Александра, Владычица Пепла. Македонская богиня - Владлен Борисович Багрянцев

В Пелле царил невообразимый переполох. Слух о мгновенной, «божественной» смерти Регента, которого поразила молния (так в толпе пересказывали жуткий звук выстрела), разлетелся по улицам быстрее чумы. Солдаты гарнизона, лишившись командира, паниковали, горожане носились туда-сюда, кто-то уже начал грабить лавки.

Над трупом Кассандра, всё еще лежащим на дороге, сгрудились его генералы, в ужасе и растерянности. Они громко спорили, обвиняя друг друга в предательстве, пытаясь решить, что делать дальше, и не обращая внимания на растущий хаос вокруг.

Александра и Деметрий спокойно приблизились к царским воротам. Охрана на башнях, оглушенная новостями, больше не следила за проходом. Никто не остановил хромую женщину в пурпурном плаще с Вергинским Солнцем, невозмутимо шагающую через ворота, за которой следовал покрытый углем инженер. Всеобщая суматоха служила им идеальным прикрытием. Прямо сквозь охваченный паникой город они направились в Акрополь, к главному входу во дворец.

Они беспрепятственно прошли по длинным коридорам, мимо застывших в шоке слуг, и вошли в огромный тронный зал Аргеадов.

Зал был пуст и тих, словно ждал этого момента веками. Александра, тяжело опираясь на клюку, преодолела ступени к возвышению. Она перевела дыхание, на мгновение закрыла глаза, вспоминая Филиппа, маму, Каллисто, Кинану, Длинные Стены, Таис, Египет, Гамилькара, Тапсак, Вавилон, Индию, Сицилию, ливийскую пустыню и вонючую клетку работорговцев. Она прошла этот путь до конца.

Владычица Пепла опустилась на массивный трон из темного дерева. Тяжелый выдох облегчения вырвался из её груди. Деметрий Полиоркет, обнажив свой меч, встал по правую руку от нее, готовый к любому повороту событий.

Ожидание длилось недолго. Громкий топот сапог и звяканье доспехов возвестили о приближении. В тронный зал толпой ввалились генералы Кассандра. Они продолжали яростно спорить на ходу, размахивая руками, решая, кто возглавит армию и как скрыть смерть Регента, пока они не доберутся до его сына-наследника.

Дойдя до середины зала, они внезапно замолчали. Словно наткнулись на невидимую стену. Один за другим они поднимали глаза и застывали, не веря своим чувствам.

В полумраке зала, на законном троне Аргеадов, сидела женщина. Она была одета в пурпур. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь окна, бликом играл на Вергинском Солнце, выбитом на ее черно-золотой кирасе. А на них смотрели два разноцветных глаза — глаза, которые невозможно было перепутать ни с чьими другими.

Александра медленно приподнялась на троне, насколько позволяла искалеченная нога. И тут она рявкнула — так громко, что её командный голос, эхом отскакивая от каменных сводов, заставил задребезжать бронзовые курильницы вдоль стен.

Голос этот, ледяной и пронзительный, разом оборвал последние остатки паники в зале.

— Что, мерзавцы, не узнали?! — её слова были полны не ярости, но глубокого, царского презрения. — Я — ваша царица! Я — Александра, дочь Филиппа, прямой потомок Александра Филэллина из священного дома Аргеадов, Царица Царей Вавилона, Суз и Экбатан, Фараон Верхнего и Нижнего Египта, Владычица Элама, Ассирии и Парфии, Разрушительница Газы и Демон Тапсака! Законная царица этой страны по праву крови и стали! Я вернулась из самого Аида, потому что у меня остались незаконченные дела на этой гнилой земле! А теперь — склонитесь! На колени перед Царицей Македонии!!!

Генералы Кассандра стояли, ошеломленные. В их головах билась одна невозможная мысль: «Она мертва! Мы видели, как её убили! Но она сидит на троне… Вергинское Солнце… Пурпур…» Потом до них дошел смысл её слов, а в их глазах отразился непередаваемый, звериный ужас. Призрак, вернувшийся с того света, чтобы требовать мести… Это было выше их сил. И, наконец, они узнали этот взгляд. Взгляд её отца, перед которым трепетал мир.

Никанор, самый старый и порядочный из них, первым рухнул на колени, опустив голову на мраморный пол. За ним, как цепочка падающих костяшек, один за другим, преклонили колени остальные генералы узурпатора. Тяжелый лязг доспехов эхом прокатился по залу.

Александра медленно обвела их торжествующим, ледяным взглядом. На её губах заиграла слабая, но абсолютно коварная улыбка. Она победила. Она выиграла эту проклятую гражданскую войну одним единственным, гениальным выстрелом, не пролив ни капли лишней крови. Она была снова Царицей. Владычицей Пепла. И теперь Ойкумена содрогнется.

Эпилог

Огромный, продуваемый свежими морскими ветрами зал роскошного дворца на Крите — древнем острове, лежащем в самом сердце Средиземноморья, на перекрестке всех торговых путей.

Здесь, в центре своих необъятных владений, на простом, но величественном троне сидела Александра. В зале перед ней собрались все: ее верные друзья и амбициозные вассалы, новые союзники и даже некоторые вчерашние, непримиримые враги. Птолемей и суровый Клит, неукротимая Кинана, одноглазый Антигон и рассудительный Селевк. Здесь были юный гений Деметрий, верный Никанор и мудрая царица Карии Ада. В стороне жались друг к другу надменные афинские архонты и молчаливые спартанские полководцы. Ближе всех к трону стояли властная Олимпиада, преданная Каллисто и старый морской волк Неарх.

Александра обвела это пестрое, взрывоопасное собрание усталым, но твердым взглядом и заговорила:

— Вас решительно невозможно оставить без присмотра, — в ее голосе звучала горькая ирония. — Всякий раз, когда я умираю, вы немедленно начинаете очередную кровавую грызню, делите земли, и мне приходится возвращаться с того света, чтобы наводить порядок. Откровенно говоря, это начинает меня утомлять. Мне страшно представить, что вы устроите, когда я умру окончательно. Что, конечно, вряд ли возможно, учитывая мой опыт, но в этом мире всё может быть.

По залу прокатился тревожный ропот.

— Поэтому, — возвысила голос Владычица Пепла, перекрывая шум, — я решила отречься от престола сейчас. Пока я нахожусь в добром здравии, здравом уме и твердой памяти.

Зал взорвался.

— Нет! — выкрикнул Клит.

— Не может быть! Как ты можешь бросить свою Империю?! — в один голос воскликнули несколько македонских генералов.

— Не оставляй нас на растерзание друг другу, госпожа!

Александра подняла руку, призывая к тишине, и безжалостно продолжила:

— Мое решение твердо, и менять его я не собираюсь. Именно поэтому я собрала всех вас здесь, на нейтральной земле Крита. Чтобы мы вместе организовали достойное, уважаемое и сбалансированное правительство для всей Империи и наших союзников. Правительство, которое не будет зависеть от жизни, смерти или настроения одного-единственного человека — даже такого прекрасного, великого и замечательного, как я. Правительство, которое сумеет сохранить мир на долгое время.

Она выдержала паузу, глядя в лица своих полководцев, друзей и врагов.

— Буду честна с вами: я не питаю иллюзий. Я не верю, что человеческую природу можно изменить царскими указами. Как мудро сказал старик