Медведев. Книга 8. Договор - Каин Градов

— Какого… — прохрипел было я, но стоявший рядом воевода только ответил:

— Потом поблагодарите.

Митрич резко стукнул посохом по землю. Земля вздрогнула и ветви вокруг лесопилки одновременно качнулись, а из почвы возле крыльца начали подниматься тонкие корни.

— Я предупреждал, — прорычал старик.

Корни метнулись к ногам незнакомца, но тот даже не попытался уйти.

Древесные плети обвили его лодыжки, поднялись к коленям, и вдруг прошли сквозь тело, как сквозь дым. Словно на крыльце лесопилки стоял не человек, а призрак.

Митрич на мгновение замер, удивленно глядя на происходящее.

— Вот погань. — пробормотал от.

Фигура на крыльце задрожала. Края плаща начали расплываться в воздухе. А через мгновение, из здания донёсся крик.

— Внутри! — крикнула Лада и Морозов резко повернулся.

— Первая группа — ко входу! — крикнул он дружинникам. — Вторая держит периметр! Лада со мной!

Дружинники сорвались с мест. Одновременно с ними, справа между деревьями мелькнули Иволгинские. Я же снова посмотрел на крыльцо. Вестник всё ещё стоял там, только теперь сквозь его тело просвечивала дверь.

— Передайте Хозяину, — произнёс я, — в следующий раз пусть приходит сам.

Улыбка незнакомца стала шире.

— Он придёт, — ответил он. — Теперь вы его заинтересовали.

А в следующий длинный плащ с тихим шелестом осел на доски. Вестник растворился в воздухе, будто его и не было.

— Ненавижу такие фокусы, — пробормотал Морозов.

Я кивнул и хотел было ответить что мне такое тоже не по душе, но в этот момент, со стороны лесопилки снова донёсся крик. Мы с воеводой переглянулись и не сговариваясь, бросились к зданию.

Внутри лесопилки пахло старой древесиной, сыростью и машинным маслом, которое за прошедшие годы успело глубоко въесться в доски.

Под ногами хрустели опилки и осколки стекла.

Лада шла первой, держа оружие наготове. Морозов двигался следом, стараясь не подставлять раненое плечо. Я оказался между ним и Митричем.

Старый леший вошёл последним и сразу поморщился.

— Мёртвое место.

— В каком смысле? — спросил я.

— Деревья давно срублены. Земля под полом зажата камнем. Плохо слышу.

Прекрасно. Именно здесь мы и решили искать людей. Впереди послышалась возня.

— Чисто! — крикнул дружинник.

— Здесь двое!

Мы ускорили шаг. В бывшем машинном зале обнаружились двое мужчин.

Один лежал у стены, связанный по рукам и ногам. Второй сидел на полу возле старой колонны, привалившись к ней спиной. Оба были живы. И оба выглядели так, словно пережили нечто крайне неприятное.

Первому было около пятидесяти. На виске запеклась кровь, рубашка была разорвана. Второй оказался значительно моложе. Он дрожал всем телом и смотрел перед собой совершенно пустыми глазами.

Морозов присел возле старшего.

— Кто вас связал?

Мужчина поднял голову.

— Он.

— Кто?

Губы пленника задрожали.

— Человек.

— Очень полезное описание.

— Он был человеком!

Мужчина почти закричал.

— Сначала.

Морозов замер. Я подошёл ближе и тихо уточнил:

— Что произошло?

Пленный перевёл взгляд на меня и неожиданно побледнел.

— Князь…

— Да.

— Нам говорили, что вы не придёте.

— Кто говорил?

Мужчина закрыл глаза.

— Платонов.

Вот теперь мы получили имя. Морозов медленно выпрямился.

— Лично?

— Нет. Его человек. Мы никогда самого Платонова не видели.

— Что вам приказали?

— Ждать здесь.

— Зачем?

— Если группа провалится, мы должны были забрать тех, кто сможет уйти.

— А потом?

— Уехать.

— Куда?

Мужчина зажмурился сильнее.

— Не знаю.

Морозов внимательно посмотрел на него.

— Врёшь.

— Не знаю! Нам должны были сообщить! — выпалил пленник.

— Кто?

Мужчина осекся и замолчал. Митрич тем временем подошёл ко второму мужчине.

Молодой по-прежнему смотрел перед собой. Леший присел рядом. Провёл ладонью перед его лицом. Но никакой реакции не последовало.

— Эй, человек, — позвал леший. Но ответа не было.

Митрич нахмурился.

— Вот это плохо.

— Что с ним? — спросил я.

Старик положил ладонь парню на грудь. Несколько секунд прислушивался.

— Живой.

— Это мы видим.

— Нет, — медленно произнёс леший. — Тело живое.

Я почувствовал, как внутри неприятно похолодело.

— А остальное?

Митрич посмотрел на меня.

— Пусто.

Морозов тихо выругался. Молодой человек вдруг вздрогнул. Мы все разом повернулись к нему. Его голова медленно поднялась. Губы растянулись в улыбке. Той самой, которую несколько минут назад я видел у Вестника.

— Вот теперь, — произнёс парень совершенно чужим голосом, — Хозяин действительно хочет познакомиться.

Лада мгновенно навела на него оружие. Митрич отшатнулся и поднял посох.

Но я успел раньше и прохрипел:

— Где?

Парень посмотрел прямо на меня.

— Он сам выберет место.

— Пусть не затягивает.

Улыбка стала шире.

— Вы уверены, что хотите этой встречи?

— Нет.

Ответ прозвучал честно. Морозов покосился на меня.

— Но после сегодняшнего вечера, — продолжил я, — уверен, что она необходима.

Несколько мгновений парень смотрел на меня. А потом тихо рассмеялся.

Смех оборвался внезапно. Тело обмякло. Митрич успел подхватить его прежде, чем голова ударилась о пол.

— Жив? — спросил я.

Леший приложил пальцы к шее.

— Живой.

— А пустота?

Старик прикрыл глаза и с облегчением выдохнул:

— Ушла.

— Вернётся?

— Не знаю, — покачал головой старик.

Морозов убрал оружие.

— Зато теперь кое-что знаем мы.

Я посмотрел на него.

— Платонов.

— Платонов, — подтвердил воевода. — И тот, кому он служит.

— Хозяин, — я словно выплюнул это слово.

— Не нравится мне все это.

— Мне тоже.

Из дверного проёма раздался голос старшего Иволгинского:

— А мне нравится.

Мы обернулись. Лесовик стоял у входа. На лице застыло странное выражение.

— Почему?

— Потому что если есть Хозяин, — произнёс он, — его можно найти.

Митрич медленно покачал головой.

— Не каждого хозяина стоит искать, молодой.

— Он пролил кровь нашего главы, — возразил лесовик.

— Не он.

— Его слуги, — не унимался старший.

— Тоже не совсем.

Лесовик нахмурился.

— Люди всё усложняют.

— Это не люди, — заметил Морозов.

— Тем более.

Я устало потёр переносицу.

Кажется, вечер окончательно перестал быть простым.

— Для начала заберём этих двоих, — решил я. — Осмотрим лесопилку. Найдём всё, что они оставили. Потом вернёмся к остальным.

— И после? — спросил старший лесовик.

— После я хочу домой.

Морозов посмотрел на меня с искренним одобрением.