Человек-Миксер - Денис Райт

остался торговый центр: музыка, разговоры, звон посуды из ресторана, шаги, жизнь. Здесь были только трубы, кабели, таблички с номерами секций и белый след инея на полу. След вёл вперёд. Я медленно двинулся по нему, стараясь наступать тише, хотя мои новые дорогие туфли почему-то скрипели по бетону так предательски, будто их специально купили для провала тайных операций.

— Ну да, — прошептал я, — Конечно, он оставляет след. Чтобы я точно пошёл. Очень тонко. Прямо маньяк с особой любовью к навигации.

— Это же приглашение, — напомнил Блендо.

— Спасибо. Если на следующем повороте будет табличка «Максим, сюда», я всё равно удивлюсь.

Коридор свернул налево. Я замедлился перед поворотом, прижался плечом к стене и осторожно выглянул. На секунду мне показалось, что там пусто. Потом в конце прохода мелькнул светлый край пальто. Незнакомец двигался плавно, особенно для человека, которого вроде как преследуют.

— Эй! — крикнул я, — Снежная королева!

Светлый силуэт исчез за углом. Я выругался и побежал. Первый поворот вывел меня к грузовым лифтам. Металлические двери были закрыты, но на одной из кнопок блестела ледяная корка. Над лифтом мигал красный индикатор. Никого. Лишь холодная дорожка уходила к лестнице. Я рванул туда. На лестничном пролёте воздух стал плотнее. Ступени скользили, перила обжигали ладонь холодом. Я поднялся на этаж выше, потом ещё выше. Дважды видел его: силуэт за решёткой технической площадки, бледное лицо в отражении металлической двери, край пальто, исчезающий там, где обычный человек должен был хотя бы отпереть замок. Он вовсе не убегал, просто грамотно держал дистанцию. И меня это начало выбешивать… Погоня, по моему скромному мнению, должна быть честной. Один убегает, другой догоняет, оба выглядят идиотами, кто-то поскальзывается, кто-то кричит, кто-то падает башкой в мусорный бак. А здесь я задыхался, скользил на ступенях и пытался не убиться, а он просто появлялся впереди ровно настолько, чтобы я понял: да, туда. Как будто выгуливал меня!

— Ты можешь не изображать квест для идиота⁈ — крикнул я, хватаясь за холодные перила, — Я уже принял задание, спасибо!

Ответа не последовало. Только где-то впереди коротко щёлкнул замок. Я поднялся ещё на один пролёт и вылетел в длинный технический коридор. По обе стороны тянулись двери с табличками: «ВЕНТКАМЕРА», «ЭЛЕКТРОЩИТОВАЯ», «ХОЛОДИЛЬНЫЙ КОНТУР ФУДКОРТА», «ВЫХОД НА КРОВЛЮ». Последняя табличка была покрыта инеем так аккуратно, будто её специально выделили для тупых стажёров. Я остановился перед ней и упёр руки в колени, пытаясь отдышаться. Грудь жгло. В горле стоял металлический привкус. Сердце стучало слишком быстро, а внутри, под этим стуком, тянулось другое чувство: тяжёлое, липкое, злое. Он был здесь, прямо за этой дверью.

— На крышу, значит, — выдохнул я, выпрямляясь, — Отлично. Давно мечтал поговорить с психом на высоте. Внизу хотя бы падать было недалеко…

— Температура упала на несколько градусов, — сухо сообщил Блендо.

— Я заметил. У меня ноздри коркой покрылись.

Дверь на крышу открылась слишком легко. Я вывалился наружу и сразу пожалел, что вообще умею открывать двери. Крыша торгового центра оказалась огромной технической площадкой. Бетон, металлические трапы, вентиляционные шахты, низкие ограждения, блоки кондиционирования, трубы, гудящие установки и редкие красные лампы, мигающие на антеннах. Над всем этим висело вечернее московское небо, тёмное, грязно-синее, с отблесками города внизу. Ветер ударил в лицо, забрал остатки тепла с щёк и тут же ушёл дальше гулять между вентиляционными блоками. А впереди был сам источник этого холода. У дальнего парапета стоял мужчина в светлом пальто, спиной ко мне, и смотрел на город. Я остановился в нескольких метрах от него. Под подошвой хрустнула тонкая корка льда, и этот хруст прозвучал неприлично громко. В груди неприятно стучало, уже явно не от бега, а скорее от того, что Блендо внутри молчал слишком напряжённо, я бы даже сказал «громко». Мужчина не оборачивался. Просто стоял у края крыши, держа руки в карманах пальто, будто вышел подышать воздухом после тяжёлого рабочего дня. Внизу шумел город. Машины двигались по дорогам светящимися цепочками. Где-то далеко сигналили, ещё дальше выли полицейские сирены.

— Эй, — окликнул я.

Мужчина повернулся вполоборота. Лицо бледное, спокойное, почти усталое. На губах лёгкая улыбка. Ни злости, ни спешки, ни удивления. Будто он не заманил меня на крышу, а просто дождался собеседника, который задержался из-за пробок.

— Добрый вечер, Максим, — улыбнулся он шире.

Голос у незнакомца был как будто неживой, слишком тихий и сухой, как воздух из морозильной камеры.

— Рад, что смог привлечь твоё внимание.

— Обычно для этого достаточно написать в мессенджер, — с усмешкой ответил я, — Но, видимо, у вас, холодильников, своё видение общения.

— Ты нервничаешь, — он улыбнулся чуть шире. Не весело, скорее с лёгкой грустью, будто моя шутка подтвердила его ожидания.

— Мужик, я сейчас на крыше с человеком, который оставляет после себя иней и сообщения на дверях. Было бы странно, если бы я достал плед и расслабился.

— И всё же ты пришёл один.

— Ты оставил моё имя на двери. Это считается очень навязчивым приглашением. У нас в обществе принято после такого серьёзно разговаривать, либо сразу вызывать полицию.

— Хм, однако, в нашем случае вместо полиции — ГОСТ?

— Мысль примерно такая, — кивнул я.

Он полностью повернулся ко мне. Пальто сидело на нём безупречно, хотя ветер должен был хотя бы немного его трепать. Но ткань почти не двигалась. На воротнике блестели мельчайшие кристаллы льда. Самое неприятно, что он не был похож на монстра или психопата. В последнее время я привык видеть их — или людей, ставших таковыми. Первый сорвавшийся, которого я повстречал, тогда навёл той ещё жути. Раскрылся весь — мясо, металл, лезвия, визг, кошмар. С ним всё было понятно: вот тварь, вот ядро, вот по нему и бей. Этот же стоял спокойно и не язвил, как противный Ветров.

— Значит, ты уже понял, кто я, — взглянул он на небо.

Я медленно вдохнул. Вот тут важно было не тупить и не превратиться в паникёра со сборником анекдотов вместо мозгов. Цепочка была довольно простая. Полюс-24. Замороженные люди. Игорь, превращённый в источник холода. Порождения, похожие на маленькие холодильники. Люди, у которых после разморозки исчезли эмоции, память, личность. И теперь передо мной стоял мужчина, от которого сама крыша покрывалась инеем. Спокойный, уверенный в себе и слишком довольный тем, что я заметил его.

— Ага, ты был в