Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

Впереди была сплошная темная пустота и марево раскаленного воздуха, поднимающегося от магмы. Невидимая платформа должна была висеть где-то здесь у кромки, но визуально определить ее местоположение было невозможно. Шагнуть наугад означало сыграть в русскую рулетку, где вместо патрона в барабане — триста метров свободного падения в кипящую породу.

— Ищите мелкие камни, — предложил я группе. — Будем кидать, пока не нащупаем пол.

Спецназовцы тут же рассредоточились, подбирая с пола осколки известняка и куски породы, оставшиеся после обвала.

Один из оперативников размахнулся и бросил небольшой щебень вперед. Камешек описал параболу и беззвучно канул в красном тумане кальдеры. Следом полетел второй, чуть правее. Снова мимо.

— Левее бери, — подсказал Даграль, опираясь на секиру, не шибко желая заниматься поисками и метанием камушков.

Боец взял камень покрупнее и метнул его под углом влево.

Цок.

Сделав несколько прыжков в пустоте, камушек так и замер, противясь законам физики о свободном падении.

— Отлично, — я кивнул. — А теперь берите еще камни и выкладывайте их по периметру. Нам нужно четко понимать границы платформы, чтобы никто с перепугу или по неосторожности с нее не свалился.

Опустившись на колени у самого края скалы, бойцы принялись на вытянутых руках раскидывать щебень, нащупывая углы невидимой баржи. Спустя пару минут над пропастью образовался висящий в воздухе пунктирный прямоугольник из серых камней, четко очертивший безопасную зону пять на пять метров.

Мы цепочкой перешагнули через край пропасти и загрузились внутрь каменного периметра. Даграль же вновь вышел на передний край площадки, перевернул секиру и принялся стучать, задавая направление.

Бум. Бум-бум. Бум.

Платформа едва заметно дрогнула и плавно отчалила от каменного карниза, увозя нас к противоположной стене каверны.

Проплывая примерно середину пути, мое внимание привлекло неестественное и крайне активное бурление.

Я опустил взгляд под ноги.

Испещренная трещинами корка засохшей лавы, которая до этого казалась относительно стабильной, начала вести себя нетипично. Порода вспучивалась гигантскими пузырями, расходясь широкими волнами, словно в закипающем котле с густой кашей. Из разломов со свистом вырывались тучи перегретого пара и фонтаны оранжевой жижи.

— Даграль… — обратился я к дварфу, который, кажется, вообще не заботился жидкой магмой и ее внезапным оживлением. Старик стоял, меланхолично разглядывая потолок каверны.

— М? — он искоса глянул на меня.

— Что еще могли утаить твои предки?

— Ты о чем это?

Я красноречиво ткнул пальцем вниз, на бурлящую под нашими сапогами магму.

— А, это, — Даграль пренебрежительно отмахнулся свободной рукой. — Не обращайте внимания, иногда лава активизируется, значит где-то далеко проснулся вулкан и там будет извержение. Нам ничего не грозит, не переживайте.

Прямо под нами раздался оглушительный рев.

Черная корка разлетелась вдребезги, брызнув тоннами жидкого огня и гигантскими раскаленными глыбами, а из кипящего жерла лавы как чертик из табакерки, вынырнуло исполинское тело.

С профессиональной точки зрения я бы описал эту тварь как оживший колоссальный голем в виде змеи, поскольку ее тело не состояло из плоти и крови, а целиком и полностью сформировано из кусков камня, соединенных между собой циркулирующими потоками жидкой магмы и текущей лавы. Пласты гранита заменяли ей чешую, а сквозь зазоры между ними сияла расплавленная порода.

Тварь выпрямилась во весь свой гигантский рост и, достигнув почти самого потолка каверны, нависла над нашей крошечной платформой. С морды, лишенной ноздрей и пасти, капали оранжевые лавовые слюни, с шипением падая во мрак, а два огромных, полыхающих пламенем глаза, уставились прямо на наш отряд.

Жар от нее исходил такой силы, что у меня на бровях мгновенно испарилась влага.

Я очень медленно и с абсолютно невозмутимым лицом повернул голову к бывшему старейшине Торна, потому что сил чему-то удивляться или кипешивать уже не было.

— Ничего не грозит, говоришь, — обратился я к Дагралю. — И переживать не стоит. Я правильно тебя понял?

Александр Вольт, Сергей Карелин

Архитектор Душ. Последнее дело Громова ч.2

Глава 1

Cотканная из камня и жидкого огня громадная голова откинулась назад. Между каменными челюстями, лишенными зубов, натянулись толстые нити остывающей лавы, которые тут же с шипением лопались, выбрасывая снопы искр. Монстр издал звук, похожий на скрежет сталкивающихся тектонических плит, и рванул прямо на нас, широко распахнув свою раскаленную пасть.

— Держитесь! — рявкнул Даграль.

Дварф перехватил секиру двумя руками и с размаху, не жалея сил, ударил обухом по невидимому полу платформы.

Грохот удара совпал с резким, совершенно неконтролируемым рывком. Площадку под нашими ногами резко швырнуло в сторону, от чего невидимая плоскость накренилась под диким углом, уходя из-под падающей челюсти голема.

Огромная каменная морда пронеслась в метре от нас, обдав жаром, опаляя волосы на руках и выжигая и без того скудный кислород в воздухе.

Гравитация мгновенно заявила свои права на наши тела от такого виража, и мы посыпались на пол.

Выложенные по периметру для обозначения краев камни горохом посыпались в пропасть, булькая и растворяясь в лаве. Я упал на бок, больно ударившись бедром, и покатился к краю, отчаянно цепляясь пальцами за поверхность, на которой не было ни единого выступа, но сумел чудом удержаться.

Шая, находившаяся ближе всех к краю, не удержала равновесия и поскользнулась. Она попыталась сгруппироваться, выбросила руки вперед, но пальцы не нашли за что ухватиться. Ее тело рухнуло на платформу, и она тут же стала съезжать по гладкой поверхности.

Адреналин мгновенно вспрыснулся в кровь конской дозой, блокируя страх и болевые рецепторы. Такова была реакция моего организма: в ситуации, когда возникает три фундаментальных позиции «бей», «замри», «беги», у меня чаще вырабатывалось «бей», то есть в данной ситуации действуй.

Я полулежа рванулся вперед, бросая свое тело наперерез ее падению. Грудная клетка с силой ударилась о край платформы, выбивая воздух из легких. Я выбросил правую руку вниз, в пустоту, навстречу обжигающему потоку воздуха, поднимающемуся от лавового озера.

Пальцы сомкнулись на ее запястье в тот момент, когда Шая уже находилась в свободном падении.

Рывок был чудовищным. Плечевой сустав хрустнул, боль тут же прострелила от шеи до лопатки, что аж потемнело в глазах. Инерция ее тела едва не стащила меня следом. Да и стащила бы, если бы меня не ухватил один из бойцов за ноги, которого держал другой боец одной рукой, второй держась за край платформы, что был выше. Верхняя часть моего туловища свесилась за невидимый край.

Внизу, на