то наследника… саму беременность – не сымитируешь. Это же целый сложный процесс с изменениями в теле, не говоря уже о самих родах. Мы стояли на краю провала, и пропасть под ногами казалась бездонной.

Чем больше я об этом думала, тем больше мои мысли походили на лихорадочный бред. Прямо сейчас меня уже не волновало, как у нас пройдет эта самая брачная ночь, буду я спать или нет. Потому что мы уперлись в решение куда более реальной проблемы. Без ребенка – это почти стопроцентная победа заговорщиков.

Может, это дворяне все и устроили? Не зря же главный из них с такой ядовитой улыбкой напутствовал нас пожеланием наследника!

– А вдруг отвар ненастоящий? – с последней искоркой надежды посмотрела я на темного князя.

Тот тоже был погружен в тяжелую задумчивость.

– Его проверили. Родители не пустили бы такое на самотек. Он отличного качества. Даже… чуть сильнее, чем обычно положено.

Все. Нам конец. Впереди меня ждет только эшафот, а его – позор и крах династии. Отчаяние и холод сковали меня изнутри.

– Почему ты дрожишь? – вдруг спросил муж. Его голос вырвал меня из мрачных мыслей. – Боишься меня?

– Нет, – фыркнула я, отбросив всякие церемонии. Не до них сейчас. – Я нервничаю, и мне холодно. Из-за того, что я шаман, тесно связанный с потусторонним миром, духи… воруют мое человеческое тепло. Я пока не знаю, как от этого защититься. Сейчас получше, но все равно зябко.

– Так вот откуда этот… охлаждающий эффект, – пробормотал князь себе под нос, а я недоуменно на него посмотрела.

– Во мне много силы. Очень много темного огня, – начал он, глядя куда-то поверх моей головы, словно признаваясь не мне, а самому себе. – Он жжет меня изнутри. Чем сильнее я его сдерживаю, тем нестерпимее жжет. Вечно тренироваться нельзя, хотя это и помогает. Легче, когда выхожу на холод в одной рубашке, но это – показать другим свою слабость. А я не могу себе этого позволить. Но после обряда… огонь немного унялся. Не сильно, но ощутимо легче. Значит, объединив свои потоки с твоими во время истинного ритуала, я забираю часть твоего холода, а ты получаешь часть моего огня.

– Я бы еще отъела, – вынуждена была признать я, и в голосе моем прозвучала усталая ирония.

Ну почему у нас ничего не получается, как надо? А ведь вроде бы брак складывался так хорошо…

– Если не брезгуешь моими шрамами, то я готов поделиться теплом… физически, – развел руки мужчина, и его взгляд, темный и напряженный, впился в меня.

Раньше я не избегала наших прикосновений. А уж если можно наконец-то согреться… то плевать я хотела на все их дурацкие суеверия и условности!

– Ты серьезно? – уточнила я на всякий случай, чувствуя, как в груди замирает что-то трепетное и настороженное.

– Не хочешь? – иронично, одним уголком губ, усмехнулся супруг.

– Хочу, – решительно ответила я и, наплевав на осторожность и приличия, споро забралась к нему на колени.

Тот даже слегка опешил от того, как быстро и тесно я прижалась к его груди. В конце концов, он мой муж! Что в этом такого? Правда, сидеть было неудобно – я ерзала, стараясь устроиться то так, то эдак, чтобы и мне было тепло, и ему не причинять неудобств.

Наконец, он резко, почти сдавленно, выдохнул:

– Аша… сиди смирно.

– Мне неудобно, и бок мерзнет, – проворчала я, не находя покоя.

– Тогда сядь как тебе удобно, – выдохнул он, и в его голосе прозвучало явное напряжение.

Чего это он злится-то? Сам предложил! Немного развернувшись, я полностью устроилась на нем, обхватив его торс руками и уткнувшись лицом в шею, туда, где бился ровный, учащенный пульс. Ноги я свесила по бокам. И вот тогда – о, благодать! – стало по-настоящему тепло. От большого, сильного мужского тела исходил ровный, мощный жар, как от добротной печи. Я блаженно зажмурилась, позволив мышцам наконец-то расслабиться.

А потом… потом до меня дошло. Я поняла причину скованности мужа, его неудовольствия и резких движений. Он был возбужден. И это осознание не вызвало во мне ни страха, ни отвращения. Напротив, в голове, будто вспышка, возникла дерзкая, почти безумная идея.

Чуть отстранившись, я встретила взгляд супруга – темный, напряженный, полный сдерживаемой силы. И начала осторожно, вкрадчиво:

– Наур… Не подумай, что я не чту и не уважаю традиции империи.

Темный князь напрягся еще сильнее. По глазам я поняла – он думает, что я сейчас начну отказываться, просить отсрочки, стараться уйти. Значит, сейчас я удивлю его по-настоящему.

– Но, может… мы сделаем все без зелья? Оно прям обязательно?

Муж молчал. Долго. Целых несколько минут, которые показались вечностью. Он просто смотрел на меня, внимательно, изучающе, будто пытался разглядеть в полумраке комнаты мое выражение лица получше.

– Не обязательно, – наконец произнес супруг, и голос его звучал низко и немного хрипло. – Оно сделано для удобства женщин. Чтобы не пугать.

– Конкретно эта женщина, – я осторожно провела пальцем по его напряженной челюсти, – сидящая на твоих коленях, предпочитает не пить зелье.

Главное – не спугнуть мужчину, а там, может, все и получится.

– Ты понимаешь, на что соглашаешься? – вопрос Наура прозвучал не как предупреждение, а как последняя проверка.

– У меня нет практического опыта, это правда, – призналась я, чувствуя, как жар от его тела проникает и обволакивает меня все больше. – Но в обители… мне попадались книги. О разных отношениях мужчины и женщины. Поэтому я все прекрасно понимаю.

На самом деле, в обители таких книг, конечно, не было. Они были на Земле. Ну, немного подкорректировала правду – ничего страшного? Я для общего дела стараюсь!

Муж еще какое-то время молча рассматривал меня, его дыхание стало чуть громче. А потом его рука – большая, шершавая от старых шрамов и мозолей – медленно, будто давая мне время отпрянуть, поползла по моему бедру вверх, под подол платья. И я не отстранилась. Не сбежала.

Другая его ладонь осторожно, почти невесомо прикоснулась к груди поверх ткани, и это прикосновение вызвало во мне не страх, а странное, сладкое томление, разлившееся по всему телу. Мне было… приятно. И я хотела большего.

Обвив шею супруга руками, я сама, легко, несмело, прикоснулась губами к его губам. Он резко выдохнул, его руки обхватили мой затылок, прижали крепче, и я, набравшись смелости,