Глашатай теней - Керстин Холл

Он принялся обходить зал, с явным удовольствием представляя каждый предмет. Стилосом Ирос записывал имена своих Избранных, перед тем как их съесть; дерево было сердечным подарком от Бабелире ее возлюбленной-человеку, и каждый его плод, коснувшись языка, вызывал наслаждение. Крыса оказалась одной из жертв Тиррио, которую Вестница носила как украшение; раковина некоторое время служила святилищем Кортисата. Амулет принадлежал Ноайе, он мешал носящему его вершить чары. В фиал заточили на шестьдесят лет Димиши – она разозлила Ярину, изменив погоду на границе владений куда более могущественного Вестника. Сумка…

– Моему отцу тут бы понравилось, – прошептал Ферайн. – Хотя, думаю, это все подделки.

Карис наклонилась ближе к дереву Бабелире, разглядывая плоды.

– Неужели все эти замечательные реликвии принадлежат только вареслийским Бхатума? – спросила она. – Наши Вестники нас просто съедали.

– Я уверен, что Бабелире тоже съела свою Избранную.

Карис прокомментировала внутри ответ, кашлянула и поспешно выпрямилась. Ферайн рассмеялся. Хотя Вухас был занят, отвечая на вопросы Винолы, Карис заметила, что он за ней наблюдает.

«Не волнуйся, – подумала она. – Не украду я твои игрушки». Она перешла к следующему постаменту, пристально разглядывая тюрьму Димиши, почти неотличимую от пустых флаконов в хозяйских запасах материала для чар. «Ну а украду, вряд ли за них получится много выручить».

– Продолжим? – предложил Вухас. – Здешние погреба тоже достойны внимания. Возможно, у вас будет время продегустировать мои вина, если мы…

– Прошу прощения.

Хаеки говорила сдержанно, вполголоса. Вухас моргнул, словно начисто забыл о ее присутствии.

– Э-э… да? – отозвался он.

– Можно мне, пожалуйста, миску сахара?

Просьба, казалось, на время сбила его с толку, но, к чести Вухаса, он быстро оправился.

– Конечно! Хотите к ней что-нибудь еще?

Хаеки покачала головой.

– Только сахар. Спасибо.

Винола слегка наклонила голову набок, как всегда делала, заметив что-то интересное. Вухас откашлялся и хлопнул в ладоши.

– Я дам знать Ивилин, она разберется, – пообещал он. – Так. Пойдемте, я покажу вам территорию.

Двух главных теплиц – одна для тропических цветов, другая для менее известных растений, применяемых в особенно редких чарах, – со стороны фасада не было видно. Солнце достигло зенита, сухой воздух обжигал легкие. В поместье не росло ничего съедобного, кроме винограда, но для него был еще не сезон. Виноградники шелестели на горячем ветру под безоблачным синим небом.

«Почему он живет именно здесь?» Пока Вухас рассказывал о системе орошения и еженедельной доставке продуктов, Карис изучала голый, пыльный ландшафт. Тот был по-своему красив, да, это прекрасно, но пусть Вухас и унаследовал поместье, образ жизни у него складывался совершенно нерациональный. И держался он не так, как те отшельники, которых она встречала.

– Опять недовольна? – спросил Ферайн.

Карис разгладила лицо. В любом случае странный выбор этих вонючек, у которых денег больше, чем мозгов, ее не касается. Может, ему нравится уединение. А хозяином он был щедрым. Великодушным.

– Где вы держите свои виляйки? – спросила она.

Вухас остановился на середине анекдота о продавцах орхидей в Косарисе.

– У меня небольшой гараж за винодельней. – Он указал на строение в конце гравийной дороги между виноградниками. – Вон там. А почему вы спрашиваете?

– Просто всегда интересовалась транспортными чарами.

Он тепло улыбнулся:

– Боюсь, мерсийцы в этом плане нас немного опередили. Нет, у меня две машины: одна для коротких поездок, другая для серьезных путешествий. С радостью покажу вам обе до вашего завтрашнего отъезда, хотя ничего революционного в них нет.

