Великий Кузнец - 6 - Анри Олл

не столько разнообразие флоры, сколько странные каменные статуи, что стояли в определенных точках сада, образуя симметрию. Они были самых разных форм: одни напоминали приземистых четвероногих зверей, другие — хищных птиц, расправивших крылья, третьи и вовсе были просто угловатыми каменными монолитами, испещрёнными рунами. В центре груди или головы каждой такой статуи был вставлен драгоценный камень: рубин, сапфир, изумруд, а то и вовсе неизвестный мне тёмный минерал, что тускло пульсировал изнутри. От фигур веяло магией! Я остановился на мгновение, прислушиваясь к своим ощущениям. Лёгкий холодок пробежал по спине, а воздух вокруг казался чуть плотнее, насыщеннее.

«Големы?» — мелькнула мысль. — «Настоящие боевые големы. Эти штуки дышат магией, как я — воздухом. Интересно, сколько силы в них вложено, и какая у них дальность, тип атаки?»

Мне до жути захотелось подойти, рассмотреть их поближе, изучить руны на их каменных телах, понять, как они устроены. Но я сдержал свой порыв: не время и не место. Швейцар, что ждал нас у входа, уже сделал приглашающий жест.

Сам особняк внутри оказался не менее впечатляющим. Мы прошли через массивную дубовую дверь, окованную бронзой, и оказались в просторном вестибюле с высоким, расписным потолком. Пол был выложен крупными плитами чёрного и белого мрамора, уложенными в шахматном порядке. По обеим сторонам, словно почётный караул, стояли пустые комплекты доспехов. Целых восемь штук. Не на манекенах, не на подставках: они стояли сами по себе, в полный рост, с оружием в руках: мечи, алебарды, секиры. И от каждого из них, как и от каменных стражей во дворе, исходила та же аура силы, тот же холодок и запах озона: они были не просто музейными экспонатами.

«Ещё одни големы. Сколько же магии вложено во всё? Похоже, они всерьёз охраняют свои секреты. Вряд ли даже десяток опытных авантюристов железного ранга смогут пройти хотя бы сад, чтобы добраться до этих цельнометаллических стражей. А что тут ещё есть, что ещё скрыто за плиткой, за стенами, в подвалах, на верхних этажах?»

— Прошу за мной, — произнёс слуга, и мы последовали за ним.

Он провёл нас через вестибюль и распахнул дверь в просторную приёмную. Это была комната с высокими стрельчатыми окнами, через которые лился мягкий свет, отражённый от стен дворца-пирамиды. Вдоль стен стояли кожаные диваны и кресла с высокими спинками, а между ними — изящные чайные столики из тёмного дерева с инкрустацией из перламутра. На полу лежал толстый ковёр с приглушённым восточным орнаментом, скрадывающий шаги.

В одном из кресел, в углу, уже сидел посетитель. Он был стар, но подтянут. Высокий и сухой, с кожей, испещрённой морщинами. Одет посетитель был в тёмно-гранатовый бархатный камзол с серебряным шитьём и высоким стоячим воротником. В руках он держал трость из чёрного дерева с набалдашником из лунного камня, будто тускло мерцавшего внутренним светом. На пальцах поблёскивали перстни, на цепочке на груди висел массивный медальон. Его глаза были бледно-серые, водянистые, но с острым, пронизывающим взглядом и внимательно прошлись по каждому из нас, когда мы вошли. Он не сказал ни слова, лишь слегка склонил голову в знак приветствия, но я кожей почувствовал, что этот старик точно нас изучает и оценивает.

Василий вежливо кивнул в ответ, я последовал его примеру. Швейцар жестом указал на свободные кресла:

— Присядьте, господа. Магистр Стеллар примет вас, как только освободится. Ожидайте.

Он поклонился и бесшумно вышел, притворив за собой дверь. Мы остались в тишине, в компании этого старца, чей взгляд, казалось, просвечивал нас насквозь. Сергей остался стоять у стены, чуть позади моего кресла, настороженно поглядывая на незнакомца. Я же опустился в кресло рядом с Василием и принялся ждать, стараясь дышать ровно и ничем не выдавать охватившее меня внутреннее напряжение.

Глава 6

Королевская Гильдия Артефактов II

На морщинистом лице старика заиграла дипломатичная, чуть отстранённая улыбка, которая, однако, не тронула его глаз. Его взгляд же, остановившись на мне, внимательно скользнул по моему лицу, по волосам, по новому костюму, по рукам, сложенным на коленях. Затем он перевёл его на купца и обратно на меня. Тишина в приёмной, казалось, сгустилась до состояния, которое можно было резать ножом. Тут весели магические часы со стрелками на стене. Секунды тянулись, словно патока, и я уже начал разглядывать узор на ковре, стараясь унять нервную дрожь в кончиках пальцев, как вдруг тишину нарушил голос: негромкий, чуть хрипловатый, но с бархатистыми нотками, выдающими долгую привычку убеждать и повелевать:

— Прошу простить старика за любопытство, — начал он, чуть склонив голову. — Но, видя здесь новые лица, я не мог не заинтересоваться. Меня зовут Альдрих Вейс. Я имею честь представлять здесь, в Аргонисе и во всём Королевстве Серебряных Шпилей Синдикат Магических Сокровищ.

Он сделал паузу, давая нам переварить информацию. Я почувствовал, как напрягся Василий, сидящий рядом. Сам я внутренне сжался, но постарался не подавать вида и сохранить на лице спокойное выражение.

— А с кем имею честь беседовать я? — спросил Альдрих, всё так же мягко и вежливо, но в его тоне читалась стальная настойчивость.

Василий, поняв, что игнорировать вопрос или отмалчиваться нельзя, взял слово. Он чуть подался вперёд, разгладил рукой полу своего камзола, и на его лице появилась такая же доброжелательная, но ничего не значащая улыбка, которую я уже видел у него во время торга.

— Доброго дня, господин Вейс, — начал он, чуть склонив голову. — Меня зовут Василий Фёдорович, я торговый представитель вот этого молодого человека, Яра Громова, и его наставника, магистра Элиаса Зольника. Мы здесь по делам регистрации нашей деятельности, как создателей и продавцов магических артефактов. Дело новое, хлопотное, но безусловно интересное.

Он говорил спокойно, уверенно, но я, сидящий с ним рядом, кожей чувствовал исходящее от него напряжение. Это была словно невидимая дуэль. Два торговца, два мастера переговоров, сошлись в этом тихом зале, и я был лишь пешкой на этой доске, наблюдателем, чьё мнение пока никого не интересовало.

Альдрих Вейс слушал, не перебивая, слегка покачивая тростью. Его водянистые глаза, казалось, впитывали каждое слово. Старик в гранатовом камзоле слегка приподнял трость и мягко стукнул ею об пол, привлекая к себе внимание.

— Ах, регистрация, — протянул он, и в его голосе послышались нотки лёгкого интереса. — Похвально. Молодые таланты, решившие встать на стезю легального артефакторства. Это похвально. Особенно в наше неспокойное время.

Он выдержал паузу, затем, словно невзначай, обронил:

— А знаете, господа,