Великая Библиотека - Анастасия Шелест

к Тее и решительно качнула головой. – Значит так, решено. Так дальше продолжаться не должно. Праздник – отличный повод все выяснить и поговорить. – Легко считав желание Теи поспорить, она выставила вперед ладонь и отрезала: – Это не обсуждается. Ты сама этого хочешь, просто позволь себе отпустить все эти проблемы.

Подскочив с кровати, она затараторила:

– Ты пока соберись с мыслями, а я все подготовлю. Придумаю что-нибудь с одеждой, узнаю, что вообще планируется. Музы, еще надо заняться твоими волосами, нельзя же так…

Теодора медленно качала головой, но не спорила – сопротивляться безумному напору Лоры все равно было бессмысленно. Выждав короткую паузу, Тея обреченно вздохнула:

– Музы, да откуда в тебе столько энергии и сил? В книгах что ли спишь?

Берт хмыкнул, мысленно пожелав Теодоре удачи. Лора остановилась, перестав метаться по комнате, и сощурилась, строго проговаривая:

– С ума сошла, Тея? Я тебе что, какая-нибудь ненормальная? Похоже, что у меня мозги в кашу?

Тея растерянно моргнула, и Берт понял, что она, наверное, не успела изучить механизмы влияния сна в книгах на сознание, но сейчас явно не время объяснять. Теодора объяснений и не просила. Сдавшись под возмущенным взглядом Лоры, она примирительно приподняла ладони и спешно мотнула головой.

* * *

Любой повод вырваться из враждебного здания был подходящим. Сколько бы все вокруг ни твердили, что они с Организацией сейчас на одной стороне, Эрик им не верил.

Да и как можно? Только не с Марком во главе. Это какой-то абсурд. Как все могли всерьез верить, что Организация помогает им по доброй воле, а не планирует однажды ночью перерезать всем книгоходцам из Академии глотки?

Эрик видел только один вариант, но упорно отрицал его, выгонял даже зачатки мыслей об этом. В этом случае была бы замешана Теодора, и он не собирался принимать от нее такую жертву. Только не такую.

Когда госпожа Рид попросила его проведать остальных в доме Дианы, Эрик сразу же согласился. Он не задавал вопросов. В этот раз не потому что всегда беспрекословно выполнял приказы. Эрик был готов воспользоваться любым предлогом, чтобы выйти из здания, где даже стены давили и каждый угол напоминал о том, что расслабляться нельзя.

До дома Дианы он добрался без особых проблем, но от одного вида разросшихся кустарников, прежде идеально ровных и аккуратных, сдавило горло. В коридорах стало еще хуже. Каждый шаг приближал Эрика к мыслям о смерти отца, от которых он упорно пытался сбежать.

Не о чем тут думать. Редкий Глава Академии уходил на пенсию, оставляя подготовленного наследника. Все знали, что рано или поздно долг заберет его, только Эрик все равно оказался не готов. Да и разве можно подготовиться к смерти отца, даже если вы никогда не были по-настоящему близки?

Он шагал по коричневым узорчатым коврам, и мысли клубились в голове, возвращая его в день трагедии. Он должен был успеть. Должен был поторопиться. Должен был оказаться здесь раньше, помочь, спасти.

Музы, это больше неважно. Это ошибка, которая до конца жизни мрачной зловещей тенью будет преследовать его по пятам, но прокручивать как мантру мысли о ней нельзя. Нужно думать о настоящем. Думать о том, как защитить тех, кто остался жив. Быть внимательней, быстрее, сильнее, чтобы никогда не повторить чудовищные ошибки, которые стоили жизни близкому человеку.

Эрик не смог защитить прошлого Главу Академии, но все еще может исполнить долг каждого книгоходца и позаботиться о следующем.

Толпа пробежавших по коридору учеников сбила с мысли. Выскользнув из-за угла, младшие понеслись навстречу Эрику, но, заметив его, испуганно застыли, переглядываясь и вежливо здороваясь. Эрик заставил себя выдавить улыбку – им сейчас и без того хватало мрака и страхов.

Он уже собрался двинуться дальше, скользнув беглым взглядом по ученикам и заметив пару знакомых лиц, когда девочка с черными хвостиками неуверенно шаркнула ногой. Эрик смутно припоминал ее – точно видел во время нападения на Академию, – но виду не подал. Шагнул вперед и почти прошел мимо, когда она все-таки дернулась к нему. В спину ударил дрожащий тоненький голосок:

– Ты же пришел из места, где остались старшие? – Эрик обернулся и увидел, как девочка напряженно комкает подол цветастой летней юбочки. Только дождавшись его кивка, она облегченно выдохнула, а через мгновение вскинула голову и решительно выпалила: – С Теодорой все хорошо? Ты знаешь ее?

Уголки губ Эрика дернулись против воли. Ну конечно, Теодора. И тут она. Куда же без нее?

Знает ли он ее? Музы, да пегаса с два. Эта девушка снова и снова умудряется удивлять его, открывая новые грани, доказывая, как сильно он ошибся, когда при первой встрече навесил на нее ярлык вечно жалующейся никчемной идиотки.

Пауза затянулась. Эрик одернул себя и сдержанно кивнул.

– Да. Все в порядке. – Он не так хорош в ободрениях, как стоило быть учителю. Пришлось приложить усилие, чтобы вытолкнуть из себя предложение: – Передать ей что-нибудь?

Испуг и неуверенность слетели с лица девочки так резко, что Эрик удивленно приподнял брови. Она просветлела и, улыбнувшись, живо кивнула. Набрала в легкие побольше воздуха и выпалила:

– Передай, пожалуйста, что я очень хочу, чтобы она стала моим наставником. Мне как раз в этом году начинать занятия. Я очень жду ее возвращения, – словно испугавшись собственных слов, девочка опустила голову и пробормотала. – Я Анна. Надеюсь, она помнит.

Эрик не сомневался ни на мгновение. Теодора просто не смогла бы ее забыть. Правда, наставник из нее наверняка выйдет паршивый. Дисциплина – это явно не ее. Впрочем, может, все это время он ошибался и есть кое-что гораздо более важное.

– Конечно, помнит, – заверил Эрик, встречая неуверенный взгляд Блейка. – Я передам. Она очень обрадуется. Вы наверняка скоро увидитесь.

Анна улыбнулась, благодарно закивав, а Эрику вдруг показалось, что мрачные тучи расступились, на мгновение позволив солнцу огладить его лицо.

Долго наслаждаться приятным Эрик не умел. У него оставалось дело, и он решительно зашагал дальше, попрощавшись с младшими. Добраться до кабинета, куда его просили зайти, оказалось проще, чем войти внутрь.

Кабинет тети Теодоры. Здесь они с Вознессом нашли ее. Здесь она все крушила, а он обнимал ее, зачем-то защищая Марка. Да к пегасам. Он и не думал защищать этого придурка, но прекрасно знал, что Теодора не простит себе, если действительно навредит ему.

За коротким стуком тут же раздалось разрешение войти. Эрик послушно толкнул от себя дверь, попадая в залитый солнцем светлый кабинет. Ничего здесь больше не указывало на недавнюю трагедию – никакого битого стекла и сломанной мебели.