ЭнергоМорф I. Неофит Ци. - Максим Балашов

отдыхать и восстанавливаться, а на утреннем цигуне ты сможешь выравнивать и стабилизировать правильное течение энергии. Ведь он для того и создан. Ты же, надеюсь, в курсе, что такое сидячий цигун Малого Небесного Круга?

— Если честно… нет, — смущённо признался Лао.

— Бездарь! — выругался мастер Тушу, но в его голосе не было злости, лишь привычная усталая снисходительность. Он глубоко вздохнул. — Цигун — это обобщённое название практик саморегуляции, обладающих определёнными, проверенными веками особенностями. Это эффективнейший способ самолечения и восстановления жизнедеятельности как физического, так и энергетического тел. Только вместо классического сидячего, у тебя теперь будет свой собственный, уникальный стиль — стоячий раком цигун. — Учитель снова рассмеялся, довольный своей шуткой. — Ничего, твой друг Ли как-нибудь переживёт эти твои странности. Думаю, он уже начал догадываться, что ты — не совсем обычный мальчуган. И, наверняка, уже не раз попадал из-за тебя в разные переделки.

— Мастер, вы что, пророк или оракул? — изумился Лао. — Откуда вам всё известно?

— Нет, мой ученик, я не пророк и не оракул, — покачал головой Тушу. — Просто я очень, очень долго живу на этой бренной земле. Мне не требуются сверхъестественные способности, дабы понимать простые вещи: ты отличаешься от местных обитателей, как обезьяна от носорога. А вследствие этого будешь постоянно влипать во всякие неприятности, волей-неволей втягивая в них и своего верного товарища. Я уже, между прочим, наслышан про вчерашнее фееричное представление с «огненным дыханием». Так чем же ты таким накормил бедного Ли, что его желудок не выдержал и исторг всё наружу с… я бы сказал, драматическим эффектом?

— А-м-м, ну, как бы это сказать… — начал тушеваться Лао, не желая раскрывать карты и рассказывать о своей сделке с Плюшкиным.

— Не мямли, — строго, но без гнева прервал его Тушу. — Можешь мне доверять полностью. На самом деле, местные порядки и дурацкие обычаи мне глубоко безразличны — я давно перерос все запреты и правила. Большинство из них для меня просто смехотворны. А то, что накормил его именно ты, я и так уверен на все сто. Меня больше интересует другое: чем именно ты его угощал и где ты это достал. Или вы в самом деле нашли какую-нибудь отравленную траву и приняли её за деликатес?

Крас, видя, что отпираться бесполезно, а старик явно не собирается его сдавать, подробно, по пунктам, рассказал о своей схеме с обменом кристаллов на услуги прачки, новую одежду и, главное, еду. Выслушав его, мастер Тушу сначала замер, а потом разразился таким долгим, громким и искренним смехом, что, казалось, древние стеллажи затряслись от его хохота.

— Аха-Ха-Ха-хА. Ну, молодец! Ну, повеселил ты старика! — выдохнул он наконец, вытирая слезу. — Это ж надо было такое придумать! Ладно ты — у тебя было то самое энергетическое голодание, твой стейк просто провалился в бездонную пустоту внутри, ты его даже не почувствовал. А вот твой друг явно не представлял, в какую кулинарную авантюру ввязался. Вы же, насколько я знаю, после праздничного ужина в честь посвящения сразу сбежали в свою комнату?

— Именно так, — кивнул Лао.

— Тогда вы просто не видели, что творилось в коридорах и на заднем дворе! — снова захихикал Тушу. — Там была целая процессия блюющих мальцов, на радостях обожравшихся теми самыми стейками. Их организмы попросту не привыкли перерабатывать жирную, тяжёлую пищу! В тот раз с Ли обошлось, скорее всего, потому что он налегал на менее калорийное белое мясо. А вот вчера, да ещё под вечер, когда организм готовится ко сну, его желудок просто сказал решительное «нет» очередному жареному куску и выплюнул всё обратно с вулканическим энтузиазмом.

— Значит… нам стоит прекратить все отношения с Шокаем? — осторожно поинтересовался Лао, опасаясь, что его авантюра всё же вызовет гнев наставника.

— Совсем нет! — тут же парировал Тушу, и в его глазах блеснуло одобрение. — Ты молодец, что проявил инициативу и придумал хитрую схему — сразу видно, ум живой и изворотливый. Более того, ты можешь и должен продолжать питаться красным мясом — тебе сейчас требуется куда больше энергии, чем остальным неофитам. Я, собственно, и сам собирался выбить для тебя дополнительный паёк, но ты, как вижу, прекрасно справляешься сам. Однако вот что: договорись, чтобы тебя кормили именно красным мясом, а твоего товарища — белым, постепенно добавляя немного телятины, чтобы его организм мог адаптироваться без таких… выразительных последствий. Что же до счёта в местном банке, раз уж ты так горишь этим желанием, — я тебе помогу с оформлением. Мало того, я даже расскажу тебе реальные расценки на заряженные кристаллы, абы тебя не обдурили как последнего простака. Взамен же ты дашь мне честное слово: больше не будешь совершать ничего столь рискованного, не посоветовавшись предварительно со мной. Договорились?

— Хорошо, мастер, — покорно согласился Лао.

Он ощущал себя рядом с Тушу словно тем самым сопливым мальчишкой, которого отчитывает добрый, но строгий дедушка. В памяти неожиданно всплыла картинка из далёкого детства: маленький Серёжа, нагадив перед дедовым гаражом, с визгом носится по двору, а тот сначала гоняется за ним с прутиком, а потом, поймав, не бьёт, а долго и терпеливо, не повышая голоса, объясняет, почему так делать нельзя. Это чувство ностальгии, тёплое и горькое одновременно, заставило Краса на мгновение взгрустнуть по утраченному миру. Снова нахлынули мысли о том, что он здесь — чужак, затерявшийся в чужих декорациях, и по-настоящему одинок. Да, он, кажется, обрёл настоящего друга, которого у него никогда не было. Но эта дружба была словно понарошку, незаслуженный подарок, ведь её заслужил не он, а настоящий Лао. И если он признается Ли в том, кто он на самом деле, тот, скорее всего, отвернётся, и эта хрупкая связь порвётся. Крас этого панически не хотел. Ведь открытый, простодушный парень был сейчас единственным, что удерживало его в чуждом, странном мире, и не давало сломаться и опустить руки. Вернее, тот человек, что заставлял его двигаться вперёд, а не лечь и бесконечно жалеть себя. Они были похожи на ту самую знаменитую пару — один вечно влипал в неприятности и тащил за собой компаньона, а второй стойко всё это выдерживал и поддерживал, несмотря ни на что. Они были, как Шерлок Холмс и доктор Ватсон.

А ещё Крас ясно понял одну вещь: старый, мудрый архивариус относился к нему по-настоящему хорошо, почти по-отечески. В его словах