Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов

— Спасибо, — кивнул я. — Вы и так достаточно мне помогли.

— Надеюсь, так и будет, — сказал Кречетов. — Не могу себе уже представить работу без вездесущего зама.

Он коротко улыбнулся, что было для него большой редкостью. И ушёл.

Из администрации я поехал сразу в поликлинику. У меня была назначена встреча с Ольгой. Ей во вторник надо было ехать к гематологу, уже определять схему лечения.

Она пришла с Цыганковым, что было неожиданно.

— Можно мне с папой? — спросила она.

— Можно, — кивнул я. — Проходите. Ольга, мне нужно посмотреть вас ещё раз.

Валерий Петрович зашёл вторым и остановился у двери.

— Садитесь, Валерий Петрович.

— Да я постою.

— Садитесь. Вы у меня тоже пациент, между прочим.

Он сел. Я отметил, что Ольга назвала его «папой» с куда большей лёгкостью.

Затем спросил у Ольги про слабость.

— Ну… с утра тяжеловато, — сказала Ольга. И добавила: — Он мне карту мою переписал от руки. Всю. Говорит, так понятнее, чем в этих ваших распечатках.

— Почерк разборчивый? — спросил я.

— Ужасный, — сказала она. — Как у врача.

Цыганков посмотрел в пол, и коротко улыбнулся.

Я принялся за осмотр Ольги. Прощупал её лимфоузлы.

Надключичный узел тот же. Плотный, безболезненный, спаян с подлежащим. Подмышечные цепочкой. Кожа сухая, восковая, под глазами тени. Я снимал праной симптомы, но сейчас пора разобраться с самим заболеванием.

Прана пошла тяжело. Я помнил, как уже пытался вылечить Ольгу, и упёрся в стену. Сейчас я тоже почувствовал затруднение, но не остановился. Продолжил, усилил отдачу праны.

Первая минута — ничего. Вторая минута. У меня начала кружиться голова. Я вновь и вновь толкался в эту стену, и она, наконец, поддалась. Прана начала воздействовать на лимфоузлы. На кровь. Я удалял лимфому из организма Ольги.

Однажды я менял гены у неродившегося ребёнка, и справился. Сейчас я убирал онкологию. И справлялся с куда большим трудом.

Но справился.

Пол качался под ногами, и я очень аккуратно, очень медленно сел на свой стул. Падать в обморок в собственном кабинете при двух пациентах — это минус вся репутация.

— Александр Александрович? — Ольга смотрела на меня. — Вы бледный.

— Духота, — сказал я. — Батареи включили с запасом. Так, Ольга, направление ваше готово. У гематолога сдадите анализы повторно, так всегда делают перед схемой.

— Я с ней поеду, меня Алиса Дмитриевна всё равно в кардиоцентр отправила, — заявил Цыганков.

— Тем лучше, — улыбнулся я.

Праны на Цыганкова мне уже не хватит. Только на Ольгу. И я знаю, что у неё теперь не найдут никаких отклонений. Продержат там какое-то время. И решат, что это спонтанная регрессия. Пусть так. Главное, я её вылечил.

— Спасибо, — Ольга встала, развернулась к двери. — Пап, идём?

— Идём, — тихо сказал Цыганков.

Они вышли вдвоём. Я выглянул в окно и проводил их взглядом. Цыганков, который прятал карты, лечил людей камнями и бросил свою семью. Ольга, которая пыталась сбежать от врачей.

Теперь у них всё будет хорошо.

Я успел заполнить ещё один документ, и снова оказался в пустоте.

«Ты выиграл», — сказал Голос.

— Я знаю.

«Ты закончил то, зачем тебя сюда доставили. Трещина открылась в Аткарске не потому, что тут умирал Агапов. Агапов умирал в тысяче мест одновременно, Александр, люди умирают везде. Я выбрал ту трещину, где рядом запускали программу, которая за пять лет убила бы этот город. А потом этот мир бы разрушился, потому что так всё устроено. Ты спас весь этот мир».

— Как именно разрушился бы мир?

«Через пять лет в этом городе не рождались бы здоровые дети. Через восемь состав ушёл бы в аптеки тридцати регионов под видом спортивного питания. Через двенадцать никто уже не смог бы связать причину со следствием, потому что причина была бы у всех. Тебе хватит этого или назвать цифры?»

— Хватит. Меня вернут обратно? — спросил я. — Или я снова умру?

«Нет. Ты заслужил своё право прожить вторую жизнь целителя. Однако ты сделал ещё один выбор. Прана».

— А что с ней?

«С ней ничего. Прощай, Александр Велесов».

— Подожди, ты скажешь мне, кто ты⁈

— Сашка, ты чего? — удивлённо спросила Лиля. — Я зашла узнать, как ты, как прошло собрание.

Вокруг снова был мой кабинет. Что ж, ответ понятен, Голос мне больше ничего не скажет.

С чего начал, к тому и пришёл. Но что он имел в виду, когда говорил про прану? Я потянулся к магическому центру, и понял, что его больше нет. Магии больше нет.

Александр Велесов, лейб-целитель, Хранитель Праны пятой ступени, один из сильнейших целителей Империи, умер окончательно. Сегодня, в понедельник, в кабинете заместителя главврача.

Остался Саша Агапов. Участковый терапевт из Аткарска.

Я полностью лишился своих сил.

— Собрание прошло отлично, — ответил я Лиле. — Осталось последнее дело. Ты выйдешь за меня?

Эпилог

Год спустя

Аткарск за год изменился до неузнаваемости.

Завод стоял, и продолжал работать. Только теперь он действительно производил минеральные удобрения и более ничем не занимался. Михаил Борисович и Сергей Викторович тщательно проследили, что все очистные сооружения в норме, и теперь городу ничего не угрожало.

Проект «Энергия смены» закрыли той же осенью. Не громко, просто в один день на сайте министерства исчезла страница, а через неделю вышло постановление о приостановке пилотной программы «в связи с выявленными нарушениями порядка согласования». Скучная формулировка для завода с ночными сменами на незапущенном производстве. Я предлагал свою помощь, но в итоге проект всё равно оказался провальным.

Тарасенкова уволили. Обвинений ему представлено не было, но увольняли его с такой характеристикой, что теперь он вряд ли сможет найти себе хорошую работу. Хромов ушёл сам. Он в этой истории был виноват меньше всего, но всё-таки тоже решил уйти со своего поста.

Мельникова Романа Андреевича, фельдшера с завода, перевели к нам в штат. Я отправил его на скорую помощь, и там ему нравится куда больше, чем на заводе. Звонит иногда среди ночи, консультируется, извиняется за звонок и тут же спрашивает следующее. Хороший он фельдшер. Может, и врачом будет когда-нибудь. Или химиком, как и мечтал.

А завод работает. Четыреста рабочих мест для жителей Аткарска, регулярные