ЮНКОР - Влад Винтер

Без лишних слов беру свою долю. Шоколад, несмотря на то, что я нес его под футболкой, лишь немного подтаял. Осторожно откусываю кусочек. Шоколад тает во рту медленно, вкус насыщенный, яркий, с настоящим послевкусием, а не с ощущением одной лишь приторной сладости. Но, должен сказать, в покинутой мною России был продукт, с которым я вполне мог бы сравнить «Орленок» — это шоколад «Бабаевский горький». Приятно, что хоть что-то в моем покинутом времени было неплохим…

Не спеша, наслаждаюсь каждым кусочком шоколадки. Прямо передо мной — чистый песчаный пляж, за которым колышется море. Рядом на лавочке сидит красивая юная девушка, забавно облизывающая сочные как вишни губы. Мягко светит солнце, дует легкий ветерок. Ну, это ли не счастье?

— Денис, — подает голос Оля. — А давай искупаемся?

Удивленно смотрю на нее.

— Ты серьезно? Сейчас же тихий час, если кто увидит, нам несдобровать!

— Давай! — настаивает она, уже загоревшаяся этой «прекрасной» идеей. — Я знаю у пирса отличное место, где нас никто не увидит.

Я смотрю на Олю и вижу в ее глазах тот самый огонь, который уже начинаю узнавать у девчонок, когда они задумывают что-то совершенно безумное, но невероятно заманчивое. Понимаю, что спорить с Синявиной сейчас бесполезно, все равно как-то уломает.

— А если Владилен Львович заметит? — делаю я последнюю попытку избежать купания у пирса.

— Ему сейчас не до нас: с Анной Андреевной поссорился, — отмахивается Оля, скидывая сандалии. — Ну, ты идешь? Давай скорее, а то заметят.

Пляж мы пересекаем бегом — из «Звездного» вполне могут увидеть. Синявина, надевшая голубое легкое платье, негромко смеется, поддевая теплый, почти горячий песок, узкими аккуратными ступнями.

Вот и пирс, за которым — небольшая бухточка, скрытая от глаз со стороны лагеря.

— Вот здесь, — заговорщицки шепчет Оля, поблескивая глазами. — Кажется, никто не заметил.

Вода в бухте спокойная, нежно-лазоревого цвета. Берег песчаный, чистый, а на входе в море — не единой водоросли.

— Только недолго, Оля, — прошу я свою спутницу.

Синявина кивает. Схватившись за край подола, она быстрым движением стягивает платье через голову. Моим глазам предстает ее загорелая фигурка в раздельном хлопчатобумажном купальнике белого цвета.

— Ну, чего копошишься? — спрашивает она не без легкого смущения. — Давай скорее!

Не дожидаясь ответа, Оля сбегает по песку и с разбегу ныряет в воду. Я торопливо стаскиваю с себя футболку и шорты, и, оставшись в одних плавках, следую за ней.

Вода теплая, как парное молоко. Оля уже отплыла метров на десять и теперь плавает, неторопливо и грациозно поднимая и опуская руки. Я догоняю ее несколькими мощными гребками — молодое тело слушается отлично, сил хоть отбавляй. К тому же, после спасения Анны Андреевны мне больше нет смысла скрывать, что я прекрасный пловец.

— Плаваешь как дельфин, — улыбается Оля. — Даже не верится, что тебя две недели назад вынимали из моря всего синего. Я так испугалась тогда, ты не представляешь.

— Ты тоже отлично плаваешь, — отзываюсь я.

— Правда? — она смеется и вдруг, неожиданно резко, подныривает, а выныривает уже с другой стороны от меня, почти вплотную.

* * *

КОНЕЦ ПЕРВОГО ТОМА.

Дорогие читатели, пока я пишу второй том, приглашаю вас ознакомиться с другой моей книгой: https://author.today/reader/169408/1384474