Вирус Aeon. Заражённый рассвет - Татьяна Кравченко

также создаст возможности для бесконечного контроля над конфликтами. 8.Саймон Фелдман Влиятельный бизнесмен и филантроп, владелец крупной фармацевтической компании.

Семья: Жена, известная общественная деятельница, и взрослый сын

Цель: Надеется, что лекарство бессмертия сделает его компанию лидером на рынке.

9.Игорь Воронов

Специалист по экономической стратегии и цифровому управлению, влияет на формирование экономической политики в глобальном масштабе. Владелец корпорации "EconomicsGroup International"

Семья: Жена и двое дочерей.

Цель: Надеется, что лекарство бессмертия позволит ему сохранить семью вечно молодыми и успешными, обеспечив тем самым не только личное благополучие, но и влияние на экономику мира.

10.Вероника Ларенс

Глава биомедицинского сектора и одна из ключевых фигур проекта "AEoN".

Семья: Муж, известным ученый в области генетики, один сын.

Цель: Ждёт от лекарства бессмертия возможности осуществить свои амбиции в области науки, а также доказать миру свою значимость. Стать символом революционных изменений в медицине.

Она перечитывала имена снова и снова, словно вбивая их себе в память. Челюсть напряглась, пальцы крепко сжали бумагу. С каждым повтором внутри закипала злость.

— Я найду вас, — пробормотала она сквозь зубы. — Найду каждого. Вы думали, что вас никто не найдёт. Но я иду.

Эд сжал руль чуть крепче, когда впереди показался старый, перекошенный дорожный знак. Он торчал из земли, покрытый ржавчиной и мхом, но символ кругового движения ещё можно было различить.

— Джулия, — окликнул Эд, не сводя глаз с дороги. — Там знак, круговое. Куда дальше?

Джулия подняла голову от карты, морщась, пытаясь сопоставить разметку на бумаге с тем, что было перед ними.

— Прямо. Второй съезд.

Эд кивнул и прибавил скорость. Джип нырнул под свод ржавого указателя, покачнувшись на выбоине. Справа виднелась старая развязка, почти скрытая деревьями. Джулия нахмурилась.

— Подожди… — она провела пальцем по карте. — Мне кажется, мы… мы уже должны были свернуть. Мы что-то пропустили.

Эд сбавил скорость, прищурился и повернулся боком, чтобы посмотреть, куда указывает Джулия.

— Ты уверена? Где именно?.. — начал он.

И вдруг — удар. Глухой, мокрый, словно что-то тяжёлое впечаталось в бампер. Через мгновение — ещё один. И ещё. Что-то ударилось в капот с глухим стуком.

Ливия вскрикнула.

— Эд! Спереди!

Они увидели их. Толпа оживших. Они неожиданно появились из-за поворота. Бледные, измождённые тела, искажённые лица. Они были повсюду — прямо перед машиной, сбоку, сзади. Один из них уже лежал под передним колесом.

Эд инстинктивно ударил по тормозам. Машина встала, но ожившие начали облеплять её со всех сторон. Руки с трупными пятнами хлестали по стёклам, цеплялись за зеркала, один из них стал лупить по лобовому стеклу лбом, оставляя на нём кровавые пятна.

— Назад! Назад! — закричала Ливия, обернувшись.

Эд включил задний ход и надавил на газ. Машина дёрнулась, но колёса заскрежетали, пробуксовывая — под ними застряло раздавленное тело.

— Чёрт! — выругался Эд, снова переключившись вперёд, затем назад, качая машину. Металл под ними вибрировал, труп мешал.

Снаружи стоны становились громче. Капот дрожал от ударов. Казалось стёкла скоро начнут трескаться. Джулия вскрикнула, отпрянув от окна, куда вжалась кровавая физиономия.

— ДАВИ ЕГО! — закричала Ливия, вжавшись в сиденье.

Эд вдавил газ до пола. Машина взвыла, и вдруг с хлюпающим звуком что-то поддалось. Джип рванулся назад, тело под колёсами превратилось в кровавую кашу. Визг шин, жёсткий разворот — и они вырвались из кольца мертвецов.

Машина подскочила на кочке, едва не перевернувшись. Эд вывел её обратно на основную трассу, не отпуская педаль.

Внутри — тяжёлое дыхание. Джулия прижала руку к груди, лицо её было белым.

— Назад, на круговое, — выдохнула она. — Сверни влево, там мост. Сверху всё видно. Переждём.

Ливия дрожащим голосом сказала:

— Сколько их было? Десятки?.. Или… или уже сотня?

Никто не ответил. Только звук мотора и бешеное биение сердец.

Они вернулись к перекрёстку с круговым движением, мотор ревел, будто чувствовал ту же тревогу, что и они. Эд, не сбавляя скорости, вырулил влево — и джип медленно поднялся по наклонной дороге, ведущей к старому мосту, перекинутому над основной трассой. Металлические перила были изогнуты временем и авариями, а асфальт на поверхности трескался под колёсами.

Когда они добрались до середины моста, Эд заглушил двигатель. Внезапная тишина ударила по ушам. Даже мотор больше не хотел мешать тому, что они вот-вот увидят.

Они выбрались из машины и, пригнувшись, осторожно подошли к краю моста. Ливия первой опустилась на одно колено, выглянула между проржавевшими балками. За ней — Джулия и Эд.

Поначалу — ничего. Только пыль, колышущаяся над дорогой внизу, тишина да редкие порывы ветра.

И вдруг — движение.

Из-за поворота показались первые. Десять? Двадцать? Они шли, волоча ноги, словно тени на фоне заката. Но за ними шли другие. И ещё. И ещё.

Их становилось всё больше. Поток не прекращался.

Ожившие шли, как поток грязной воды, медленный, но неудержимый. Они заполоняли шоссе, двигались неравномерно, спотыкались, но снова вставали, цеплялись друг за друга, словно связаны единой волей. Волной.

— Боже… — выдохнула Ливия, едва слышно. Глаза расширились от ужаса. — Их не сотня. Даже не тысяча…

Толпа казалась бесконечной. Хрипы и сиплые стоны сливались в один гул — глухой, давящий. Казалось, сам воздух вибрировал. Как рой пчёл, только эти пчёлы были мертвы и голодны.

— Они сбились в стаю… — прошептала Ливия. — Наверное, сами себя привлекают… Хрипы, движение. Один идёт — за ним идут остальные. Вот так и собираются. Как волна…

Джулия сидела рядом, прижавшись к перилам, наблюдая за этой безумной рекой.

— Если они не остановятся… — тихо сказала она, — к утру они будут в Вантауне. С такой скоростью… они просто идут и идут…

Эд нахмурился, сжав челюсть.

— Если они не застрянут там… они могут дойти и до церкви.

Молчание. Только внизу — поток смерти.

Эд взглянул на Ливию и Джулию.

— Мы должны найти этот бункер. Найти, что осталось… и возвращаться домой. Пока есть куда возвращаться.

Ливия кивнула, всё ещё не отводя взгляда от дороги.

— Пока ещё не поздно.

Время тянулось, как вязкая смола.

С моста они наблюдали за бесконечным шествием оживших. Сначала казалось, что толпа вот-вот иссякнет, но новые и новые тела выползали из-за горизонта, заполняя дорогу. Иногда кто-то падал, кого-то затаптывали, но поток не прекращался.

Они сидели на холодном бетоне, почти не двигаясь, пригнувшись за перилами, чтобы не выдать себя ни звуком, ни силуэтом. Только глаза оставались живыми