Звездные Рыцари. Книга 2 - Юрий Винокуров

Это прозвучало как-то удивительно человечно. Кто бы не был этот человек, он явно знал Грейна лично и представлял, что именно из себя представляет человек, прошедший двенадцать Голодных игр. И Грейн тоже ответил.

— И я вас, комендант 1-го ранга Старков. Работаем.

— Да… Работаем… Мы все видим, что в зоне основной высадки Лиги ситуация тяжёлая. «Альфа-3», «Альфа-5», у вас получилось провести разведку на «Альфа-1»?

— «Альфа-3» на связи. Ответ отрицательный. Между нами большая элериумная зона и твари чрезвычайно активны.

— Принято «Альфа-3». «Альфа-5», что у вас?

— Всё также ничего. Чёртов лес… Я потерял уже две группы разведчиков. Больше не хочу.

— Принято «Альфа-5». Что ж… Согласно инструкции, оперативное командование официально переходит к «Гамма-1». Я, комендант 1-го ранга, Антон Старков, командование принял.

В эфире повисла короткая, какая-то «неуютная» тишина. Люди осознавали новые реалии и то, что весь первоначальный план высадки летит к чертям собачьим. Запланированная экспансия от «Альфа-1» очевидно провалилась и, что. Самое плохое, никто понятия не имел, что произошло с «Альфа-1».

— Господа коменданты, — продолжил Старков после паузы. — Прежде чем перейти к докладам, я хочу, чтобы все услышали одну вещь. И отреагировали правильно.

Эфир молчал, готовый слушать.

— Я прохожу седьмые Игры. Комендант Грейн — двенадцатые. Все, кто постарше, знают, как происходят игры в норме. Основные потери в базах, это высадка и первая неделя-две. Дальше мы объединяемся идем к цели. С каждой неделей сектор становится только сильнее. Так было всегда. На всех Играх.

Старков сделал короткую паузу, давая всем переварить очевидные прописные истины Голодных Игр.

— Сейчас всё не так. Кроме сектора «Браво», большинство из нас провело высадку штатно. Но сейчас мы теряем базы эфир за эфиром. Мы не становимся сильнее, господа. Нас становится меньше.

— У кого-то есть объяснение? — голос был молодой и нервный. Он сбился и тут же поправился. — Это «Дельта-11».

— Если бы у меня было объяснение… «Дельта-11» я бы с него и начал, — сухо ответил Старков.

— Старков, разреши, — снова Грейн. — Господа, обратите внимание ещё на одну деталь. Ни одна из замолчавших баз не выходила в эфир аварийно. Не было ни сигналов бедствия, ни обрыва на полуслове. Они просто не отвечают в плановое время. А ведь база не умирают молча. Когда базу давят твари, кто-то всегда успевает к передатчику. Всегда!

— К чему ты ведёшь, Леонард?

— К тому, что я предполагаю самое худшее, Антон. Это Изнанка. И в этот раз она атакует, а не… прощупывает.

В эфире стало тихо. По-настоящему тихо — казалось, даже фоновый треск помех притих.

Слово было произнесено! Вслух, в общем эфире, под запись.

— Комендант Грейн, — в голосе Старкова прозвучал металл. Слишком ровно. — Ты понимаешь, что ведется запись.

— Понимаю, Антон. Поэтому и говорю. Потому что это единственное объяснение.

— По возвращении этой записью займётся Инквизиция.

— Если мы доживём до Инквизиции, я лично отвечу на все её вопросы. Но сначала надо просто дожить.

Старков не стал спорить. И вот это, пожалуй, напугало меня больше всего. Командующий сектором даже не попытался возразить.

— Возражения по существу? — спросил он вместо этого. — У кого-то есть другое объяснение, почему базы перестают выходить на связь?

Полная тишина была ему ответом.

— Тогда работаем, исходя из худшего. Приказы следующие. Первое: плановые сеансы каждые трое суток вместо восьми. Второе: временно ограничить выходы из базы, только для обеспечения жизнедеятельности. Третье, и главное. Никого не впускать внутрь периметра! Никого — это значит вообще никого! Ни выживших с замолчавших баз, ни своих, вернувшихся не в срок без внятных объяснений. Хотите помочь — кормите за стеной, но держите под прицелом.

— Это… жестоко, — не выдержал кто-то.

— Это правильно, — отрезал Старков. — Иначе мы все сдохнем.

И тут эфир выдал то, чего я уже подсознательно ждал. Голос прозвучал не сразу и как-то неуверенно.

— «Альфа-2» на связи. У нас… вопрос. Восемь дней назад к мы приняли двоих с «Браво-1». Они внутри периметра.

Тишина в эфире стала такой плотной, что я услышал стук собственного сердца.

— Грейн? — тихо сказал Старков.

— «Альфа-2»… Эдуардо… — голос Грейна не изменился ни на полтона, но было слышно, что он принимает тяжелое решение. — С сегодняшнего дня вы в карантине. Если через семь дней ничего не произойдет, вам повезло. Выживших всё равно помести под замок. Прошло восемь дней, и вы… всё еще живы. Это внушает определенный оптимизм. Но никого из твоих людей другие базы не примут еще неделю минимум.

— Принято… Леонард. Они спокойные. Всё это время были… очень спокойные. И да, спасибо.

Грейн не ответил, зато снова слово взял Старков.

— «Альфа-2», ближайшую неделю сеансы связи у нас трижды в день, элериум есть?

— Есть.

— Отлично, — ровно подытожил Старков. — Всем остальным. Следующий сеанс через трое суток. Сектор, конец связи.

Я выключил приёмник и долго сидел, глядя на погасший индикатор.

«Маршал?»

«Я слушал, Виктор»

«Грейн прав?»

«Прав. Хотя в одном он ошибается»

«В чём именно?»

«Это не атака. Атака — это когда тебя хотят убить. А базы замолкают без боя и без сигнала бедствия… Их не убивают, Виктор. Их… забирают»

Я медленно выдохнул. За один день я получил две новости. Утром Страж внутренней зоны поклонился бойцу моей команды. Вечером старый комендант назвал в открытом эфире имя того, что официально не существует в Империи и за простое упоминание чего, ты можешь оказаться в застенках Инквизиции без суда и следствия. Но обе новости означали одно, что просто «отсидеться» на «Браво-7» до конца Игр у нас не получится.

Завтра… Обо всём этом я буду думать завтра.

Глава 21

Честно, говоря, я немного подустал. Причем больше не физически, а психологически, скорей. Слишком много информации за последнее время, причем такой информации, которая… скажем так, заставляла задуматься. Чем мой мозг и занимался всё это время. Думал!

Поэтому этой ночью я почти не спал. Нет, я честно лежал на койке, закрыв глаза и даже пару раз проваливался в какую-то неглубокую дрёму. Но каждый раз выныривал обратно с одной и той же мыслью, которая крутилась по кругу, как заевшая пластинка… Базы замолкают! Их не убивают… Их забирают!

К рассвету я перестал делать вид, что сплю, и сел на койке, устало потерев глаза.

«Маршал?»

«Слушаю, Виктор»

«Ждать больше нечего. Собираем Звезду»

Маршал помолчал больше, чем обычно. Я уже научился различать его паузы, и эта была не паузой «сомнения», эта