Боги, забытые временем - Келси Шеридан Гонсалез

– Ричард очень сердит. Он надеялся заручиться поддержкой штаба Демократической партии, приняв в семью иммигранта. Но не волнуйся, я все улажу. Сегодня вечером мы оценим ущерб и будем действовать соответственно.

– А что будет сегодня вечером? – спросила Руа, не понимая и половины того, что говорила Флосси. Все опять перевернулось с ног на голову. Но Руа больше не доверяла судьбе.

– Бал у Холиганов.

– Нет. – Руа разгладила складки на платье. – Я на бал не пойду.

– Конечно нет, – рассмеялась Флосси. – Ровно в девять посыльный принес письмо, где говорилось, что твое приглашение отменили. И я их не виню. Видит бог, если из-за тебя меня перестанут приглашать в приличные дома, я тебе этого не прощу. Только благодаря Ричарду тебе не удалось запятнать мое имя.

С одной стороны, Руа была рада, что у нее будет возможность остаться дома на целый вечер; с другой стороны, ее неприятно задело, что ей придется остаться дома.

Ее изгнание началось.

26

– Благодарю, – сказал Финн, добавляя в чай сахар.

– Доброе утро, милорд, – пропела миссис Харрингтон и выжидательно посмотрела на Руа.

– Доброе утро, – пробормотала она.

Флосси бросила на нее укоризненный взгляд.

– Доброе утро, дамы. – Финн встал, дождался, когда дамы сядут за стол и снова уселся.

Он был мотыльком, а Руа – ярким пламенем, и скоро он обожжет себе крылья. Сомнений нет. Притяжение слишком сильно, опасность слишком реальна.

Миссис Харрингтон села на стул рядом с ним. Руа, как всегда, напротив. Ее лицо было сосредоточенным и угрюмым. После вчерашних событий этого следовало ожидать. Миссис Харрингтон, несомненно, отругала дочь. Возможно, поэтому Руа и собиралась сбежать из дома. Не зря же она собирала вещи. Неужели все было так плохо?

Все трое молча наблюдали, как горничная разливает по чашкам чай.

– Милорд, я хочу вас поблагодарить за вчерашнее, когда вы помогли моей дочери. Похоже, мы снова в долгу перед вами, – сказала миссис Харрингтон.

Руа приоткрыла рот, но успела закрыть его прежде, чем миссис Харрингтон это заметила.

– Это самое малое, что я мог сделать, учитывая мой промах.

– Тем не менее, в знак благодарности мы устроим ранний домашний ужин сегодня вечером, – продолжила Флосси. – Таким образом, мы не опоздаем на бал у Холиганов. Полагаю, вы тоже приглашены?

Финн кивнул. Холиганы – хорошие друзья Ричарда. Важные друзья. Ему нельзя пропустить этот бал.

– К сожалению, мою дочь не пригласили, и ей придется остаться дома одной на весь вечер. Как послушаешь, что говорят люди, волосы дыбом встают. – Миссис Харрингтон погладила Руа по щеке. Финн подумал, что лучше бы она поскорее убрала руку, пока Руа не откусила ей пальцы. – Как будто Эмма могла задуть свечи во всем бальном зале. Это же полная чушь.

Руа издала возмущенный смешок, на который миссис Харрингтон ответила грозным взглядом.

– Досужие сплетни – беда этого мира, – заметил Финн, отпивая чай.

– Очень великодушно с вашей стороны помогать Ричарду в его предвыборной гонке.

– Прошу прощения? – Финн чуть обжегся горячим чаем.

– На днях мы с несколькими дамами были в гостях у миссис Фицджеральд, и она рассказала, что ее муж собирается баллотироваться в президенты. С вашей помощью он наверняка завоюет голоса ирландцев. Как я понимаю, в Нижнем Манхэттене довольно много ваших соотечественников, и это что-то да значит.

Финн не стал ничего говорить, но был уверен, что побелел как полотно. Он впервые слышал о политических амбициях Ричарда. Он знал, что в штабе Демократической партии процветает коррупция. Какого черта Ричард с ними связался?

– Что ж, я, пожалуй, пойду. Сегодня так много дел. Было очень любезно с вашей стороны присоединиться к нам за завтраком. – Миссис Харрингтон поднялась из-за стола, пробыв в комнате всего пять минут. – Мы очень ценим ваше общество. – Она повернулась к Руа, которая только что положила в рот кусочек ананаса. – Твои платья сшиты по точным меркам, чтобы идеально сидеть по фигуре. Они, знаешь ли, не растягиваются. – С тем она и ушла.

Руа смотрела ей вслед, скривив губы от отвращения. Затем она поднялась, сделала последний глоток чая и смахнула крошки с платья.

– Уже уходишь? – спросил Финн, надеясь, что она останется.

– Да, – сказала она. – Мне хочется шоколада, а здесь его нет.

– Сейчас половина десятого утра. Наверняка начать день можно с чего-то получше, – заметил он.

– Вчера у меня был кошмарный день, один из худших на моей памяти, и знаешь, как я его начала?

Он покачал головой, пряча улыбку.

– С яичницы и тостов. – Она наклонилась к нему через стол. – Так что прибереги свои диетические советы для тех, кто в них нуждается. Например, для твоей невесты.

Финн поморщился.

– Нам нужно поговорить, – сказал он, поднявшись из-за стола. – Где у нас будет возможность побеседовать наедине?

– Мне надо заняться вышивкой, – сказала она. – Если хочешь, можешь пойти со мной в зимний сад, там больше света.

Он пошел следом за ней в сопровождении горничной. Его удивило, когда она заговорила о вышивке. Руа не производила впечатление женщины, увлеченной дамскими рукоделиями.

В зимнем саду Руа села на зеленый диванчик у большого окна и взяла со столика пяльцы с канвой. Финн уселся напротив нее.

– Еще чаю, пожалуйста, – сказала Руа, кивнув горничной, и воткнула в канву иголку. Нет, не воткнула. Вонзила. Ее движения были слишком яростными и поспешными для такой тонкой работы.

Финн смотрел на ее лицо, освещенное солнечным светом. Несмотря на отсутствие мастерства, она полностью сосредоточилась на работе.

– Скажи мне, Финн, тебе нравится наблюдать за женщиной, занятой рукоделием?

– В высшей степени, – ответил он.

Она усмехнулась.

– Тогда не желаешь ли посмотреть, что у меня получается?

Он молча кивнул.

– Это готовые образцы. Флосси велела, чтобы я вышивала по одному в неделю.

Она повернула пяльцы так, чтобы ему был виден рисунок.

– Надо сказать, вышивать ты не умеешь, – сказал он, в сотый раз отметив про себя, что она называет свою мать по имени. Что лишь подтверждало его наихудшие подозрения. – Что это должно быть?

– Закат. – Она рассмеялась восхитительным звонким смехом.

– Со всей ответственностью уверяю тебя: то, что ты вышиваешь, совсем не похоже ни на один из закатов за всю историю мира.

На этот раз они рассмеялись вдвоем. Это было так же естественно, как и в его воспоминаниях о том луге. Увидев Руа здесь и сейчас, он уже не понимал, как мог о ней позабыть.

– Так о чем ты хотел поговорить? – Она вела себя так, словно вчерашнего