Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь - Кира Лин

Когда за Джошем захлопнулась входная дверь, я зажмурилась и отступила от Бена. Но он поймал меня за запястье и притянул к себе. От неожиданности я открыла глаза и оказалась лицом к лицу со своей болью.

Он смотрел на меня с долей нежности, с тоской и ненавистью одновременно. Сначала хотелось вырваться, оттолкнуть его, но сердце вспыхнуло, и тепло разлилось по телу, согрело до кончиков пальцев.

Я уставилась на его тяжело вздымающуюся грудь и закусила губу. Вдруг выяснилось, что мне нечего больше сказать.

— Посмотри на меня, — шёпотом попросил он и завёл мою руку мне за спину.

Я невольно подалась вперёд и уткнулась лицом в его шею. Помогая себе удержаться на ногах, вторую руку положила ему на грудь.

Голова закружилась, коридор покачнулся. Но хотелось навсегда остаться в капкане его рук. Он нащупал мою ладонь, и мы сплели пальцы.

Я сжалась изнутри, но подняла глаза.

— Ты делаешь мне больно, — так же тихо произнесла я.

— Мы делаем друг другу больно, потому что не можем иначе. Я виноват в том, что так реагирую, но меня никто не учил, как правильно любить, — Бен моргнул, и его взгляд потеплел. Он осторожно сглотнул и выпустил мою руку. На мгновение я ощутила себя брошенной, но он взял моё лицо в ладони и притянул к себе. — Я не знал, что это так больно.

— Никогда так больше не делай, — задыхаясь, прошептала я.

— Я переоценил себя и недооценил тебя. Прости меня, — он придвинулся так близко, что его лицо расплылось перед глазами.

По моему телу прошла дрожь.

— Мы что-нибудь придумаем. Раз она прибегла к крайним мерам, значит, уже нервничает. Мы ближе, чем думаем.

— Я говорил о нас.

— Знаю, я — мастер всё усложнять. Но в следующий раз, когда почувствуешь, что я о чём-то умалчиваю — спроси, а не собирай сразу вещи. Не все мои тайны относятся к тебе. Иногда я просто размышляю. Я же женщина, а ты надолго оставляешь меня одну!

— Нам будет очень тяжело, но я постараюсь, — скользнув щекой по моей щеке, с улыбкой в голосе выдохнул он мне в рот.

Я забыла про воздух и зажмурилась. Внизу живота мучительно и сладостно стянуло мышцы, по спине скользнули мурашки.

— Нет, мы оба постараемся, — выдохнула я, когда его губы уже коснулись моих губ.

Он не дал мне договорить, накрыв слова поцелуем. По щекам бежали слёзы. Я цеплялась пальцами за плечи Бена, будто он был моим спасательным кругом.

Так и есть, он был им и оставался, но на мгновение я решила, что потеряла его.

Магия обжигала кожу. Бен стирал мои слёзы — большими пальцами ласково поглаживал щёки и заставлял теснее прижиматься к нему. Но когда он убрал их и скользнул ладонями по талии, спускаясь к бёдрам, я разорвала поцелуй.

— Поехали домой, Бен, — хрипло прошептала я. — Ты все вещи забрал? Я не хочу больше сюда возвращаться.

Он наклонился и несколько раз коротко и быстро поцеловал меня. Его объятия были крепче, чем раньше. Между нами не осталось недомолвок, больше нечего было бояться.

И Бен отдавался чувствам — впервые за всё время не сопротивлялся, открылся для меня полностью. Распахнул двери в свой мир и повёл за руку.

Глава 46

Декоративные подушки, что лежали на покрывале, были разбросаны по комнате. За окном таял день, утекал розовым заревом за горизонт.

Свет не мог пробиться сквозь плотно задёрнутые шторы, и в спальне царил мягкий полумрак.

Пульс Бена я чувствовала кожей, прижимаясь спиной к его груди. Он обхватил одной рукой меня за талию. Вторая его рука путалась в моих волосах.

Горячие пальцы перебирали пряди, натягивали их, запрокидывая мне голову.

Губы его скользили по линии шеи, вызывая мурашки. Я ластилась и выгибалась, как кошка, чтобы быть ещё ближе к нему. Ощущение его рта на коже заставило сильнее биться сердце, перехватило дыхание.

Я цеплялась за руку Бена, удерживающую меня — крепко, тесно, плотно прижимая к его телу. В темноте переливались голубые узоры, блуждающие по нашим телам, и было что-то в этом волшебное.

Его дыхание дрожало на моей щеке. Я попыталась обернуться, чтобы дотянуться до его губ, но для этого потребовалось отстраниться.

Бен дал мне немного свободы — ослабил хватку на талии, чуть пропустил пряди волос между пальцами.

Я не могла дышать, но сумела коснуться губами его губ. Он поймал их своими губами и впился поцелуем — горячо, жадно, до боли.

Рука его соскользнула с моей талии и поднялась выше, захватила обнажённую грудь и накрыла ладонью. Уколом тока пронзило тело, пронеслось судорогой тепла так, что внизу живота свело мышцы.

Это тепло скапливалось там, росло, заставляя вздрагивать и извиваться. Кожа горела в ожидании прикосновения, тело сводило от голода.

Я отодвинула руку Бена, и он позволил. Оторвался от моих губ нехотя, почти с сожалением. Повернувшись к нему лицом, я обхватила его бёдра ногами и обняла за шею.

Его руки впивались в моё тело, мучительно вдавливались в кожу, скользя по спине и спускаясь ниже. Я покрывала его лицо мелкими поцелуями, а он обжигал мне висок горячим прерывистым дыханием.

Ещё никогда мы не были ближе, чем сейчас. Последний барьер Бена оказался сломлен, и всё нерастраченное тепло, что он сдерживал, хлынуло наружу.

Он не мог насытиться прикосновениями, и у меня кожа будто таяла, сердце грозило выпрыгнуть из груди.

Рукой скользнул вверх, зарылся в волосах и сгрёб их пальцами. Заставил запрокинуть голову и обнажить линию шеи, припал к ней губами. Осторожно лизнув, двинулся выше и слегка прикусил мне подбородок.

Я издала тихий звук, захлебнулась дыханием и зажмурилась. Чуть ослабив хватку, он отстранился. Мы смотрели друг другу в глаза всего мгновение, но этого хватило, чтобы голова закружилась.

Не знаю, что отразилось в моём взгляде, но у него я увидела многое. До этого момента он не был до конца уверен, что я не прогоню его. И не мог отдаться чувствам до последней капли.

Бен боялся, что на нашем пути возникнет Том и всё перечеркнёт. И он возникнет, но мы уже будем готовы. И не позволим забрать то, что мы с таким трудом построили и так трепетно оберегали.

Он целовал меня, ощупывая языком, и плавно опускал на кровать. Я увлекала его