Звони в колокола - Куив Макдоннелл

квартира была самым маленьким жильем в ее жизни, после переезда из родительского дома в несколько, откровенно говоря, неоправданно больших квартир, которые она делила с бывшим мужем Карлом, она испытывала странную гордость за эту тесную квартиру на первом этаже. Впервые это место было ее, только ее, и это делало его особенным.

Сказать, что рождественские каникулы пока прошли не по плану, было бы преуменьшением. Реджи позвонил с отчетом о том кошмаре, который они обнаружили в доме бедного библиотекаря, и с тех пор она названивала Стерджессу каждые пять минут, пока тот наконец не взял трубку. Она изводила его, пока он не пообещал заскочить к ней, как только сможет покинуть место преступления, хотя в уголовном кодексе вряд ли была статья, описывающая то, что там произошло.

Она была достаточно умна, чтобы не повторять трюк “мне нужно сказать тебе кое-что очень важное”, поэтому выбрала логический подход: случилось слишком много всего, и им нужно все обсудить, чтобы не упустить детали. И хотя это была уловка, чтобы заманить его к себе, Ханна подумала, что идея здравая. Какой-то кровожадный древний бог прорвался в их мир и сейчас бесчинствует в Манчестере, творя бог знает что, будучи призванным с помощью книги чистого зла. Даже по меркам последних событий все это казалось предвестником чего-то по-настоящему плохого.

Раздался стук в дверь. Она нервно передвинула банку диетической колы на стойке перед собой.

– Так, – произнесла она вслух. – Поехали.

Когда она открыла дверь, то не могла не заметить, что Стерджесс выглядит еще бледнее и измотаннее, чем обычно.

– Спасибо, что пришел, – сказала она, впуская его.

– Не за что. Милое место. – Он был здесь впервые.

– Спасибо. Реджи рассказал мне все про…

– Да уж, это было нечто. Бедного Ричарда Даффа отвезли в больницу. Бригаде скорой пришлось вколоть ему успокоительное. Когда Бэнкрофт забрал книгу, он… ну, в общем, зрелище не из приятных.

– Какой ужас, – Ханна прошла через комнату. – Тебе что-нибудь налить?

– Все в порядке, спасибо, – сказал Стерджесс. – Не против, если я сяду?

– Ой, да, конечно. Давай пальто.

Он тяжело опустился на диван.

– Мне, наверное, скоро пора идти. Мне нужно вернуться в участок. Инспектору Кларку не стоит допрашивать этого Ксандра в одиночку – он понятия не имеет, с чем имеет дело. К тому же, этот жуткий тип, похоже, единственный, у кого могут быть ответы.

– Ты имеешь в виду…

– Ксандра, – уточнил Стерджесс. – Кларк, может, и сам в некотором роде жуткий тип, но когда дело доходит до ответов, которые не касаются поиска виноватых, он полный ноль.

– Думаю, происходящее далеко за пределами его понимания.

Стерджесс громко вздохнул и потер глаза.

– Ну, это и за пределами моего понимания, так что на прорыв со стороны Кларка я бы не надеялся. Он даже не может найти одну окровавленную библиотекаршу.

– Даже если бы нашел, – заметила Ханна, – толку от нее было бы мало. По словам Бэнкрофта, этот Залас способен прыгать из тела в тело. Ты уверен, что не хочешь пить? Я вот собираюсь.

– Я только что пил, спасибо. Ты уверена, что Бэнкрофт не раскроет мне свой источник?

– Я могу спросить, но ты же знаешь, какой он.

– Да, – сказал Стерджесс. – Намеренно создающая помехи заноза в моей заднице.

– Это, конечно, один из способов описать его. Ты думаешь, этот бедный библиотекарь… я имею в виду другого библиотекаря, парня…

– Дафф, – подсказал Стерджесс.

– Да, он. Думаешь, он сможет нам что-то рассказать?

– Думаю, немногое, и не скоро. Им придется оперировать его, чтобы спасти то, что осталось, и… – Стерджесс заметно вздрогнул; воспоминание о ранах мужчины вызвало у него приступ тошноты.

– Мы знаем, зачем он забрал книгу?

– Она… кажется, может контролировать людей. Пыталась проделать это со мной, но я отключился.

– Серьезно?

– Ага. Бэнкрофт справился, потому что, оказывается, ключи от вашей редакции защищают любого владельца от магических атак.

– О, – удивилась Ханна, – он рассказал тебе об этом?

– Да, но только потому, что пришлось. Бэнкрофт, как и все остальные здесь, говорит мне правду только тогда, когда другого выхода нет.

– Ой, – вырвалось у Ханны.

– Извини, просто… это были чертовски тяжелые пару дней, и, если говорить о падении моей карьеры, я только что отдал книгу, считай, ключевую улику, именно Бэнкрофту, чтобы тот ее уничтожил.

– И как он собирается это сделать?

– Не знаю, но полагаю, он спросит у очередного “источника”, которого отказывается мне называть. – Он начал подниматься. – Знаешь что, мне пора. Я и близко не понимаю, что происходит, и Ксандр – единственный, кто может дать ответы.

– Хорошо, – сказала Ханна, – но прежде чем ты уйдешь, я позвоню Бэнкрофту. Скажу, что он обязан раскрыть источники, иначе… иначе я уволюсь.

– Я не хочу, чтобы ты…

– Нет, – твердо сказала Ханна. – Я настаиваю. Дай мне только телефон. – Она повернулась к стойке и взяла банку диетической колы. – И выпей вот это, пожалуйста. Я уже открыла.

Он взял банку.

– Ладно.

Ханна схватила телефон и затыкала пальцем в экран.

– Гудки идут.

Он стоял и смотрел на нее.

Ханна схватила стакан сока, который она себе налила ранее.

– У меня горло пересыхает. Кажется, я чем-то заболеваю.

Пока она делала большой глоток, Стерджесс сделал то же самое.

– Да, – сказала Ханна. – Винсент, это я. Мне нужно поговорить с тобой, а ты должен меня выслушать. Перестань быть таким вредным и начни делиться источниками со Стерджессом.

Стерджесс моргнул раз, другой.

– Это расследование важно, – продолжала она, – и…

Она замолчала, когда Стерджесс повалился на пол.

– Том?

Он не шевелился.

Она сбросила звонок, который на самом деле даже не совершала.

– Готов.

Из ее спальни вышел Джон Мор.

– Твою мать, долго же ты возилась.

– Ты уверен, что нам стоит это делать?

Он замер.

– Ты сама мне позвонила, помнишь?

– Помню.

– Умоляла о помощи, вообще-то.

– Помню.

– Взывала…

– Ладно, помню я, помню! Просто… усыпить его?

– А какие у тебя были варианты? – спросил Джон Мор, затаскивая Стерджесса на диван.

– Никаких.

– Ну вот и все.

– И что нам теперь делать? –