Новые опасные видения - Харлан Эллисон

ПЕРЕХОД НАПЛЫВОМ:

– Сегодня вечером новостями правит насилие.

– Добрый вечер. Это Ирвин Конли и пятничный выпуск «Десятичасовых новостей». Вы услышите новости со всей Калифорнии сразу после сообщения от «Энерко»: керосиновое топливо, с которым ваша турбина будет крутиться, как волчок…

ПЕРЕХОД НАПЛЫВОМ:

Тусклый свет мониторов лишал тощее лицо Де Ла Ри всех красок. Оно было как у призрака, взиравшего на картины ада.

– Вторая камера – отъезд, чтобы охватить толпу у бара. Теперь ведите к битым окнам. Первая – готовьтесь к крупному плану мародеров. – Ровный и профессиональный голос Де Ла Ри не менялся. – Третья, переходите к восточному краю своей позиции. Загляните в подворотню внизу слева от вас. Там скоро должно быть действие. Включайте ночную съемку – а то вряд ли хватит освещения от горящих магазинов.

В третьей состоял Барни Чандлер с «Соновидом». Паркер и Барни подошли к восточному краю своей крыши. «Фермерский банк Кэрролла» был построен из надежного кирпича – не загорится. Барни посмотрел вниз и налево, как приказал Де Ла Ри.

– Ни зги не видно, – сказал Барни. – Включаю ночную съемку.

В объективе четко предстали четыре фигуры. Барни с силой вдохнул.

– Майк, – прошептал он в ларингофон. – Уверен, что хочешь, чтобы мы снимали сцену в подворотне?

– Еще как,– ответил Де Ла Ри из вертолета KNBS. – Снимай все – в студии смонтируют.

ПЕРЕХОД:

Кельвин Рэндалл, бывший новостной директор KNBS, сидел со стаканом в угрюмом молчании. Очередной стакан из непрерывной череды уже почти целый день. Кельвин Рэндалл переживал за свое будущее.

«Надо было послушаться Кармайна, – думал он саркастично. – Остался бы в молодой перспективной студии. Сделал бы себе имя. Через полгода это будет самый рейтинговый канал в ЛА».

Телевизор над баром был настроен на KNBS. Как и большинство телевизоров Лос-Анджелеса. Другие каналы спешно высылали свои команды в Кэрролл: в камерах и магнитофонах жужжали миллионы футов пленки. Все получили красивые кадры последствий. Но только у KNBS имелся настоящий материал: съемки того, как разворачивались события. Пожары, убийства, грабеж, изнасилования.

Мужчины и женщины по сторонам от Рэндалла смотрели на экран, как загипнотизированные. В их глазах отражались мерцающие тени. На KNBS показывали репортаж об изнасиловании в Кэрролле, Калифорния.

– Боже мой, – хрипло прошептал парень слева от Рэндалла. – Как они могут показывать такое?

И внутри Рэндалла высвободился отложенный взрыв. Он вскочил на ноги. Рука схватила стакан, разбила в алмазные слезы, разлетевшиеся по стойке.

– Да потому что вы, сволочи, их смотрите! – крикнул он. Развернулся и слепо ринулся к двери.

ПЕРЕХОД НАПЛЫВОМ:

КРУПНЫЙ ПЛАН – ИРВИН КОНЛИ

– …А теперь к новостям.

Одна из самых жестоких драм в истории Калифорнии разыгралась сегодня вечером в сонном городишке Кэрролле, высоко в холмах Санта-Мира к западу от Барстоу. Обычно Кэрролл – это тихое фермерское поселение с тысячью обитателей. Но сегодня летнее спокойствие было нарушено, когда в Кэрролл ворвалась байкерская банда головорезов в черных косухах – по предварительным оценкам, как минимум триста человек. Репортажи с места событий рассказывают о масштабном разграблении и кровопролитии. Сегодня вечером KNBS доставила в Кэрролл по воздуху полную новостную команду и находится на месте происшествия. А теперь – корреспондент Дэвид Паркер с полным репортажем, снятым сегодня вечером…

РЕЗКИЙ ПЕРЕХОД:

В конце концов ее бросили в подворотне. Она не заметила, как они ушли. На это ее уже не хватало. Девушка не видела, как мигнул далекий огонек «Соновида», не слышала, как со щелчком прекратилось механическое жужжание. Она неподвижно лежала, окутанная болью, и едва дышала. На недолгую минуту ее разум всплыл к сознанию. Она шевельнула рукой, смутно почувствовала кровь на своих ногах.

