В черной краске становишься черным. Том 2 - Юй Сы

До сей поры он использовал колокольчик уж слишком безалаберно, постоянно проверяя его и заодно Мо Хэ. Он не опасался, что его раскроют: в конце концов, он ведь не настоящий ученик даоса, а его враг, и этот день рано или поздно настанет. Так какая разница, когда это случится?

– Брат Се, тебе нехорошо? – заботливо спросила Гу Вэньвэнь, заметив, что он неестественно побледнел.

– Нет-нет, шицзе, все нормально, – отмахнулся Се Юньци, досадуя, что нерадивая девица могла привлечь внимание даоса.

Мо Хэ тут же обернулся и внимательно осмотрел его с ног до головы. Се Юньци сжал зубы, придумывая оправдание для своего резко ухудшившегося самочувствия. В открытом бою он не сможет победить даоса, но у него было преимущество: в городе тот не станет сражаться в полную силу, и потому Се Юньци сумеет обвести его вокруг пальца, а потом…

– Сначала найдем постоялый двор и поедим, – вдруг сказал Мо Хэ и, отвернувшись, быстро зашагал к ближайшей гостинице. – Юньци, не надо было вливать столько сил в духовную лодку. В следующий раз передай управление этому Учителю.

– Перетрудился, бедный. – Гу Вэньвэнь сочувственно взяла его под локоть.

Се Юньци глупо моргнул, а потом до него медленно дошло: и даос, и девица посчитали, будто он просто устал из-за полета. Ведь лодка расходовала силы заклинателя, а не плыла по небу сама по себе. Это открытие не то чтобы потрясло его – такой глупости стоило ожидать от обоих, – но почему-то в глубине сердца что-то обожгло, и Се Юньци приложил руку к груди, смущенно кашлянув.

Гу Вэньвэнь тут же приняла это за симптомы крайней усталости и зачесала языком:

– Надо подкрепиться, мы с утра в пути и пропустили обед. Учитель, вы задолжали брату Се тушеного мяса! Хотя я бы тоже не отказалась… Учитель, а отдельную комнату можно?..

«Какие идиоты», – подумал некий достопочтенный, но послушно позволил тащить себя под локоть и дальше.

Глава 28. Подозрительный черный горшок

К несчастью, мечтам Гу Вэньвэнь о мясе было не суждено сбыться. Стоило ей заприметить постоялый двор с неплохой таверной внизу, как из переулка поблизости вывалился какой-то оборванец и рухнул прямо Учителю под ноги. Мужчина в лохмотьях, прикрывающий тряпицей лицо, захрипел и протянул руку, обнимая Мо Хэ за сапоги.

– Помоги… те… Помо… – просипел он, отчаянно царапая ногтями мостовую.

Мо Хэ немедленно присел, хватая его за запястье. Сначала Се Юньци посчитал это жестом брезгливости, но даос, оказывается, прощупывал пульс. Гу Вэньвэнь уже отпустила своего шиди и подбежала к Учителю.

– Что с ним такое?

Мо Хэ, одной рукой легко перевернув корчащегося мужчину на спину, самыми кончиками пальцев сдернул тряпицу с его лица. Тот тут же завопил, будто от боли, и потянулся обратно за тканью, но Мо Хэ успел разглядеть лицо: его покрывали страшные черные раны, из-за чего казалось, будто кожа потрескалась и трещины залили чернилами. Хуже всего то, что солнечный свет будто причинял несчастному боль, и он отчаянно пытался снова прикрыться. А его глаза… были молочно-белыми, как у слепого.

– Помо… гите… – жалобно проскулил нищий, зарываясь лицом в ткань.

Мо Хэ нахмурился. Судя по пульсу, мужчину отравили. Впрочем, Мо Хэ не являлся лекарем, а потому его диагноз мог оказаться ошибочным. Ведь этот яд обладал такой токсичностью, что мужчина давно должен был умереть, но почему-то продолжал дышать. Не найдя помощи, слепой неуклюже перевернулся на живот и пополз вперед, не прекращая бормотать. Казалось, будто ему все равно, кого молить: их или кого-то другого из прохожих. Однако все остальные и без того немногочисленные люди на улице, завидев его, сразу с криками бросились врассыпную. В мгновение ока паника будто коровьим языком слизнула всех с улицы. Остались только даос, два его ученика и несчастный слепой, который ничего не замечал и продолжал ползти.

Мо Хэ поспешно шагнул к нищему, но не успел снова его коснуться, как в дальнем конце улицы появились какие-то люди.

– Не трогайте его! Отойдите подальше! Немедленно! – раздался громкий требовательный крик.

Се Юньци резко повернулся в сторону незнакомцев, которые бежали к ним. Их было четверо, все одеты в темно-синюю мягкую кожаную броню и чиновничьи шапки, за поясом находились мечи, а лица закрывали платки. Се Юньци прищурился: они походили на городскую стражу.

– Отойдите! – еще громче крикнул капитан этого небольшого отряда. – Неужели вы не знаете, как заразно змеиное поветрие?

Однако Мо Хэ не повиновался. Услышав о «змеином поветрии», он нахмурился и опустился на колени, уже без всякой брезгливости касаясь спины стонущего нищего обеими руками. Капитан отряда городской стражи закашлялся от возмущения и проорал:

– Я приказываю вам отойти!

Он уже вытянул руку в кожаной перчатке, чтобы оттащить Мо Хэ, но ладони того вспыхнули мягким белым светом, заливающим все вокруг. Се Юньци сделал крошечный шажок назад, и капитан, заметив это, невольно тоже замедлил ход и убрал руку.

– Вы лекарь? – спросил он изумленно.

– Нет, – коротко отозвался Мо Хэ, прощупывая своей ци тело несчастного больного. Мягкая светлая ци явно принесла тому облегчение, потому что он протяжно выдохнул и перестал дергаться, замерев на земле.

Капитан удивленно вскинул брови. Он явно не понимал, что в таком случае делает даос. Он посмотрел на двух других, но Гу Вэньвэнь и Се Юньци явно не планировали ничего ему пояснять: девушка просто не знала планов своего Учителя, а Се Юньци старался жить по принципу «чем меньше этот достопочтенный помогает даосу, тем лучше». К тому же сейчас его занимало кое-что другое: отчетливая темная ци, исходящая от нищего. Его глаза блеснули красным.

– Что вы делаете? – требовательно спросил капитан у Мо Хэ, наконец собравшись с духом.

Тот не ответил. Се Юньци наблюдал, как на лице даоса промелькнуло изумление, затем он нахмурился, и глаза потемнели. Обычно невозмутимый заклинатель вдруг резко отдернул ладони и перевел на них взгляд.

– Что такое? – вырвалось у Се Юньци, которого охватила странная тревога.

Гу Вэньвэнь непонимающе посмотрела на него и сделала шажок к Учителю, однако тот махнул рукавом, сказав:

– Не подходи.

Девушка послушно застыла, но на ее лице появилось что-то сродни испугу. В конце концов, Учитель никогда не вел себя так осторожно с ней.

Мо Хэ меж тем медленно поднял глаза на нищего. Тот был мертв. Даос невозмутимо опустил руки, пряча их в рукавах, но Се Юньци с его острым взглядом успел заметить, что от большого пальца правой руки к середине ладони пошла черная трещина. Глаза Се Юньци сузились.

Даос повернулся к стражникам и левой рукой выудил из рукава подвеску с оленем.

– Господа, мы прибыли в Шанло по просьбе клана Лу. Не могли