– Хотелось бы.

– Кстати… – Он посмотрел на карманные часы. – Мне, пожалуй, пора заняться моей старушкой. Если вы проголодались, Ивилин могла бы накрыть поздний обед. Жаль прерываться, я ведь еще столько всего хотел вам показать.

– Ничего страшного, – ответила Винола за всех. – Спасибо за экскурсию.

– Мне это доставило огромное удовольствие, – кивнул Вухас. – Я ненадолго.

В раздумьях Карис последовала за Хаеки и Винолой к дому по каменистой оранжевой дорожке. Обернулась. Вухас, удалившийся в противоположном направлении, почти дошел до амбара. Его волосы сияли на фоне солнца ореолом бледного пламени. В походке чувствовалась энергия.

Она покачала головой и поспешила догнать Хаеки.

– Мне нужно кое-что проверить, – сказала она. – Ступайте вдвоем, без меня.

Рыжая нахмурилась.

– Ла-адно, – протянула она.

– Если наткнешься на Ивилин, скажи, что у меня остались вопросы к Вухасу.

– Ты расскажешь мне, какую глупость затеяла?

– Все будет хорошо.

– Конечно. – Хаеки закатила глаза. – Поступай как знаешь.

Карис снова посмотрела назад, но Вухаса уже не увидела. Она побежала, под ногами хрустел гравий дорожки. Хаеки не так уж и неправа, наверняка она делает глупость. Но ощущение, что их водят за нос, Карис не отпускало. Солнце светило невыносимо ярко, она чувствовала, что ее видно как на ладони. Она сошла в траву на обочине – почва вдоль дорожки орошалась ирригационной системой виноградника, – чтобы не выдать себя шумом шагов.

– Ты хорошо подумала? – задал вопрос Ферайн.

– Не очень.

– Ну, если это тебя хоть немного утешит, я ему тоже не доверяю.

Приближаясь к строению, Карис сбавила шаг, двигаясь тише. В тени стрекотали цикады, в воздухе висел густой запах опилок и кислого вина. Входные двери гаража были чуть приоткрыты, но изнутри не доносилось ни звука. Волосы у Карис на загривке встали дыбом.

– Можешь посмотреть, чем он занят? – шепнула она.

Тень потянулась ко входу, замерла на мгновение, затем вернулась.

– Читает книгу. Сверяется по ней для работы?

– А виляйки? – Карис поджала губы.

– Две, как он и говорил. Он сидит спиной к двери, можешь подойти ближе.

Она кивнула и крадучись двинулась по длинной пожухлой траве. Белая краска полосами облезала со стен гаража, из дерева выпирали гвозди. Строение выглядело куда более ветхим, чем дом. Карис глубоко вдохнула, чтобы успокоиться, затем прощупала край Завесы. Здесь она была тонкой и легкой, без внутреннего сопротивления. Безобидной. Карис раздвинула ткань мироздания.

Сквозь стену улавливалось свечение механизмов, но разглядеть их точную форму не удавалось. Впереди, на двери виднелась эфемерная сетка изящного серебряного плетения – какие-то охранные чары бхатумского происхождения. Карис не знала, что будет, если до них дотронуться. Она подошла ближе. Ей не требовалось заходить внутрь, просто достаточно заглянуть.

– Все еще читает, – тихо сказал Ферайн. – Будь осторожна.

Затаив дыхание, Карис заглянула в узкую щель. Напольная лампа отбрасывала оранжевый круг света на верстак, где Вухас сверялся со своей книгой. Справа от него бок о бок стояли две виляйки. Их двигатели светились туманно-зеленым светом, отдававшимся в ее чувствах тихим гудением. Та, на которой они приехали вчера, отличалась от виляйки для дальних переездов размерами – эта была более низкой, с большими затемненными окнами, и выглядела надежнее.

Карис прищурилась, сравнивая магическую начинку каждой. Издалека они почти не отличались. Никаких