ПЕРЕХОД:

ВЫРЕЗКА (ПОЖЕЛТЕВШАЯ) ИЗ «ЛОС-АНДЖЕЛЕС ТРИБЬЮН-ОБСЕРВЕР», 28 ИЮЛЯ 1966 ГОДА

НА ШИРОКОЙ СТОЛЕШНИЦЕ ИЗ КРАСНОГО ДЕРЕВА

КАМЕРА НАЕЗЖАЕТ:

Лос-Анджелес (UniPress) – Сегодня неназвавшийся представитель крупной телесети раскрыл, что на прошлой неделе его организации предлагали «особое положение» при освещении деятельности одиозной калифорнийской мотобанды. 13 июля участник банды, назвавшийся ее «представителем по связям с общественностью», обратился к голливудским представителям телеканала с предложением устроить за нераскрытую сумму денег «беспредел» в небольшом городке по выбору телеканала. За деньги телесеть получила бы эксклюзивный фоторепортаж с места событий.

Неназвавшийся представитель телесети заявил: «Мы, разумеется, отказались. Никто в руководстве не воспринял это всерьез. Если самопровозглашенный „представитель по связям с общественностью“ говорил искренне, то его предложение – это печальный комментарий к нынешним временам. Если это какой-то розыгрыш, то розыгрыш в самом дурном вкусе».

Представитель добавил, что описание внешности этого человека передали полиции округа Лос-Анджелес для возможного заведения дела.

ПРЯМОЙ ПЕРЕХОД:

МОНТАЖ:

Начальник отдела кадров был любезен, но тверд.

– Простите, мистер Рэндалл, но, боюсь, KNBS не может нанять вас повторно на любую должность.

Но и у «Телесети» было великодушие. «Не раскачивай лодку, Кэл. Не хотелось бы вносить тебя в черный список».

– Скажи брату, чтобы шел со своей продажей тачек куда подальше,– сказал утром Барни жене.– Я остаюсь на KNBS. Новостные репортажи – это работа будущего.

Неподвижное тело, белое на фоне тьмы подворотни. Еще не мертвое – но ждет. Надеется.

СКЛЕЙКА С СОВМЕЩЕНИЕМ:

Пластмассовый блеск зубов с коронками. Отчего-то хищный. Телевизионно-голубая рубашка. Приятный глубокий баритон.

– …И это последние сюжеты, попавшие в заголовки Золотого штата. Сегодня с вами в новостном отделе «Энерко» был Ирвин Конли. Спокойной ночи и хороших вам выходных.

ЗАТЕМНЕНИЕ

Послесловие

«Десятичасовые новости» – это рассказ о проституции. Я злился, когда его писал, и злюсь каждый раз, как его читаю. Злюсь на подавляющее большинство добропорядочных граждан, которые продают свои души за жидкую порцию похлебки – будь то деньги, престиж, эмоциональное удовольствие или что угодно. Злюсь на всех, кто спокойно допускает, чтобы его мозг совращали масштабные поганые явления, которые пронизывают наше общество. И еще больше я злюсь на вас всех, кто даже не пытается ничего сделать, чтобы исправить вышеупомянутую погань. И на себя злюсь. В конце концов, я всего лишь написал рассказ.

Нет, у меня нет черной бороды лопатой и я не влачу угрюмое существование в пещере среди холмов. Борода у меня русая и жидкая, а живу я в мире, как и все вы. Но я работал диктором новостей и сталкивался с событиями вроде тех, что описаны в «Десятичасовых новостях», хотя и не в таком зрелищном масштабе. И я вырос в поколении, которое наблюдало, как насилие становится в Америке зрительским спортом, уступающим по популярности только сексу (секс как зрительский спорт тоже меня не возбуждает, но это уже тема для другого рассказа…)

Одним июньским вечером 1968 года я сидел в грязной пиццерии в маленьком городке на западе Пенсильвании в небольшой компании как известных, так и будущих фантастов. В то время я еще нежился в теплом свечении своей первой