Отморозок 11 - Андрей Владимирович Поповский

— Все начальник, — поднял руки старший. Нос у него был свернут на бок, а фирменная рубашка Lee сильно залита кровью. — Борзый клиент попался. Сам виноват, буром на нас попер… Рубашку мне испортил, гад.

— К стене, — жестко повторил рябой.

Старший неторопливо отошел к стене. Четвертый так и остался лежать на полу. Он не смог подняться на ноги и отполз к шконкам на руках. Двое контролеров подхватили Ивана, который оставался без сознания, под руки и поволокли на продол. Рябой осмотрел камеру и, хмыкнув, вышел следом, запирая дверь.

— Начальник, Степку к лепиле надо. Этот борзый ему ногу на хер свернул. — донеслось из камеры.

— Позже, — кинул рябой и повернулся к остальным конвоирам.

Те так и держали Ивана под руки. Иван уже пришел в себя. Он мотал головой и пытался встать на ноги, сжимая сбитые до крови пальцы в кулаки.

— Что встали? Тащите этого на больничку. — Приказал рябой.

Ивана под руки повели по коридору. Он старался идти сам, но был еще слаб, так что его почти несли.

— Живучий, сволочь уголовная, — уважительно пробормотал себе под нос рябой конвоир.

* * *

После выхода статьи в «Огоньке», посвященной злоупотреблениям на Рижском рынке, прошла неделя. Статья наделала немало шума. Не такого, как это было бы при Союзе. Тогда, в обязательном порядке, полетели бы головы и самого Игнатова и его непосредственного руководства. Статью цитировали несколько московских газет, в редакцию звонили торговцы с других рынков, рассказывая о подобных случаях, а руководство «Рубежа» грозило судом журналу и лично Виктории.

Вахо подсуетился. Несколько крупных московских газет и редакция «Огонька» направили официальные запросы в МВД. Не дожидаясь окончания объявленной проверки, пресс-служба министерства распространила комментарий. Вика сидела в редакции и внимательно изучала ответ на запрос по фактам, изложенным в статье.

Ответ оказался именно таким, какого Вика и ожидала. Игнатов, согласно документам, уже больше месяца не служил в МВД.

«Сведений, подтверждающих причастность должностных лиц центрального аппарата МВД к коммерческой деятельности Игнатова, не установлено. Оснований для проведения служебной проверки в отношении его бывших руководителей в настоящее время не имеется.»

Ну да, как это все знакомо. Уволили Игнатова задним числом и все шито-крыто, — понимающе усмехнулась Вика

На столе зазвонил телефон. Вика подняла трубку.

— Мама, привет! Я уже соскучилась! — Послышался из трубки звонкий голос Насти, — Когда ты уже к нам приедешь?

— Привет, моя хорошая! — Хмурое лицо Вики озарила мягкая улыбка — Я тоже очень сильно по тебе соскучилась. У меня сейчас очень много работы, но я обязательно приеду на выходных, и мы с тобой поедем в зоопарк.

— В зоопарк? — Не веря переспросила Настя. — Точно?

— Точно, Настена. Мы с тобой целый день проведем вместе. Сначала в зоопарк, потом поедем в кафе покушаем мороженое.

— А кто нас будет возить? Снова дядя Володя? — Уточнила Настя.

— Да, дядя Володя нас повозит.

— А когда уже приедет папа? Я хочу, чтобы нас везде возил папа, как раньше, — голос Насти погрустнел.

— Скоро, моя радость. У папы много работы и ему пришлось уехать далеко-далеко. Но он уже скоро вернется и привезет тебе огромную куклу, которую можно будет кормить и менять ей платья.

— Правда привезет?

— Конечно, правда, — изменившимся голосом подтвердила Вика и спросила. — Бабушка там рядом с тобой?

— Да, мама.

— Дай ей трубочку.

Вика услышала, как дочь громко кричит. «Бабушка мама хочет с тобой поговорить». И почти сразу же ответ матери «Беги к деду Настена, он с тобой поиграет, а я пока с мамой посекретничаю».

— Привет, доченька! — в трубке раздался голос матери.

— Здравствуй, мама. Как там Настя? Она не сильно вас обременяет?

— Да что ты такое говоришь? — возмутилась мать. — Когда это она нас обременяла? Мы хоть с внучкой вдоволь посидим. Она у нас как ясное солнышко. Дед уже неделю не пьет. Держится. Теперь часто ходит с внучкой гулять. И она не отлипает от него.

— Это хорошо.

— У тебя есть новости об Иване?

— Нет, мама. Все то же самое. Свидание пока не дают. Говорят, что пока идет следствие не положено. Адвокаты работают. Подают жалобы. Ждем. Хорошо, хоть разрешили передать ему вещи и книги.

— Отец пытался по своим каналам выяснить, но пока тоже никакого положительного результата. После его отставки с матом и проклятиями в адрес новой власти, многие бывшие друзья даже трубки брать перестали.

— Не переживай мама. Мне пообещали, что его делом занимаются лучшие адвокаты. Ивана обязательно выпустят.

— Ну хорошо бы. Ты держись доченька.

— Да, мама. Поцелуй от меня отца и Настеньку. Я к вам в субботу заеду, возьму Настю на целый день.

— Заезжай, конечно. Мы все будем очень рады тебя видеть.

— Пока мама.

Вика положила трубку и тяжело вздохнула. Она вынуждена была отвезти дочь на дачу к родителям так как катастрофически не успевала заниматься работой, обивать пороги ведомств и заниматься дочерью. Но, как оказалось, это и к лучшему. Отец, сильно пивший с самой отставки, наконец, ради внучки, взял себя в руки и теперь все свое время проводил с ней. Как говорится — не было счастья, да несчастье помогло.

Телефон на столе снова зазвонил. Вика подняла трубку.

— Добрый день! Мне нужна Смирнова Виктория Сергеевна. — раздался сухой голос из трубки.

— Здравствуйте! Я вас слушаю. — ответила Вика и сердце ее пропустило удар. Она прямо почувствовала, что это не просто обычный звонок.

— Я Марков Роман Евгеньевич, старший следователь по особо важным делам Следственного комитета МВД России. Уголовное дело в отношении вашего мужа находится у меня в производстве.

Вика до боли стиснула трубку и тихонечко выдохнула в сторону.

— Слушаю вас, Роман Евгеньевич.

— Вам разрешено свидание с мужем. Вы можете подъехать сегодня во второй половине дня по адресу: Матросская Тишина, дом 18.

— Я знаю где это. — тихо ответила Вика.

— Вот и хорошо. Подъезжайте к шестнадцати часам. Пропуск для вас будет на входе. После вашего свидания с мужем я бы хотел тоже с вами побеседовать. Я буду там на месте и вас ко мне