Золото Омейядов. Часть вторая - Ортензия

За три недели, упираясь по 12 часов в сутки, нам удалось построить 12 плотов, из которых два были большими, можно сказать, огромными. Пять метров в ширину и восемь в длину. На одном из них я закрепил минивэн, а на втором — прицеп, который сварил в первые дни после переноса, ещё будучи на поляне. Два плота 4×8, на которых были оборудованы места для бурёнок, и остальные восемь плотов 3×6 для личного состава, который чуть ли не на коленях выпросил себе места в нашем конвое. Но это отдельная история.

Порадовался, что к нам присоединилась Акоко. Всё ж таки, одна из первых, кого мы встретили в этом мире. Но и ложка дёгтя присутствовала. Упросила меня девчонка взять с собой свою бабку. Знать заранее, что случится в дальнейшем, повесил бы её на первом суку или, на худой конец, высадил Акоко на берег.

Но, увы, согласился.

Акоко громко закричала, и из-за деревьев появилась Лазарева. Для своих лет она довольно-таки резво бегала, и уже метров за 50 стало понятно, что никакие дворцовые перевороты не испортят старухе желудочно-кишечный тракт. Она неслась к нам, высоко задирая ноги и испуская громкие звуки, которые перепутать с чем-либо было совершенно невозможно.

«Посажу её на последний плот с коровами, — подумал я, — да и будет под присмотром. Никаких козней при этом не причинит Абидеми, а попробует что-либо устроить мне — шлёпну, и вся недолга. А пока будет своими тощими ягодицами успокаивать, если не получится уединиться с Элен, а то девчонки порой сидели в таких легкомысленных позах, что мой зверёк прямо-таки рвался из штанов».

Мы провозились с плотами так долго, потому что, во-первых, все деревья после ливневых дождей натянули влагу, а настил плота для устойчивости я хотел собрать из мощных брёвен с самым низким удельным весом. Плюс, накинул коэффициент на намокание брёвен и на создание запаса плавучести. Всё-таки сплавляться по реке нам предстояло не одну неделю и даже не один месяц. Понятное дело, на стоянках придётся проверять, подтягивать, возможно, и новые плоты собирать, но это в далёком будущем.

А потому и гальюн установил на корме каждого плота, и навес, и фальшборт. А вдруг близко к берегу придётся подойти, а в нас из-за кустов стрелами шарахнут? Всяко могло случиться в дороге.

И даже по одной мачте воткнули, а вместо парусов огромные пальмовые листья приладили. Мало ли, если попутный ветер дунет, можно будет и попробовать, с учётом того, что ближайшие несколько месяцев, после проливных дождей, дует чаще всего северный.

Сделал нечто вроде руля, но и эту задумку проверить получилось, разумеется, только на воде. Заранее скажу, что менее эффективного управления нельзя было придумать.

По одному веслу с каждого борта закрепили и, в принципе, были готовы к плаванью.

Единственное, что мне не нравилось, — цвет воды в реке. Когда мы готовились к сезону дождей, я на этом самом месте истребил кучу крокодилов и прекрасно помнил, что вода была более-менее прозрачной, хотя выглядела с холма, с которого я отстреливал чешуйчатых, как застывший солнечный свет, а после обильных осадков превратилась в чёрно-буро-жёлтый. Из-за этого ещё один день пришлось потратить на заготовку питьевой воды.

Огромная, по нынешним меркам, толпа, возглавляемая Абидеми, явилась помахать нам вслед платочком, едва забрезжил рассвет. Точное количество определить я не смог, но навскидку — не менее пяти тысяч.

Честно говоря, я изначально охренел, когда увидел надвигающуюся лавину людей, но спустя несколько минут, поразмыслив, решил, что Абидеми не решится напасть на нас, даже рассчитывая в случае успеха завладеть серьёзным трофеем. Даже такая дурацкая мысль пришла в голову ни с того ни с сего.

Но во-первых, он точно знал, что я один расправился с племенем мезабов, и потому уверенность в полном успехе наверняка отсутствовала. Но самое главное — белокурая шаманка. Убить владычицу лесов, полей и рек прилюдно после нашего представления с барабанами, пламенем, внезапно взлетевшим почти до небес благодаря нескольким литрам керосина, и прочим чудесам — это не фунт изюма съесть. Ни у кого не поднялась бы рука. К тому же толпа, подойдя ближе, бухнулась перед Элен на колени, умоляя прикоснуться своей белоснежной ручкой.

Каждая женщина племени, каждый ребёнок пытались дотронуться до Элен, что-то при этом восторженно выкрикивая. Это продолжалось до тех пор, пока Ния не прикрикнула возмущённо, заявив, что перед ними находится оракул. И что тут началось! Лучше бы и дальше безобидно трогали.

Но в этот день нам не суждено было отправиться в путь.

Пришлось Элен ходить между рядами стоящих на коленях, а бухнулись все: и мужчины племени, и сам Абидеми в том числе, прикладывать ладонь к голове каждого и говорить пару слов. Чтобы точно знали — благословила на долгую жизнь.

Заняло это представление с небольшими перерывами больше десяти часов, а потом все дружно полночи выкрикивали слова благодарности.

У Элен даже возникла мысль остаться в племени.

— Не думаю, — сказала она, — что мне где-нибудь ещё будут так поклоняться. Я для них превратилась чуть ли не в богиню. Останься здесь, и до конца жизни буду круче любого европейского монарха.

— Оставайся, — ответил я.

— Нет, нет, — тут же открестилась Элен, — я уверена, что все эти чёрные морды в конце концов мне так наскучат, что хоть в петлю лезь. А белые, даже если явятся сюда, придётся их всех уничтожать. Нет, это точно не по мне, просто мысли вслух. Тем более что ты и Дженни настроены решительно свалить отсюда подальше. Кстати, для Дженни тут тоже тёплое местечко нашлось бы, и для тебя, как для великого принца. Вам-то смотреть на них никогда не наскучит. А с вами и я бы осталась. Потом поймали для меня французика или итальяшку, посадили в клетку, и я периодически на нём срывала злость, — и она заливисто расхохоталась.

Всю ночь продолжались песни и пляски. А утром, едва начало светать, мы, оттолкнув плоты от берега, медленно поплыли, подгоняемые течением.

Никто не ушёл с берега, и спустя несколько часов, до того как река плавно повернула на юг, я всё ещё видел словно залитое чёрным цветом побережье.

Наша флотилия перебралась к противоположному берегу, работая вёслами, часов за шесть.

Элен и Дженни всё это время продолжали обсуждать злободневную тему: в пещере так ничего и не нашли, хотя потратили на это немереное количество часов.

Мне в тот момент и в голову не