Меч света - ГоЛеон

– Меня печалит не твоя победа. Меня печалит, что теперь настает время перемен. И я уверен: не все из них придутся мне по вкусу.

Я слушал и чувствовал уважение. Глубокое. Честное.

– Понимаю вас, – ответил я. – Знаете… Я вижу ваше отношение к себе, к дочери, к этому миру… У вас не будет проблем. Это даже хорошо, что вы именно такой. Потому что вы и другим поможете принять перемены, с вашей мудростью и решительностью.

Я поднял бокал. Не слишком высоко. Не слишком громко. Как личный тост, который можно сказать только раз в жизни. Когда еще получится выпить с живым ярлом?

Он посмотрел на меня. Глаза были усталые, но в них впервые за вечер промелькнул теплый отблеск. Он взял свой бокал. Мы чокнулись. И впервые за все время я почувствовал, что между нами нет вражды.

За всей суматохой я даже не заметил, как исчезла Линель. Донис сказал, что она уже давно ушла в свою комнату в «Берлоге». Меня же, конечно, никто не собирался отпускать с этой вечеринки. Все шло по ритуалу. Гости, тосты, музыка, смех… И когда праздник начал клониться к завершению, Сиана подошла ко мне, взяла под руку и повела в спальню. Сделала это демонстративно, на глазах у всех. Видимо, первая брачная ночь – тоже часть церемониальной традиции. Я не сопротивлялся. Не было смысла: это тоже нужно пройти. Но только когда за нами закрылась дверь, я наконец выдохнул.

– Ты же понимаешь, что между нами ничего не будет, – сказал я спокойно, но уверенно.

– Не хочешь – не надо, – фыркнула Сиана, хотя даже это, похоже, никак не испортило ее радости. Ведь она была уже почти свободна. – Можешь выбраться в окно, – добавила она, вытягиваясь на кровати, как грациозная кошка. – В этой суматохе легко проберешься в свою комнату. Никто и не заметит.

Так я и сделал. Вылез в окно. Пробрался по склону. Только вот по ошибке залез не в свою комнату, а к Линель. Она сладко спала на кровати, укрытая до плеч. Киса, почувствовав меня, подняла голову, молча посмотрела и так же молча опустила ее обратно, снова засыпая.

Я тихо подошел и лег рядом с Линель. И это был самый приятный сон за всю мою жизнь.

Глава 30

В горах

Все же хоть раз падали во сне, верно? Обычно после этого открываешь глаза и обнаруживаешь себя в своей кровати немного испуганным, но в безопасности.

У меня было иначе. Я проснулся оттого, что приземлился на жесткий и холодный пол. Сверху на меня смотрела сердитая Линель в ночной сорочке, с взъерошенными волосами и выражением лица, которое лучше не игнорировать.

– Ты что тут делаешь? Одной, значит, тебе мало, теперь и ко мне пришел?

Я поднялся с пола, демонстративно отряхиваясь.

– У нас ничего не было, – сказал я спокойно. – Мы ушли с праздника, дверь закрылась, и я вылез в окно. Думал, ты обрадуешься, если появлюсь.

– Обрадуюсь. Обязательно. Как только ты выйдешь и позволишь мне одеться.

Ее бровки сдвинулись к носику. Очень красноречиво. Мне точно пора было уходить.

Я покинул комнату без дальнейших дискуссий и направился к себе. Там Гёте и Донис все еще спали: один – свернувшись клубком, другой – уткнувшись лицом в подушку, будто прятался от солнца.

Проделав все утренние процедуры, я слегка раздраженно хлопнул в ладоши.

– Подъем! Умылись и вниз. Я пока закажу что‐нибудь. Не затягивайте. Нам скоро нужно идти.

Оставив друзей медленно просыпаться, я спустился по скрипучим ступенькам и занял столик на четверых у окна. В трактире не было ни души. Вот говорят: из крайности в крайность, – и этот трактир был идеальным тому примером. Насколько он кажется живым и шумным вечером, настолько же спокойным и тихим – утром.

Трактирщика не было, его замещала женщина, которая молча прибиралась и раскладывала заготовки на вечер. Что‐то рубила, что‐то солила… Руки двигались быстро, а лицо было строгое и сосредоточенное.

Я попросил ее приготовить завтрак на четверых и снова сел за стол. Погрузился в мысли. Нужно было иметь хотя бы набросок плана в голове. Но при таких скудных вводных разработать что‐то внятное почти невозможно. А если строить предположения, рисовать в уме сценарии, то нужно быть готовым к тому, что и результат будет такой же.

Прошло немного времени, и друзья вышли. Причем все сразу. На стол опустился графин с горячим напитком. Тонкий пар струился, разнося горьковато-пряный аромат.

– Это что, кофе? – пробормотал я вслух, почти не надеясь. Подозвал хозяйку: —Простите, что за отвар?

– Стур, – ответила она. – Из горных семян и трав. Варим его утром. Приводит мысли в порядок.

Я поднял кружку, вдохнул. Аромат – как у кофе, а вкус… еще лучше!

Когда завтрак подходил к концу, в трактир вошла Сиана.

– Смотрю, вы уже готовы, – улыбнулась она, но в голосе сквозил легкий сарказм. – Думала, придется выковыривать вас из ваших кроваток.

Наверное, сказалась ее предвзятость к южанам, которая никуда не делась несмотря на уважение. Я не стал подхватывать шутку. Спокойно ответил:

– В принципе, мы готовы.

Я намеренно пропустил мимо ушей ее колкости. Сейчас важнее было другое.

– Ты хотела рассказать, куда мы идем и что нас там ждет.

Сиана мгновенно стала серьезной. Легкость исчезла с ее лица.

– Ничего хорошего, – сказала она тихо. – Будет холодно и местами… очень опасно. Нам предстоит пройти через ущелье Смерти.

Она сделала паузу, словно проверяя, насколько крепки наши нервы.

– Сразу за ним – Клык, отвесная скала, что рассекает горы на две части. Обойти ее по земле займет несколько дней. И потому… – Она пристально на нас посмотрела. – Нам придется решить на месте: либо пройти под скалой, через старые туннели, либо подняться над ней.

Повисла тишина.

– Но сперва – в лавку. Закупим припасы. И кое‐какие вещи, без которых у нас нет шансов.

Я встал из-за стола не раздумывая.

– Тогда не будем терять ни минуты.

Остальные молча последовали моему примеру. Время начинать.

Припасы оказались стандартными: альпинистское снаряжение, провизия и зелья. Единственное, что выделялось на фоне этого, – амулет защиты от холода.

Еще раз перепроверив все, мы отправились в путь. На выходе из города, у северных врат, нас ждала повозка, запряженная двумя бурыми медведями.

– До ущелья путь неблизкий, и папенька любезно предоставил нам транспорт, – прокомментировала Сиана, заметив наши удивленные лица, и легко забралась на место возницы.

Мы все удобно устроились в задней части повозки. Ласка забралась в специальную сумку из чистой кожи и меха, которую я взял для ее удобства. Киса же наотрез отказалась ехать с нами,