Оставленная у алтаря - Ивина Кашмир

— Ты слишком много знаешь, — равнодушно пожимает плечами Севелина и тянется к столику, где лежит длинный кинжал. — Свидетели мне ни к чему. Ничего личного, леди Ноланд, это…

Она не успевает договорить.

Оглушающий драконий рык сотрясает стены. Пол под ногами дрожит, пыль сыплется с потолка. Севелина резко выпрямляется, будто её ударили током.

Сердце начинает биться быстрее.

Это Риан. Он всё-таки пришёл.

— Что ещё за… — Севелина резко оборачивается, и кинжал с грохотом падает на пол. — Нет. Не может быть.

Глухой удар разносится по залу. Правая стена начинает крошиться. Люди Севелины в панике бросаются врассыпную. Тиолетта, стоящая возле Эйвара, который всё ещё без сознания, резко выпрямляется и переводит испуганный взгляд на сестру.

Главная злодейка растерянно хлопает глазами, словно не понимая, что происходит.

— Сестра, что это? — срывается на визг Тиолетта.

Я дёргаю своими кандалами, пытаясь освободить хотя бы палец, но всё тщетно.

— Тихо, — цедит Севелина, но в голосе впервые прорывается неуверенность.

Второй удар сотрясает зал сильнее первого. Каменная крошка сыплется с потолка, кто-то из её слуг кричит, прикрывая голову руками.

А потом стена просто разлетается на мелкие куски, и зал... наполняется людьми Риана. Но его самого нет, и моё сердце болезненно сжимается.

Где он?

Севелина резко оборачивается, что-то кричит, отдаёт приказы. Её люди бросаются вперёд, но бой выходит коротким. Заклинания глохнут, атаки гасятся, сопротивление ломается почти сразу. Людей Риана больше, и все они боевые маги.

Я замечаю, как Севелина бледнеет. Она проводит ладонью по волосам, нервно облизывает губы и оглядывается, словно ищет выход.

— Ари…

Этот шёпот заставляет меня вздрогнуть всем телом.

— Не подавай виду, что я здесь, — звучит у самого уха. — На мне иллюзия невидимости.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не разрыдаться от облегчения, и радостно киваю, ощущая, как перехватывает дыхание.

Щелчок, и кандалы на запястьях ослабевают. Ещё щелчок, и они падают на пол с глухим звоном.

И в этот же миг в мою сторону вихрем несётся Севелина.

— Леди Ноланд, почему у меня стойкой ощущение, что это всё из-за вас? — шипит она, нависая надо мной. — Отвечайте!

— Не знаю... — срывающимся голосом отвечаю. — А может, всё же из-за вас? Вы же у нас злодейка.

— Ах ты дрянь…

Её глаза вспыхивают яростью, когда она замечает, что мои руки свободны. Севелина резко наклоняется, хватает кинжал и замахивается.

Но удар не достигает цели. Её запястье перехватывает невидимая сила.

Севелина замирает. Медленно бледнеет. Крутит головой, явно не понимая, что происходит.

— Кто... кто здесь?

В следующий миг Риан становится видимым. Его рука всё ещё сжимает её запястье, а кинжал падает на пол.

— Но как? — Севелина мечет в мою сторону взгляд и горько усмехается. — А... теперь поняла. Через леди Ноланд.

— Сдавайся, — хмуро говорит Риан.

Губы Севелины растягиваются в оскале. В следующую секунду её глаза становятся чернее ночи.

— Она хочет уйти! — рычит Риан, хватая её за плечи. — Не дайте ей уйти!

К нему тут же подбегают двое мужчин в чёрных балахонах. Вяло брыкающую Севелину кладут на каменный пол, чертят вокруг неё круг и начинают нараспев читать заклинание. Риан продолжает её удерживать.

Я сижу на алтаре практически не дыша.

Нельзя позволить ей уйти. Нельзя. Севелина — ведьма, и ей ничего не стоит обрести новое тело и вновь начать сеять зло.

Мысленно молю всех богов, чтобы у Риана всё получилось.

Минута. Вторая.

Постепенно чернота из её глаз уходит, и Севелина, окончательно превращаясь в злобную старуху, начинает истерично кричать:

— Как вы посмели! Твари! Отпустите! Иначе...

К ней подбегают ещё трое мужчин, хватают за руки, блокируя все движения.

Риан устало проводит рукой по лицу и выпрямляется.

— Ты... — выплёвывает она, — ты...

В следующую секунду один из старцев заклеивает ей рот.

— Риан, — раздаётся плач Тиолетты.

Она стоит на коленях рядом с Эйваром и судорожно всхлипывает.

— Хорошо, что ты пришёл… — она кивает на Севелину. — Эта сумасшедшая выкрала нас с Эйваром, и…

— Тётя, — холодно обрывает её Риан, даже не глядя в её сторону, — кончай с представлением. Я всё слышал.

На Севелину надевают магические браслеты и уводят. Тиолетту уводят следом за сестрой. Она снова начинает горько рыдать, но её слёзы уже никого не трогают.

Эйвар по-прежнему без сознания. Его перекладывают на носилки и уносят из зала.

Я откидываюсь спиной на алтарь и зажмуриваюсь.

Перед глазами возникает лицо папы.

Папа... я теперь знаю, кто тебя убил. Их накажут. Непременно накажут.

Слёзы текут по щекам, и я прячу лицо в ладонях.

— Любимая… — Риан оказывается рядом и осторожно убирает мои ладони от лица. — Всё уже позади. Не плачь, пожалуйста. И прости меня, что я так долго не приходил. Защита в этом проклятом подземелье оказалась слишком мощной. Её не смогли пробить даже несколько архимагов. Пришлось действовать иначе.

Он касается губами моего лба, щёк, собирая слёзы поцелуями.

— Я здесь. Я рядом.

Я громко всхлипываю и обнимаю его за шею. Риан подхватывает меня на руки, утыкается носом в мою шею и делает глубокий вдох.

— Видишь, — бормочу я, пытаясь улыбнуться, — стоило мне побыть жертвой, и злодейку сразу поймали.

Лицо Риана мрачнеет.

— Я чуть с ума не сошёл, когда почувствовал, что ты исчезла из дворца, — тихо говорит он. — Больше такого не будет, Ари. Никогда. Ты для меня важнее всего.

Я ничего не отвечаю. Просто прижимаюсь щекой к его груди и закрываю глаза, позволяя себе наконец расслабиться.

* * *

Утром Севелину казнили.

Риан не стал дожидаться следствия и суда. Он посчитал, что ведьму нельзя оставлять в заточении, потому что даже в темнице она могла найти способ вырваться на свободу.

Севелина действовала годами. Использовала подставных людей, подменяла документы, устраняла тех, кто мешал или знал слишком много. Она действительно хотела создать марионеточное государство. К счастью, у неё ничего не вышло. Но даже после её смерти следствие будет продолжаться, она оставила слишком длинный след, и распутывать его придётся ещё долго.

Сразу после её казни ко мне явился призрак Эвелины. Она ничего не сказала. Лишь едва заметно улыбнулась, робко помахала рукой и растворилась в светлых всполохах.

Я ещё долго стояла, глядя на то место, где она только что была, и впервые за всё это время чувствовала умиротворение. Настоящая императрица наконец обрела покой.

Тиолетта осталась под следствием. Казни ей удалось избежать, но наказание всё равно было неизбежно. Она оказалась пособницей Севелины, с которой, как выяснилось, познакомилась уже во взрослом возрасте. Севелина была незаконнорождённой дочерью их общего отца, о