Идеальный мир для оценщика - Натан Раух

Осталось две гиены. Сорвав со спины арбалет, я обернулся на бегу, и болт ударил в голову ближайшей твари. Теперь нужно убить последнюю.

Зарядить арбалет на бегу не выйдет, так что вытаскиваю меч и прижимаюсь спиной к толстому стволу дерева.

Гиена прыгает, пасть раскрыта, с клыков капает желтая слюна. Быстро пригибаюсь, и гиена со всего маху врезается в дерево. Раздается треск — то ли дерева, то ли черепа. Пока зверь трясет головой, приходя в себя, раз за разом бью по толстой шее. Хлещет кровь, но я не останавливаюсь, пока голова не отделяется от туловища.

После смерти последнего хищника появляется оценка. Оказывается, что эти твари мало того что опасны, так еще и несъедобны. Да даже если бы и они годились в пищу, тащить здоровенную тушу через лес — сомнительное удовольствие, а разделывать ее прямо тут — всех врагов собрать на запах крови, и живых, и неживых.

Досадно, что потратил столько времени на этих тварей: уже смеркается, пора возвращаться в башню. Третьего мертвеца призывать рискованно. Можно словить головокружение и слабость, а это в лесу, да еще в сумерках, верная смерть.

Возвращаюсь к башне в гордом одиночестве и по дороге натыкаюсь на нечто интересное: небольшую двухэтажную башенку. Стены наполовину разрушены, в конусовидной крыше огромный пролом.

Черт, жалко, что сегодня уже не смогу осмотреть, придется отложить на следующий день.

С ходу оценка выдает лишь то, что это сторожевая башня, возрастом 365 лет, — минимум информации, но дольше изучать строение времени нет.

— Надеюсь, за ночь никуда не денется. — Приметив место, спешу к своей башне.

Скучает она там, наверное, без меня…

* * *

Только рассвело, а я уже рядом с неизвестной сторожевой башней. Со мной захваченный зомби — свеженький, как будто только вчера преставился.

— Ну, вперед, — командую я, и тот топает куда велено.

Мертвяк поднимается на порог башни, довольно, кстати, широкий — раньше над ним навес был.

Шаг… другой… вроде все в порядке. Я как раз поднялся на порог, в трех шагах позади зомби.

Клац.

Звонкий щелчок отчетливо разносится по лесу.

Я ни разу не спецназовец, не ниндзя и не шаолиньский монах, но в этот момент рефлексы работают как положено. Отпрыгнув назад, оказываюсь на земле у подножия башни.

А вот зомби реакции не хватило. Я только и вижу, как мелькнули руки.

Поднимаюсь на порог, смотрю. На том месте, где недавно стоял мой мертвяк, теперь внушительная дыра, а две каменные плиты выдвигаются с противоположных концов, закрывая провал.

Шмяк! Раздается мерзкий звук.

— Зомби добрался до дна, — констатирую я. — Тут явно не метр и не два.

Самому прыгать вообще не хочется, лететь в яму — тем более.

Спустившись с порога, отправляюсь в лес. Нужен еще один «доброволец».

Быстро найдя и захватив еще одного мертвеца — на этот раз скелета, — возвращаюсь к башне.

«Зайди в башню, проходя порог, перепрыгни ловушку». Прелесть, конечно, эти мысленные приказы — объяснять, насколько далеко нужно прыгнуть, не надо. Я просто мысленно показываю скелету размер ямы.

Скелет разбегается и перемахивает опасный участок. Встав на противоположном краю, он поворачивается и ждет дальнейших приказов.

В принципе, я бы тоже мог перепрыгнуть. Только зачем? Скелет уже там, нет нужды рисковать.

«Иди внутрь, проверь первый и второй этажи. Если там есть кто-то опасный — нападай и убивай. Если никого — возвращайся».

Скелет направляется в башню. Несколько минут его нет — я уж думаю, что нарвался мертвяк на врага — и капец ему, но тут мой скелет выходит из дверей, один, целый и невредимый.

— Никого, получается? — зачем-то задаю вопрос скелету, хотя уже выяснил, что эти товарищи ответить не могут.

Приказав скелету обыскать башню и собрать ценные вещи — сумки, шкатулки, сундуки, оружие, — присаживаюсь на нагретые солнцем ступени.

Зачем башня посреди леса? В моем понимании башни нужны для защиты чего-то от чего-то. Как место для хранения ценностей — так себе, слишком уж заметно. Хотя, может, у местных заведено строить одинокие башни.

Вернувшийся скелет тащит в руках кучу барахла — даже отсюда видно, что в основном хлам. Обломки мебели, клочья ткани.

— Ладно, прыгай сюда, разберусь, что ты там притащил.

Скелет прыгает, я уже мысленно разбираю принесенную рухлядь. Тут из потолка выдвигается стальной штырь и пронзает скелета — пробив череп, пройдя сквозь грудную клетку и раздробив тазовые кости. Скелет разваливается на части, кости и барахло падают на подвижную плиту, и все добро вместе с косточками сыплется в яму.

Понятно: ни войти, ни выйти.

Меня потряхивает — представляю, что было бы со мной, окажись я на месте зомби или скелета… Ужас какой.

И это при том, что я-то не расслаблялся, следил внимательно за всем. Даже в одиночку я бы не кинулся в башню без оглядки.

Конечно, это в деревенских хижинах никакой защите, кроме хлипкой двери, взяться неоткуда. А тут башня, ее возводить долго и дорого. Дорога к ней не вела, поэтому доставить материалы не так-то просто, а их требовалось очень много. А значит, тот, кто башню строил, точно заботился о защите своего строения и того, что собирался хранить внутри.

Побродив вокруг и вернувшись к порогу, рассматриваю каменные плиты.

[ОЦЕНКА | ур. 8

Тип: нажимная плита

Состояние: активна, 364 года

Опасность: высокая

Открыто 3/10

Примечание: часть защитного механизма сооружений. При нажатии на плиту открывается ловушка]

Таким же манером обнаруживаю механизм активации потолочной ловушки. Защитная система сооружения работала даже после того, как от башни почти ничего не осталось.

Отойдя от башни, рассматриваю ее целиком.

[ОЦЕНКА | ур. 8

Тип : сторожевая башня

Класс : средний

Ранг : средний

Состояние: активна , 365 лет

Опасность : низкая

Открыто: 5/13

Примечание: башня построена группой авантюристов-искателей, известной под названием «Пещерные змеи»]

Значит, сторожевая… вопрос в том, сторожила эта башня что-то снаружи или ее построили, чтобы охранять то, что внутри? Может быть, триста лет назад местность здесь была другая, а потом пришел лес, вот башня и оказалась в чаще. Интересно, что случилось с авантюристами? Дело их пришло в упадок или их всех просто перебили?

— Это сколько людей и зомбей может сейчас быть в этой яме? — У меня тут же руки чешутся при